Техник развернулся и медленной, шаркающей походкой покинул лазарет.

Полина разочарованно вздохнула.

— Ну вот, ушёл. А спец действительно уникальный. Инна сказала, этот прибор в Питере вообще мало кто починить может, — посетовала Док.

Я лишь ухмыльнулся, глядя на пустой стол.

— Ушёл-то ушёл, Поля. Но бумажку с моим телефончиком в карман сунул. И довольно проворно для своей скорости. Вот увидишь, как только фирма в очередной раз урежет ему ставку, он свяжется со мной.

Чуть позже Поля проверила Пушистика. Ничего так и не обнаружила.

Ядро в норме, энергоузлы пульсируют еле-еле. Но это норма для этой породы. Выдала ему пару пшиков из баллончика с успокаивающим. Кролик чихнул, а затем задышал. Ровно, и без свиста.

В этот момент в лазарет робко заглянул Василий. Увидев своего кролика, Темников шагнул внутрь. Он выглядел измотанным, но взгляд его тут же сфокусировался на диагностической платформе.

Пушистик посмотрел на него, запищал.

— Ну как он? — с замиранием сердца спросил Василий, подходя ближе.

Полина бережно взяла кролика и передала его в руки хозяину.

— Физически он в порядке, Вася, — успокоила его Док, снимая перчатки. — Ни переломов, ни малейшего ушиба мягких тканей. Но я так и не поняла, откуда брался этот свист при дыхании. Лёгкие абсолютно чистые. Я дала ему лёгкое успокоительное и спазмолитик, и он перестал похрипывать. Скорее всего, это была реакция на стресс.

Василий прижал Пушистика к груди и с шумом, полным невероятного облегчения, выдохнул.

— Спасибо, Полина. Огромное спасибо, — пробормотал Темников, и благодарно посмотрел на Дока, счастливо улыбаясь. Той улыбкой, которую скрывал под своей заносчивостью. Вполне искренней и человеческой.

Ранним вечером, когда небо над Питером окрасилось в мягкие пастельные тона, мы с Полиной решили наконец-то оторваться от гильдейской суеты.

Оставив заботы о предстоящем матче в стенах базы, вышли на прогулку, прихватив с собой наших неугомонных питомцев.

Тихое и почти безлюдное место в старом скверике нашлось довольно быстро. В стороне от главное аллейки, укрытое кронами золотистых клёнов.

Атмосфера располагала к отдыху, и воздух пах опавшей листвой и сыростью после очередного дождя.

Полина шла рядом, засунув руки в карманы куртки. Диана с Живчиком гарцевали по лужайке, а Искорка как и прежде пыталась их догнать. Барон затерялся в траве.

Мы же гуляли по вымощенной старой тротуарной плиткой дорожке, радовались тишине и спокойствию.

— Знаешь, я иногда думаю, что вся эта наша суета… Арены, Синдикаты, рейтинги — это какой-то замкнутый круг, — тихо произнесла Док, нарушая молчание. Она пнула жёлтый лист носком туфельки. — Мы постоянно куда-то бежим, кого-то спасаем, с кем-то соревнуемся. А настоящая жизнь… она проходит где-то там, на фоне.

Я посмотрел на её лицо, мягко освещённое светом фонаря.

— Это специфика нашей работы, Поля. Но ты права. Иногда нужно останавливаться, и уметь отдыхать.

— У меня была мечта, когда я училась в меде, — Полина чуть улыбнулась своим мыслям. — Хотела открыть крошечную ветклинику где-нибудь на побережье, у тёплого моря. Чтобы лечить обычных собак и кошек, а не колдовать над повреждёнными Ядрами боевых питомцев. Просыпаться под шум прибоя, пить кофе на веранде… Никаких дедлайнов, никаких инспекций. Только солнце, волны и морской бриз.

— И почему не открыла? — спросил я, хотя и так знал ответ.

— Испугалась, наверное, — она пожала плечами. — Хотя нет. Скорее просто закрутило в эту рутину. Ординатура, практика, потом эти долги начались… Я же оплачивала последний год из своих средств. Да ещё инструменты покупать пришлось. Вот и взяла кредит на свою голову. А сейчас я здесь. Лечу кроликов, приручаю ядовитых многоножек.

Наши руки случайно соприкоснулись, и Полина не стала убирать свою. Мягко переплела свои пальцы с моими. Её ладонь была тёплой, удивительно нежной для человека, который каждый день работает с хирургическими инструментами.

— Твоя мечта никуда не делась, — произнёс я, глядя ей в глаза. — Море всё ещё там, ждёт тебя. И когда мы вытащим гильдию на вершину, обязательно туда съездим.

— Обещаешь?

— Да, я тебе обещаю. Только ты, я и шум прибоя. Без всяких Синдикатов и пыхтящих эфирографов.

Полина подняла на меня сияющий взгляд, готовая что-то ответить, но идиллию, как это обычно бывает в нашей компании, прервали питомцы.

Диана и Живчик носились по опавшей листве, устроив весёлые догонялки. Искорка решила не отставать от коллектива. Смешно перебирая короткими лапками, она резко ускорилась, пыталась догнать играющих собак.

И тут Живчик, преисполненный щенячьего восторга, развернулся, сгенерировал плотный вихревой поток прямо перед набегающей крохой.

Воздушный трамплин сработал безотказно. Искорка с возмущённым шипением взмыла в воздух. Пролетела несколько метров по дуге, а затем упала на нижнюю ветку раскидистого дуба.

И ветка оказалась не безымянной. На ней мирно дремала довольно упитанная пятнистая кошка.

— Ме-е-е-а-а-ау-у-у! — она дико завопила, сиганула вниз.

Пушистый снаряд приземлился в кучу сухих листьев возле наших ног, но не остановился. Не разбирая дороги, бросился наутёк.

Мы с Полиной аж расцепили руки от неожиданности.

Кошка в панике кинулась под ноги гуляющей парочке. И мой усатый друг решил подлить маслица в огонь.

— Это бешеный ферал! — закричал барон, высунувшись из кармана. — Караул! Спасайся кто может! Фланги прорваны!!!

Парочка отшатнулась. Парень как-то странно взвизгнул, а девушка потащила его в сторону выхода из сквера. Туда, куда сиганула кошка-«опасный ферал». Попутно барышня достала телефон, крича что-то в трубку.

Мы с Полиной переглянулись, рассмеялись, снимая окончательно всё накопившееся за день напряжение.

Я свистом подозвал Искорку, которая невозмутимо слезла с дерева, прыгая на плечо. Пристегнул поводок к виновато скулящему Живчику.

— Всё, Артур, уходим, — выдавила Полина сквозь смех. — А то ещё правда в участок загребут. За нарушение общественного порядка.

Мы прошли пару кварталов. В итоге я проводил Полю до её подъезда. Осенний вечер уже сгустился, заставляя зажечь уличные фонари.

Мы остановились у дверей.

Полина поднялась на цыпочки и на прощание нежно поцеловала меня в губы. Поцелуй пах жасмином и был нежным словно бархат.

Она отстранилась, глядя мне в глаза с тёплой улыбкой.

— Спасибо за чудесный вечер, — тихо сказала Поля. — Вот бы так почаще встречаться.

— Точно. Хорошая выдалась прогулка, — я кивнул, не скрывая довольной улыбки.

Полина иронично изогнула бровь.

— Прогулка? — протянула она с лёгкой хитринкой. — Может, всё-таки свидание?

Только я хотел ответить, как затрезвонил телефон.

Серёга.

Я лишь кивнул, провожая Полю взглядом. Затем отошёл в сторону.

— Серый, ты как всегда, невовремя, — заметил я.

— Братишка, надо спешить. Я отследил по уличным камерам передвижение нескольких джипов. Мою квартиру пасли, но сейчас там чисто. Вроде бы, — затараторил хакер, едва я принял вызов. Его голос дрожал от нетерпения. — Топтунов тоже не видно. Мне срочно нужны те флешки и комп. Ты это знаешь. Больше ждать нельзя. А вдруг они решат устроить там засаду?

Я тяжело вздохнул, бросив прощальный взгляд на закрытую дверь парадной.

— Хорошо, встречаемся у твоего дома, — коротко ответил я в трубку.

Прошло не больше пятнадцати минут, когда мы с Серёгой встретились недалеко от его панельной многоэтажки.

Друг нервно кутался в толстовку, постоянно озираясь по сторонам. Мы бесшумно проскользнули в тёмный подъезд, быстро поднялись на нужный этаж.

Живчик настороженно семенил рядом, принюхиваясь, а Искорка привычно устроилась у меня на плече, дрожа от напряжения.

Внутри съёмной квартиры хакера царил самый настоящий погром. Безопасники Синдиката искали компромат с особым пристрастием. Вспоротая обивка дивана на полу вперемешку с выпотрошенными книгами, разбитой посудой и выломанными дверцами шкафов. Вещи были безжалостно раскиданы по всем комнатам.