Я бросил короткий взгляд на ректора. Эстерн Дальт едва заметно, одобрительно кивнул.

Следователь тяжело дышал, переводя взбешенный взгляд с меня на архимага. Его загоняли в угол. Мои условия давали Тайной канцелярии самое главное — жесткий учет всех артефактов и железную гарантию того, что связь находится под контролем и не уходит к врагам.

— Вы переходите все границы, Милтон, — процедил дознаватель, и в его голосе звенела бессильная ярость. — Ни один преступник еще не выставлял нам подобных ультиматумов.

— Он не преступник, — веско напомнил Дальт, скрестив руки на груди. — Он изобретатель, который предлагает надежный механизм сотрудничества. Условия Ардена кажутся мне абсолютно разумными и безопасными для королевства. Рекомендую их принять.

Следователь смерил нас обоих долгим, полным ненависти взглядом.

— У меня нет полномочий подписывать соглашения подобного уровня, — наконец выдавил из себя представитель Тайной канцелярии.

— Значит передайте мои условия тем, у кого такие полномочия есть, — спокойно ответил я, сгребая со стола свои шесть малых кристаллов.

— Вы играете с огнем, — следователь резко развернулся и направился к выходу. У самых дверей он остановился и бросил через плечо ледяную фразу. — Я доложу наверх. С вами свяжутся. И молитесь, чтобы там оказались в хорошем настроении.

Тяжелые дубовые створки с грохотом захлопнулись за его спиной.

Когда мы остались одни, я шумно выдохнул, чувствуя, как по спине струится холодный пот. Получилось. Я смог выкрутиться из весьма скверной ситуации.

Я повернулся к Эстерну Дальту, который уже опустился обратно в свое массивное кресло.

— Спасибо вам, ректор Дальт, — искренне произнес я, склонив голову. — Если бы не ваше вмешательство, я бы уже сидел в камере Тайной канцелярии. Я ваш должник.

Архимаг принял мою благодарность легким кивком, но благодушное выражение разом исчезло с его лица.

— Должник? — медленно переспросил Дальт. Он сцепил пальцы в замок и оперся локтями о стол. — Ты даже не представляешь, насколько ты прав, Арден. Присаживайся.

Тон ректора заставил меня насторожиться. Я молча подошел к креслу для посетителей и сел на самый край.

— Ты проявил завидную хватку, Арден, — начал Дальт, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Твой план с магической клятвой и грамотный торг вызывают уважение. Ты предложил Тайной канцелярии контроль над дальней связью, а регистрацию малых кристаллов ловко перевел под крыло Академии. Умно.

— Я лишь предложил взаимовыгодные условия сотрудничества, ректор.

— Не скромничай, — оборвал меня архимаг. — Ты пытался сохранить свой бизнес. И я тебе в этом помог. Я только что пошел на открытый конфликт с самым опасным ведомством в королевстве. Прикрыл тебя своим авторитетом. Как ты думаешь, Арден, такая опека бывает бесплатной?

Внутри меня появилось нехорошее предчувствие.

— Что вы хотите взамен, ректор? — прямо спросил я, понимая, что юлить бессмысленно.

Дальт удовлетворенно кивнул, оценив мою прямолинейность.

— Мы с тобой деловые люди, Арден, поэтому я назову свою цену сразу. Без торгов и долгих обсуждений, — ректор подался вперед, и его голос зазвучал ровно и непререкаемо. — Ровно половина. Пятьдесят процентов от всех будущих партий малых кристаллов, которые вы с Салвером будете производить, ты будешь передавать Академии. Абсолютно бесплатно.

Я с трудом сглотнул. Пятьдесят процентов от малых артефактов. Это был огромный налог.

— Пятьдесят процентов? — я не смог скрыть возмущения. — Но ректор, материалы, работа…

— Это плата за защиту, Арден, — жестко перебил меня Дальт. — Плата за то, что твоя лавка будет работать. За то, что никто из Тайной канцелярии больше не будет иметь к тебе претензий по вопросу кристаллов связи.

Ректор откинулся на спинку кресла, давая мне время переварить услышанное.

— Вторую половину малых кристаллов ты волен реализовывать как тебе угодно, — продолжил он уже спокойнее. — Я в твою коммерцию лезть не стану. Моя доля пойдет на нужды Академии. Нам тоже требуется стабильная сеть связи для координации наставников, патрулей и некоторых других проектов.

Я сидел, напряженно глядя на поверхность стола. Мой мозг лихорадочно считал. Отдать половину малых кристаллов для Академии бесплатно — тяжелый удар. Но с другой стороны, у нас остаются контракты с армией и королевскими ведомствами на крупные и средние кристаллы. За них мы будем получать полную стоимость. По крайней мере, пока такой план и надежда, что его утвердят. Да и оставшаяся половина малых артефактов принесет солидные деньги. Мы с Салвером точно не останемся внакладе.

И самое главное — с защитой ректора наш бизнес становился практически неуязвимым для внешних угроз.

Я поднял взгляд на Эстерна Дальта. Мужчина спокойно ждал моего ответа, ничуть не сомневаясь в моем решении.

— Вы умеете выставлять счета, ректор Дальт, — криво усмехнулся я.

— Я умею оценивать риски и стоимость своей защиты, Милтон, — парировал маг. — Так каков твой ответ?

Я глубоко вздохнул, принимая новые правила игры.

— Половина малых кристаллов ваша, ректор, — твердо произнес я. — Мы с Салвером обеспечим Академию связью. По рукам.

Интерлюдия. Салвер

В мрачных подземельях Тайной канцелярии царила мертвая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Салвера. Он чувствовал вкус крови на разбитых губах. Его руки были закованы в тяжелые стальные кандалы и подвешены к потолочному кольцу так, что носки сапог едва касались холодного каменного пола. Плечи горели огнем от неестественного положения, а каждый вдох отдавался тупой болью в отбитых ребрах.

Помимо стальных цепей, тюремщики надежно заблокировали его магический дар. Сразу после ареста Салверу ввели сыворотку подавления магии. Эта густая желтая жидкость, состав которой являлся строжайшей тайной, не позволяла сформировать даже самое простое заклинание. Организм активно сопротивлялся, непрерывно расщепляя чужеродную структуру. Ровно через сутки после первой инъекции пленник мог бы выпустить первую искру. Опоздай тюремщики с новым уколом на три часа, и к магу вернулись бы магические навыки в полном объеме.

Напротив Салвера за небольшим железным столом сидел мужчина в темном кожаном фартуке. Мастер боли — так называли его в этих стенах. Салвер не знал его имени и не хотел знать.

На столе тускло поблескивали изъятые детали. Частотный калибратор, латунные трубки и запасные стеклянные колбы. Королевские артефакторы уже провели ряд исследований вакуумной установки, пытаясь понять принцип создания магических кристаллов связи, но потерпели фиаско.

— Мы топчемся на месте, Салвер, — голос мастера боли был тихим, почти ласковым. Мужчина медленно перебирал пальцами металлические шестеренки. — Я не верю в историю с магической клятвой. Это красивая сказка, чтобы потянуть время. Твой юный друг сейчас наслаждается безопасностью за стенами Академии, а ты висишь здесь, как кусок мяса. Это несправедливо.

Салвер сплюнул вязкую, красную слюну на пол и хрипло усмехнулся.

— Я сказал вам правду, — с трудом ворочая распухшим языком, выдавил компаньон Ардена. — Вы просто не поверили… А ваши артефакторы… просто варвары… чуть установку только не угробили своими экспериментами.

Мастер боли вздохнул, поднялся со стула и подошел вплотную. В его руке блеснул короткий металлический прут, исписанный мелкими магическими символами.

— Вы откачиваете воздух. Мы это поняли, — размеренно произнес мужчина, приставляя кончик прута к обнаженному торсу Салвера. — Вы помещаете кристалл в пустоту. Мы это тоже повторили. Но когда мы подаем вибрацию, камень мутнеет и трескается. Почему?

Салвер промолчал, лишь упрямо вскинув подбородок.

— Отвечай! — рявкнул мастер боли, пуская по пруту магический импульс.

Боль была чудовищной. Она прошила тело насквозь, словно сотня раскаленных игл вонзилась прямо в нервные узлы. Салвер выгнулся дугой, его мышцы свело жесточайшей судорогой, а из горла вырвался придушенный рык. Перед глазами поплыли черные круги, но он заставил себя не потерять сознание. Он вцепился в эту боль, как в якорь.