— Варвар с отмычкой из сквозняка, — с легким разочарованием хмыкнул Малик, пряча зажигалку в карман фрака. — Никакого уважения к швейцарским часовщикам.

Нико распахнул дверцу сейфа настежь.

Внутри лежало то, ради чего стоило затевать весь этот ночной рейд.

На верхней полке ровной стопкой лежали пластиковые папки с грифом строгой конфиденциальности. Нико перелистал первые страницы: документы на отчуждение исторического здания училища искусств, фальсифицированные акты аварийности фундамента, долговые расписки от имени дирекции и самое главное — толстый блокнот в кожаном переплете.

В блокноте ровным, убористым почерком полковника Зубова были зафиксированы фамилии чиновников городской администрации, судей арбитража, начальников районных отделов милиции с суммами взяток, датами выплат и номерами закрытых офшорных счетов. Полная финансовая анатомия рейдерского спрута, готовая отправить всю верхушку местного криминалитета и власти на нары при первой же грамотной подаче.

Парень сгреб бумаги во внутренний пространственный карман ветровки.

Но главное сокровище ждало его на нижней полке.

Там, в глубокой нише, стоял небольшой свинцовый кейс с массивными защелками. Нико откинул замки и снял тяжелую крышку.

На черном бархатном ложементе, мягко мерцая холодным ультрафиолетовым светом, лежали три граненых кристалла. Они были размером с грецкий орех каждый, с неровными, словно оплавленными гранями, внутри которых медленно кружились сиреневые галактические спирали.

Малые Кристаллы Искажения. Чистейшая пространственная эссенция, выкачанная псами Вадима из свежих микро-разломов в глухих углах области.

От камней исходил такой плотный, пьянящий запах горного озона и ледяного первородного эфира, что у Нико перехватило дыхание.

— Ого, — оживился де Сад, подавшись вперед и жадно вглядываясь в камни сквозь прорези маски. — А вот это уже приличная добыча. Наш банковский червь умеет собирать крохи со стола вечности. Будешь мариновать их в банке или пустишь в дело прямо сейчас?

— В этом мире выживают только быстрые, — Нико не колебался ни секунды.

Парень взял первый кристалл голой рукой. Камень обжег пальцы сухим, космическим холодом. Нико поднес кристалл к груди, прижал к солнечному сплетению и с силой сжал кулак, вливая в структуру минерала встречный кинетический импульс.

Кристалл лопнул с хрустальным перезвоном.

Ослепительная волна фиолетовой энергии хлынула сквозь кожу прямо в энергетический каркас юноши. Следом Нико раздавил второй, затем третий камень, не давая эфиру рассеяться в окружающее пространство ни на йоту.

Ощущение было диким, на грани экстаза и невыносимого внутреннего пожара.

Концентрированная пространственная материя трех кристаллов ударила по меридианам второго ранга подобно гидравлическому удару. Каналы внутри тела загудели, натягиваясь, как корабельные тросы под штормовым ветром. Места прежних спаек и микротрещин, оставшихся после лесного боя с Альфой, мгновенно выжигались и заполнялись новой, кристально чистой проводящей структурой. Резервуар в солнечном сплетении расширялся толчками, вбирая в себя сырую силу и сплавляя ее с темным демоническим ветром.

Стенки источника уплотнились, наливаясь тяжелой, базальтовой прочностью. Объем доступной маны подскочил еще на добрую треть, приблизившись к верхнему порогу стабильности второго круга.

В правом углу зрения воздух привычно взорвался каскадом рубиновых системных сообщений, сопровождаемых тонким звоном серебряных колокольчиков:

Нико шумно выдохнул сквозь зубы. Глаза юноши на миг полыхнули чистым, ослепительным серебром с широким черным ободком Бездны, после чего свет мягко погас, подчиняясь железной воле хозяина. Дыхание стало глубоким, в пальцах появилась та самая звенящая, несокрушимая легкость, с которой архимаги древности выходили против драконов.

— Отлично, — парень опустил пустой кейс обратно в сейф. — Первый пункт закрыт. Остался сервер.

Нико подошел к рабочему столу, нажал кнопку питания моноблока и достал из кармана ветровки подготовленную заранее артефактную флеш-карту — крошечный черный чип с рунической гравировкой, купленный у де Сада еще перед вылазкой.

Экран компьютера ожил, требуя пароль администратора. Нико просто прижал пальцы к разъему USB: микропоток воздуха закоротил нужные контакты контроллера, пробивая аппаратную защиту за секунду.

Интерфейс закрытой сети ЧОПа развернулся во всей красе.

Флешка жадно, с легким ультразвуковым писком начала выкачивать архивы оперативных донесений, маршруты патрулей, координаты полевых баз фонда и самое сладкое — прямой канал защищенной спецсвязи с центральным сервером Красовского в деловом комплексе «Москва-Сити».

Индикатор загрузки перевалил за восемьдесят процентов, когда на экране внезапно всплыло системное диалоговое окно с красной рамкой:

Нико медленно поднял голову от монитора.

Через «Око Бездны» он отчетливо увидел, как сквозь толщу железобетонного пола из глубокого подвала здания вверх потянулись тяжелые, липкие жгуты грязно-фиолетовой пси-энергии.

Внизу, в подземном тире, кто-то проснулся. И этот «кто-то» обладал силой, способной выворачивать человеческий разум наизнанку.

— Кажется, хозяева оставили сторожевого пса на цепи, — Нико выдернул флешку из разъема и спрятал ее в карман.

— И не просто пса, мой дорогой грабитель, — Малик де Сад осклабился, медленно растворяясь в воздухе. — Там внизу сидит нечто куда более изысканное, чем эти сонные увальни с автоматами. Спустись в подвал, Нико. Пора познакомиться с местной интеллигенцией.

Спуск в цокольный этаж напоминал погружение на дно заброшенной шахты. Чем глубже Нико спускался по узкой винтовой лестнице с мокрыми бетонными ступенями, тем сильнее казенный офисный запах уступал место сырому, давящему воздуху подземелья. Здесь пахло оружейным консервационным маслом, жженой изоляцией силовых кабелей, сухой цементной пылью и застарелым пороховым нагаром.

Стены вокруг были обшиты толстыми шумопоглощающими плитами из прессованной резиновой крошки. На дверях стрелкового тира тускло горела красная табличка «Не входить, идут стрельбы», хотя за двойными герметичными створками стояла абсолютная, противоестественная тишина.

Нико толкнул тяжелую дверь плечом.

Помещение тира представляло собой длинную пятидесятиметровую бетонную кишку с низким потолком, иссеченным рикошетами. В дальнем конце темнели тяжелые пулеуловители из броневых плит и спрессованного песка, перед ними сиротливо покачивались простреленные ростовые мишени. Под ногами хрустели стреляные латунные гильзы, а вдоль стен змеились черные жгуты высоковольтных проводов, питавших мощные галогеновые прожекторы над огневым рубежом.