— Это еще кто такой?

— Крошечное, пучеглазое, немного жутковатое, но дико милое животное. — Я перевел взгляд с одного ее глаза на другой, пытаясь разглядеть разницу в размерах зрачков.

— Хм, — выдохнула Коллинз. — Ну, сойдет за комплимент.

— Зрачки вроде в норме, — заключил я. — Но я все равно буду наблюдать за тобой ближайшие пару часов.

— И мне обязательно держать эту кукурузу на голове?

— Обязательно, — отрезал я.

Коллинз надула губы, и это было чертовски мило.

— А когда она растает, у меня заготовлен замороженный горошек.

Не знаю, что на меня нашло — может, один из многочисленных квартирных призраков, — но я потянулся и тронул пальцами кончики ее волос на плече. Она судорожно втянула воздух.

— Я рад, что ты в порядке.

Коллинз на секунду прикрыла глаза.

— Спасибо… что сходил со мной, — произнесла она, снова открывая их. — Ну и за кукурузу, само собой.

— В любой момент, Ходячая Неприятность, — улыбнулся я. — У шишки нет ни единого шанса против кукурузы.

Глава шестнадцатая

— Итак, — спросил Брэди, когда я помогала ему убирать все инструменты на место. — Куда рванем на выходных?

— Я как раз об этом думала, — отозвалась я.

— Очень на это надеюсь.

Я слегка толкнула его бедром, и Брэди выронил из рук маленький молоток для гвоздей, тот с грохотом упал на верстак. Когда я подняла на парня взгляд, то заметила, как по его шее медленно ползет румянец.

— И-итак, — замялся он. — И что ты придумала?

— У меня два варианта, — ответила я. — И выбор зависит от того, хочешь ли ты контактировать с живыми людьми или просто желаешь полюбоваться видом.

— А какой из них, по-твоему, подведет нас ближе к контакту с мертвыми? — поинтересовался Брэди.

— Вообще-то это и твой квест тоже, Брэди, — напомнила я. — И пару дней назад я приволокла тебя в дом, где произошло случайное — я сделала на этом особое ударение — убийство. Так что меньшее, что я могу сделать — это дать тебе право выбора.

— Не особо я сейчас настроен на людей, — вздохнул Брэди. — Всю прошлую неделю был сплошной завал.

Я кивнула в знак согласия. Работенка и впрямь кипела без остановки.

— Но это же хорошо, правда? Люди заходят в мастерскую, заказов куча.

— Само собой, — подтвердил Брэди. — Я и не жалуюсь.

То, как именно он это сказал, заставило меня слегка сдать назад.

— Вообще-то ты имеешь полное право поныть, — заметила я. — Это базовое право каждого человека.

— Не думаю, что жаловаться на резкий бум в бизнесе — это правильный посыл для вселенной.

— Ладно, тогда не ной из-за бизнеса, — согласилась я. — Но вполне нормально поныть о том, как ты устал, сколько гвоздей проткнули твои подошвы или что мы до сих пор не можем найти магнитную ленту, чтобы собрать их все с пола.

— Ну, возможно.

— Так что я искренне считаю, что тебе стоит ныть почаще.

— О такой работе я и мечтал, когда переезжал сюда, — ответил Брэди. — Мне нравится вкалывать до седьмого пота и видеть результат.

— То, что это твоя работы мечты, не означает, что она не может выматывать, — возразила я. — Ну же, хотя бы одну маленькую жалобу!

Брэди закатил глаза, а потом наградил меня весьма выразительным взглядом.

— У меня болит спина. — Он слегка выпрямился, и его позвоночник отозвался хрустом.

— Отлично, хорошее начало, — одобрила я. — Значит, для варианта «без живых людей» я предлагаю рвануть к реке. Сейчас как раз то время года, когда впереди нас может ждать еще месяц тепла, а может и снег повалить прямо завтра.

— Логично, — согласился Брэди.

— Честно говоря, настоящее чудо, что за весь август ни разу не выпал снег, — добавила я. — Ты когда сюда переехал в прошлом году?

— На Хэллоуин, — ответил он.

— О-о-о, жутковато. Мне нравится.

Брэди покрутил головой.

— Да обычный был день.

— Переезд в город-призрак на Хэллоуин — это не «обычный день». Готова поспорить, стоял туман, царила мгла, и вороны орали как ненормальные.

— Не помню, — смутился Брэди. — Хотя… вороны и впрямь шумноваты были. Я ничего подобного раньше не слышал.

— И каково было оказаться здесь в самый первый раз? — поинтересовалась я. — Мне всегда было интересно, как этот город ощущают те, кто не рос в окружении всех этих теней.

— Я не особо думал о том, какое ощущение производит город.

— А о чем ты думал?

Пауза.

— О том, что чувствовал я.

— И что ты чувствовал?

Брэди повернулся и оперся бедром о верстак.

— Свободу, наверное. И немного страха. То же чувство, которое возникает, когда стоишь на краю чего-то высокого.

— Ты боишься высоты? — уточнила я.

— Не то чтобы до паралича, но здоровый страх присутствует.

— То есть ты испытывал здоровый страх перед Свитуотер-Пик? — Я одарила Брэди ухмылкой. — Что и требовалось доказать.

— Не перед Свитуотер-Пик. Перед новым началом, пожалуй, — поправился Брэди.

— Но ведь жизнь с чистого листа дарит свободу, — возразила я.

Раньше я была ходячей рекламой новых начинаний, пусть и не таких масштабных и меняющих жизнь, как то, что устроил себе Брэди, а мелких: когда переезжаешь с места на место по съемкам. Я обожала это, особенно с учетом того, что выросла в глуши вроде этой, где ничего и никогда не менялось.

— На это было слишком много поставлено, — выдохнул Брэди. — Мне чертовски хотелось, чтобы все получилось.

Я оглядела кучу мебели, поступившей за последние пару дней, и раскиданные по полу обрезки ткани.

— Что ж, по-моему, все получается.

Брэди пожал плечами.

— В последнее время да.

— Ты уж точно стал куда менее скучным, — констатировала я.

Из груди Брэди вырвался звук, отдаленно напоминавший смешок.

— А сказал бы Скучный Брэди, что мы можем закрыть лавку, хотя нет еще и двух часов дня, чтобы успеть к реке, пока светло?

— Только скучный человек подумает, что подобный финт автоматически делает его нескучным, — ухмыльнулась я.

Но правда заключалась в том, что мне безумно нравилось проводить время с Брэди. Я ждала этих моментов. Да, мы практически постоянно находились рядом из-за совместного проживания и работы, но когда мы отправлялись в такие маленькие приключения, это ощущалось… как нечто большее. Более осознанное, что ли, будто он сам выбирал проводить время со мной за пределами мастерской или квартиры.

Мне нравилось быть той, кого выбирают.

К тому же мне терпелось привезти Брэди в это место. Призраков там особо не водилось — во всяком случае тех, кого я знала и могла узнать, — зато я могла показать Брэди один из моих любимых уголков Свитуотер-Пик. И я была уверена, что он тоже влюбится в него.

Я не думала, что когда-нибудь ему захочется вернуться в церковь или в дом Ларри, но то место, куда я везла его сегодня, могло стать его уголочком, куда он сможет приходить сам, в одиночестве, когда я снова свалю из Свитуотер-Пик.

Мысль об отъезде отсюда больше не вызывала во мне тоски, но и не казалась… неизбежной — чем-то, что я обязана сделать, чтобы тупо выжить. Я понимала, что рано или поздно, скорее всего, уеду, но теперь это ощущалось как осознанный выбор, а не как бегство. И в Брэди было что-то такое, из-за чего этот выбор дался бы нелегко. Что-то, что заставляло меня лишний раз задуматься о том, что именно я оставляю позади.

— Так мы закрываемся? — с надеждой спросила я.

— Закрываемся, — отозвался Брэди, и я, не думая, обвила руками его шею.

Звук, который он издал, вышел чем-то средним между смешком и кряканьем, будто я случайно выбила из него дух. Я ошарашила нас обоих, но если бы он знал, о чем я думала секунду назад, он бы меня понял. Он обнял меня одной рукой и с легкостью оторвал от пола, а я инстинктивно сжала руки на его шее крепче.

Мы замерли так на секунду, словно застряли во времени, ровно настолько, чтобы я успела напомнить себе, как сильно мне нравится ощущение его рук на своей талии.