— Я… я не могу, — бормочу я, едва сдерживая слезы.

Он тянется ко мне и обхватывает мою голую лодыжку. — Все в порядке. — Его взгляд на мгновение задерживается на моей обнаженной груди, после чего он прочищает горло и убирает руку. — Я останусь у тебя на ночь, чтобы убедиться, что он больше не заявится. У тебя найдется подушка и одеяло?

Сглотнув, я киваю и встаю, быстрыми движениями запахивая и завязывая халат. — Спасибо. И прости меня. — Мои глаза опускаются на его эрекцию, и я хмурюсь.

Он смеется. — Я в порядке, маленькая беглянка. — В его глазах блестят тепло и веселье, ловко сглаживая неловкость момента. — Иди поспи. Поговорим утром.

Я нахожу постельное белье, практически швыряю его в него и запираюсь в своей комнате. Как только гаснет свет и я возвращаюсь в постель, то скидываю халат и просовываю руку между бедер, все еще влажных от тех оргазмов, что он мне подарил. Я размазываю смазку по губам своей киски и с шипением выдыхаю от удовольствия. Мое тело все еще покалывает, но он лишь заставил меня желать большего.

В полной тишине я довожу себя до еще одного оргазма.

Надеюсь, он не слышал, как его имя бесстыдным стоном сорвалось с моих губ.

Чем больше времени я провожу с Греем, тем больше мне это нравится. Неужели таков его план? Обворожить меня, чтобы я осталась в компании? У меня есть меньше двух недель, чтобы привести мысли в порядок и сосредоточиться на своей карьере, а не на мужчинах или прошлом. Мое будущее.

Осталось двенадцать дней…

Грейсон

— Грей-и-и.

То, как она произнесла моё имя прошлой ночью за дверью, довело меня до безумия от похоти. Я уже дрочил под одеялом, чтобы хоть немного облегчиться, так что, когда услышал этот стон, я сорвался. Мы были так близки к тому, чтобы заняться сексом, но потом её что-то напугало.

— Новый клиент, о котором хочу поговорить позже, как только моя помощница соберет побольше информации, когда придет, — буркнул Булл из дверного проема.

Я поманил его внутрь. — Закрой дверь.

Он нахмурился, закрыл дверь и подошел к стулу перед моим столом. Вайолет должна была прийти только через полчаса. Я ушел из её дома рано утром по её же требованию. Она вернулась к своему свирепому «я» и пообещала, что пристрелит любого, кто сунется в её дверь.

Единственная причина, по которой я ушел от неё, заключалась в том, что в её доме был не Вон. Это был я. Я шарил по одному из её шкафов, когда услышал её голос. Она не шелохнулась, когда я пробрался в её квартиру. Не проснулась, когда я её раздевал. И не проснулась, когда я ласкал её киску, пока дрочил. Снова. Всё было как прошлой ночью. Пока не перестало быть так.

Я был почти пойман.

— Что такое? — спрашивает Булл.

— Она почти поймала меня.

Его лицо помрачнело. — Под её кроватью?

— Я искал в шкафу в её гостиной. Она подумала, что это Вон, её бывший. Судя по всему, он был тем еще психом, — рычу я.

Булл смеется. — Она действительно умеет выбирать.

Я показываю ему средний палец. — Пошел ты. Я уже вызвал слесаря, чтобы поменять её замки, но, чувак, она была в ужасе. Я хочу, чтобы ты позвонил Дасти и узнал, что он может накопать на Вона Брекса. Всё, без исключения. Я хочу найти этого ублюдка.

Всякая веселость исчезает с лица Булла. Мы звоним нашему бывшему армейскому приятелю Дасти только в экстренных случаях, когда нужна информация о крупном клиенте. А это — гребаная чрезвычайная ситуация.

— Ты заходишь слишком далеко, — говорит он со стоном и дергает узел галстука.

— Знаю. Она мне нужна. Мне нужна вся она. У нас связь. Как на сознательном, так и на подсознательном уровне. Её тело откликается на моё. Мы созданы друг для друга, — отрезаю я.

Он смотрит на меня почти с жалостью в течение мгновения, прежде чем отбросить это выражение. — Ладно. Я проверю. Будь осторожен.

Я киваю, а затем испускаю тяжелый вздох. — Еще я хочу, чтобы ты потряс каждого больного ублюдка, который распускал руки в отношении Вайолет, и привел их ко мне.

Его глаза расширяются. — Типа, всю её жизнь?

Я рычу. — Здесь.

Он стискивает челюсти и кивает. — У меня есть пара имен на примете. Я составлю список, начиная с нашего вице-президента, Брента Адамса.

— Я хочу, чтобы он исчез. И сам факт того, что есть «список», уже заставляет меня взбеситься, — злюсь я, сжимая руки в кулаки. Да кто такой, черт возьми, этот Брент Адамс?

— Я уже упоминал его тебе, но…

Я сверлю его взглядом. — Что?

— Помнишь, когда я уволил Джека Лэнгстона?

Это имя мне абсолютно ни о чем не говорит.

— Он проработал здесь всего три года, — пытается он.

Я пожимаю плечами. — Не знаю такого.

— Ну, я видел, как он однажды шлепнул Летти по заднице в комнате отдыха, поэтому я его уволил. Чтобы избавить её от неловкости, я сказал сотрудникам, что он нашел работу в другом месте.

— Её зовут Вайолет, — рычу я.

Он вскидывает руки в защитном жесте. — Хорошо. Вайолет. В любом случае, его заменил Труман, но, по-видимому, Клинт нанимает паршивых парней, потому что он номер один в списке прямо рядом с Брентом Адамсом.

Я со всей силы бью кулаком по столу из красного дерева и сверкаю глазами. — Я хочу, чтобы Адамс и Труман исчезли. Но не раньше, чем я с ними поговорю.

Булл поднимает бровь и ухмыляется. — Ты не можешь набить им морды.

— Нет, но я могу до смерти напугать этих маленьких засранцев.

Он вздыхает и встает. — Полагаю, давно пора навести здесь порядок.

— У нас есть одиннадцать дней, чтобы заставить её остаться, — говорю я ему, в моей голове уже крутятся способы это осуществить. Будь я проклят, если позволю ей уйти к Сланте, который ничем не лучше Адамса, Трумана или любого другого из этих ублюдков.

— А что, если она не захочет оставаться? — бросает он вызов.

Мои ноздри раздуваются. — Это, блядь, не вариант, чувак.

\\

После того как я делаю заказ в цветочной компании, я начинаю небольшую разведку самостоятельно. Сначала захожу в «Фейсбук». Просматриваю её список друзей, ища связи, и сверяю большинство из них как женщин, которые работают на меня, и их друзей. Никто не ведет к городу, где работает её мать. Я поискал название закусочной на бумажке, которую нашел в её шкафу. Моя Вайолет далеко от дома.

Вон Брекс не всплывает в «Фейсбуке», но у него послужной список длиной в милю. В основном наркотики, нападения, побои, сутенерство и сводничество. Моё давление поднимается, когда я гадаю, не заставлял ли он Вайолет заниматься проституцией. Эта мысль доводит меня до безумия. Я найду этого парня и заставлю его истекать кровью.

К сожалению, он нигде не появляется, когда я пытаюсь его выследить. Ни адресов. Ни легальной работы. Ничего. И он не мертв, потому что записей об этом тоже нет. Он летает низко под радаром.

Но теперь, когда он у меня на прицеле, я найду его. Я возьму его на прицел и вышибу ему мозги, что разлетятся отсюда до самого Коннектикута.

После того как я отправляю письмо Дасти с той скудной информацией, что у меня есть, я проверяю заказ на «Амазоне», который сделал в эти выходные, пока охлаждался под кроватью Вайолет. У меня сегодня будет сюрприз, за экспресс-доставку которого я заплатил.

Теперь, когда она практически моя, я хочу осыпать её всем.

Любовью. Вниманием. Подарками. Спермой.

Люди начинают подтягиваться. Обычно я их не замечаю, но сегодня моя дверь открыта. Я жду её. Прошел всего час с тех пор, как я видел её в последний раз, и я схожу с ума. В эти выходные она была полуповседневной, и я умираю от желания увидеть её в сексуальном офисном наряде. Чёрт побери, мне нужна эта женщина.

Мои уши настораживаются, когда я слышу имя Труман за своей дверью. Выглядящий как мудак засранец останавливается, чтобы поговорить с Клинтом из HR. Они хихикают и обсуждают вчерашнюю игру. Когда мимо проходит женщина, суженный взгляд Трумана следует за её задницей.

Ярость закипает внутри меня.