Развернув бумагу, увидел в ней почти четыре десятка имён, треть из которых были вычеркнуты, включая возглавлявшего список приятеля. Баронет Нарат был даже дважды зачёркнут. Напротив имён указывались чины, звания или занятия людей. Виконт сразу же догадался, что из предстоящих жертв атаки исключены все дворяне, а самым важным из оставшихся, первым, напротив кого стоял крест, являлся некий Ригер Ниш, затем шла его супруга Эльза. Крису показались их имена знакомыми, но когда и где он про них слышал, так и не вспомнил.

Теперь задумка маркиза стала понятно. Представленные члены клана простолюдины, большинство из которых, кроме нескольких крупных торговцев и членов ремесленных гильдий, вообще не имеют никакой охраны. Расправиться с этими людьми не сложно, если хорошо всё спланировать. Нанять всякий сброд в достаточном количестве, и без того в последнее время распоясавшийся сверх меры, сделать заказ через посредников, таких же отпетых негодяев, которых потом можно устранить своими людьми, и Неллеры не смогут понять, откуда и кем на самом деле против них нанесён столь чувствительный удар. А глава ормайского клана как никто другой понимал, насколько важным и необходимым для любого рода является опора на своих людей в разных социальных и общественных слоях. Лишившись сразу клановых офицеров, торговцев, менял и мастеров, герцог Джей будет вынужден искать помощи союзников, каковых у него, кроме герцога Конрада и нет. Конечно же, ормайский клан поможет, только в обмен можно тоже чего-нибудь получить. Скажем, должность главного королевского мага для милорда Грега или ещё каких-то уступок.

— Всё равно, гарантий, что Неллеры не докопаются до заказчиков, нет, — сказал Крис, которому очень не хотелось ввязываться в эту мутную историю.

— Ай, да ладно, — отмахнулся маркиз. — На нас подумают в последнюю очередь, если вообще им такая мысль придёт в голову, в чём я сомневаюсь. Риск минимален, и многое зависит от тебя. Через неделю-месяц Саворские придут к какому-то компромиссу. Уверен, такое событие обязательно будет отпраздновано. Вот во время этих общих гуляний, когда вся чернь перепьётся, в одну ночь и провести резню по данному списку. Подумай, как это можно сделать лучше.

Убрав список на край стола, виконт спросил:

— Твой брат знает?

— Нет. — усмехнулся Маркус. — Скажем так, нет. Ну, на тот случай, если ты вдруг не сможешь убрать за собой следы. Ладно, ты подумай, время ещё есть. Насчёт денег, можешь смело использовать клановый фонд. Что ты там говорил про ещё какое-то вкусное блюдо? Пусть несут, что ли. А ты обещал рассказать, как там твой старший в империи служит. Капитана-то получил?

— Оба получили, — довольно улыбнулся виконт. — И старший, и младший. Прошедшая война с краснокожими сильно проредила офицерский состав имперской армии. Младший вообще патент выслужил, а старший отдал за свой половину довоенной цены.

— Молодцы они у тебя, дружище. По праву можешь ими гордиться. Если же справишься с той задачей, о чём мы сейчас с тобой говорили, сможешь рассчитывать на покупку герцогом тебе наследуемого имения, хоть здесь, хоть в Ормае. Тогда вызовешь кого-нибудь из сыновей к себе. Пусть лучше учится управлять хозяйством, а не рискует жизнью ради Флавия. Так что с угощением-то, Крис?

— Эй, кто там! — крикнул виконт в сторону двери, за которой должен находиться кто-то из слуг в ожидании вызова и приказов.

— Господин? — тут же бесшумно вошёл в гостиную Айтер.

Старый придурок — усмехнулся Крис — видимо всё ещё надеется остаться в тепле и сытости, вот и выслуживается.

— Крикни девкам, пусть несут горшочки. — распорядился хозяин.

О том, что выбрасываемый им за порог раб очень внимательно слушал беседу, виконт Шермский даже не догадывался. Привык к этому старику, будто тот — предмет мебели.

Дворец прелата располагался с сотне ярдов за собором. Вообще-то это в моём родном мире главные храмы назывались соборами, а здесь это просто главный храм. Почему-то отдельного слова для столь монументального сооружения, величественностью и размерами не уступающего Казанскому собору Санкт-Петербурга, придумать не сподобились. И зря, как по мне. Аналогичная ситуация с прелатским подворьем, моим новым домом — дом, милый дом — ничем подворье не напоминавшим, хотя бы тем, что кроме небольшой конюшни позади, не имел больше никаких вспомогательных строений. Все хозяйственные службы — прачечные, гладильни, кухня, склады, жильё для храмовых служек и рабов обслуги, портняжная мастерская, общая и прелатская мыльни, кладовые и прочее — всё располагалось в одном подковообразном двухэтажном здании с багрово-красной черепичной крышей со шпилями, чьи крылья были направлены в сторону собора, а внутренний двор вымощен тщательно подогнанными камнями будто плац. Настоящий дворец, а не подворье, причём тоже красивый, и да, тут как и на шпиле собора имелись куранты, впрочем, понятно, мне особо не нужные. Ну, так не снимать же теперь, ха-ха.

Экскурсию мне провёл мой дядюшка Курт лично, с некоторой грустью расставаясь с этим своим великолепием. Ничего, в Рансбуре его ждут хоромы не сильно хуже, хотя, да, чуть размерами поменьше. Что ж касается нового хозяина этого дворца, то бишь, меня, то, считаю, раз уж пришлось бросить родную обитель, в развитие которой вложил много сил и талантов, зато жить теперь буду в комфорте и богатстве. Хоть какая-то компенсация.

Внутреннее убранство дворца больше подошло бы какому-нибудь избалованному принцу, чем служителю Создателя. Кругом позолота, драпировки из дорогих тканей, вычурная мебель, кривоватые, но большие зеркала, мраморные полы залов и коридоров, красного дерева в господских апартаментах, дубовые в комнатах для слуг и хозяйственных помещениях. Десятки слуг поддерживают порядок и чистоту, а храмовые служки делают тоже самое в храме, заодно выполняя канцелярскую работу.

— Есть подземный ярус, Степ, — грустно улыбнулся бывший столичный прелат. — Пойдём туда? Там склады, а ещё карцеры для провинившихся слуг, на данный момент пустые. Я всех простил перед убытием. С собой заберу только четверых, остальные продолжат службу у тебя. После приветственного пира познакомлю тебя с управляющими, это семья, больше десяти лет были у меня, я ими в целом доволен, спуску никому из рабов не давали, и в воровстве не замечены. Можешь оставить, можешь расторгнуть контракт, но я бы посоветовал тебе первое. Спустимся в подземелье?

— Да не стоит, думаю, — жму плечами. — Раз там не на кого смотреть, позже навещу.

— По сточной трубе туда порой пробираются крысы, — поморщился епископ Неллерский. — Алхимия помогает, но не надолго. Это беда всего Рансбура, ну, да, ты помнишь.

— Помню, но теперь у меня есть на них постоянно действующая управа, — улыбаюсь.

— Ты про тех котов, которых с собой привёз?

— Про них, дядюшка, — подтверждаю. — Крысам здесь не понравится. И без всяких алхимических зелий. Так, пойдём, я своим людям раздам указания, да буду устраиваться. Скажи, что б обе мыльни подготовили. Пока ещё ты тут хозяин.

— Считай, что уже нет, но распоряжусь, — рассмеялся милорд Курт и обернулся к бесшумно сопровождавшим нас двум служкам. — Слышали? Выполняйте. — церковные служки- это вовсе не обязательное юные монахи, а, как вот и сейчас, могут быть вполне пожилые мужички, обоим за пятьдесят, и, как понимаю, эти тоже отправятся из столицы вместе с новым епископом к новому месту жизни и службы. Ничего, взамен уехавших, найду других. Свято место пусто не бывает. — Тогда провожу тебя обратно к теперь уже твоим апартаментам, — дядюшка до отъезда на время перебрался вместе с дочерью в гостевое крыло, а в прелатских навели блеск — и чистоту, и кое-где я приметил свежий ремонт. — и это, Степ, я тебя хорошо знаю, пожалуйста, после того как устроишься и приведёшь себя в порядок, оденься в самое лучшее, всё ж такие встречи, как сегодня, у нас редко случаются. И украсить себя драгоценностями не забудь. Уж на что Берточка не хотела сегодня никуда уезжать, ни в университет, ни к куаферу, надеялась тебя встретить прямо у подъезда, да Ника её утащила украшаться. Увидишь сам, какая у меня доченька не только умница, не только сильный маг, но и самая красивая девочка. Ещё раз, Степ, спасибо тебе, ну, ты сам знаешь, понимаешь. Я ведь только теперь понял, что не жил, а просто влачил службу.