— Да что тут гадать? — встаю и бросаюсь по новой в один из небольших бассейнов. — Хочет, чтобы эти два негодяя легко отделались, ну, вроде как снимут с должностей и всё на этом. Но мы ещё посмотрим.

С Карлом провели в термах почти час, даже посетили отдельные кабинеты для плотских утех, а затем расстались с ним. На ужин в узком семейном кругу его взять не приглашали. Вечеряли вчетвером, Джей с Ольгой, молодая девушка Маша и я. Собрались в Малой гостиной, где уже более подробно обсудили то, что мне днём рассказывала мачеха. Заодно я с нотками иронии поведал о попытке подменить виновников в осквернении памяти нашего великого предка.

— Дело не в том, что те Марк и Лойм были моими приятелями в детстве, — поясняю. — Меня возмутил сам факт, что должностные лица города и стражи могут себе позволить в столь серьёзном деле обманывать правителей и народ герцогства. Странно, что начальник сыска так пренебрежительно отнёсся к столь вопиющему должностному подлогу. Впрочем, это не моё дело. Виконту лучше знать, как правильно поступить.

Глаза вдовствующей герцогини превратились в лёд. Омоложенная или не омоложенная, но это всё та же Снежная Королева. Да, точно, это она и есть, а то уж я начал было забываться.

— Ты сам с Генрихом поговоришь, или лучше сделаю это я? — спросила она у сына.

Да уж, снять виконта с должности не снимут, всё ж человек верный, проверенный, его тщательно выбрал ещё герцог Виталий, мой биологический отец, но вид ему точно придётся иметь весьма бледный. А я-то тут при чём?

— Я сам ему задам вопросы, — ответил мой единокровный брат.

Просто так, попрощавшись, покинуть родной город не получилось. Прежний епископ Неллера давно уехал, успел уже стать кардиналом Кранца, новый ещё не приехал, ждёт в Рансбуре сменщика, прелата Степа милорда Неллерского баронета Гринфора, и это всё я, меня же приор Алексий попросил провести службу в нашем соборе. Как тут было отказать? Согласился и едва не спровоцировал этим подобие событий, произошедших в моём мире во время народных гуляний по поводу коронации императора Николая Второго на Ходынском поле. Нет, конечно, масштаб не тот, да и серьёзной трагедии удалось избежать, однако, давка, которую устроили горожане в день моей проповеди, стремясь её услышать и получить после неё благословение от меня с паперти, привела к гибели троих человек. Да, это не полторы тысячи, но всё равно случилось неожиданно для всех. Никто не ожидал, что моя проповедь вызовет такой ажиотаж. Спасибо гвардии, помогла избежать более тяжёлых последствий, а вот городская стража явно подкачала. Чувствую, её давно пора хорошенько перетрясти, о чём откровенно и сказал брату. Джей выслушал внимательно, а уж последует моему совету или нет, не знаю. В голову к нему я не залезу, а на следующий день мой караван покинул Неллер.

Перед отъездом вручил баронету Алексу, старенькому главе нашего семейного секретариата, бронзовую шифровальную табличку и научил его, как ею пользоваться. Так что, если захотят мне сообщить нечто секретное, никто не сможет узнать содержание, даже если послание будет перехвачено. К талантам и изобретательности бастарда рода давно привыкли, и очередная придумка была воспринята без каких-либо сомнений в её нужности.

До границ королевского домена нас сопровождали по взводу герцогской гвардии и егерей. Отряду нашей численности, экипировки и боевого опыта при наличии в нём четверых магов, если считать и целительницу миледи Паттер, ничего не угрожало, однако герцог решил продемонстрировать особое уважительное отношение к своему единокровному брату. Ну а я, понятно, ничего против не имел. Главное, определил сопровождающим место в конце колонны, чтобы передо мною меньше поднималось пыли, пожалуй, единственное, что портило удовольствие от поездки в это замечательное время года — первые дни осени.

Дело не только в погоде. Когда второй урожай года уже убран, а третий начал колоситься, не наблюдаю того беспросветного отчаяния в проезжаемых деревнях, как во всех предыдущих моих поездках по этому маршруту. Даже при том, что королевский домен основательно разорён, здесь на его севере всё выглядит более или менее благополучно, ну, в рамках здешних реалий конечно. Так-то не раз и не два видел грязных крестьянских детишек и еле живых стариков, которые на убранных нивах ползком искали осыпавшиеся зёрна, отправляя найденное сразу в рот.

Сейчас и в лесах полно грибов, ягод и питательных трав. Охотится простолюдинам нельзя под страхом наказания, как и собирать жёлуди, главный корм свиней, чьи стада составляют заметную часть экономики хозяйств местных феодалов, а вот остальное — пожалуйста. Даже рыбу ловить можно без спроса, кроме водоёмов, облюбованных управляющими замков.

Иногда попадаем под тёплые проливные дожди. Но сейчас они кратковременные, а солнце и ветер быстро высушивают дороги. К огромному неудовольствию своих офицеров, выражающегося их лицами и негромким бурчанием, еду в голове колонны, впереди только разведывательный дозор в паре сотен ярдов и пятёрка авангарда. Вот и отлично, могу дышать свежим воздухом и не закрывать лицо тканью, как это делают плетущиеся в конце каравана.

В стычки мы не встреваем, хотя разбойничьих банд, как всегда, вокруг хватает. Проехали две сожжённые ими и разграбленные деревушки, разбитый обоз, где уже хозяйничали егеря Олского графа, под чьими покрикиваниями и тумаками пригнанные рабы грузили трупы на телеги и собирали то, чем побрезговали бандиты. Или не смогли с собой забрать. Попадались разъезды феодальных дружинников, отлавливавших бродяг и тут же без особых судебных проволочек вешавших их на ближайших к дороге деревьях. Бродяги здесь считаются либо прикидывающимися невиновными разбойниками, либо их соглядатаями, либо будущими членами шаек. Вот с ними особо и не церемонятся.

В общем, жизнь бьёт ключом, но нас пока обходит стороной. У бандитов неплохо поставлена разведка, давно в этом убедился, так что, с нашего пути они благоразумно убираются подальше в дебри. Да я бы и не дал команду гоняться за ними. Тут свои ответственные за порядок имеются, а уж как они справляются — вопрос к ним, а не ко мне.

Конечно же я не трясся всё время в седле, как и остальные время от времени пересаживались в повозки. Мой фургон, почти полностью забитый книгами — взял из обители только те, которые не одобрялись церковью, и приключенческие — тоже двигался первым из всех. Ещё в нём были древние свитки и вышитая под моим руководством карта мира. Вещи и накопленные богатства везли в другой повозке, а здесь оставалось достаточно места под удобный лежак и столик. Когда выезжали на более-менее укатанный участок тракта, не отказывал себе в удовольствии что-нибудь почитать. Увы, писать в движении никак не получится — гусиное перо не авторучка, а тряска всё равно всегда присутствует. На привалах же находились иные дела.

Мы двигались достаточно быстро, гораздо живее, чем в предыдущие разы, и всё-таки известия обо мне летели впереди. Достали до печёнок окрестные феодалы и монастыри, усердно зазывавшие погостить у них прославленного милорда Степа Неллерского. Отбивался от них вполне успешно, в основном с помощью Карла, однако, когда путь лежал через города и поселения владетелей, уклониться от пирушек не получалось. Понятно, за всё в этой жизни приходится платить, вот и я расплачивался с гостеприимными хозяевами, то исцелениями, то омоложениями. Впрочем, стараясь не тратить много времени, исцеления соглашался накладывать максимум средние, а за омоложения ставил приличный ценник, каждый раз разный, в зависимости от наблюдаемого достатка феодала. С графа Нейратского вообще слупил пять тысяч драхм, у него даже посуда на пиру была вся серебряная. Чему удивляться? У него собственные рудники по добыче этого металла имеются.

Возле небольшого городка у переправы через Нолту, средних размеров реку, встретили отряд Наказующих. Я было напрягся, подумал, неужели их магистр Ульян, бездарно профукавший нашему роду кардинальскую сутану, всё никак не угомонится и послал нам навстречу опять с требованием отдать им моего лейтенанта-мага? Но, нет, всё нормально. Братья наказующие накрыли крупную общину язычников в вольном поселении неподалёку. И везли её руководство в ближайшую обитель ордена Молящихся для проведения судебного дознания. Я накоротке переговорил с лейтенантом отряда и не заметил с его стороны ни враждебности, ни даже напряжённости. Похоже, Алиса может спокойно выдохнуть. Но не точно. Точнее узнаем в столице. Если дядюшка Рональд подтвердит, что моя партнёрша по взаимным ласкам уже не под подозрением, тогда действительно приму у неё вассальную клятву как владетельный феодал.