Под пальцами чувствовалось быстрое сердцебиение.

И почему-то именно это окончательно выбило почву из-под ног.

Он тоже волновался.

Хорошо.

Глеб скользнул ладонью с моей щеки в волосы, поддерживая затылок.

Я сама поднялась на носки.

После этого поцелуй изменился.

Он выдохнул мне в губы, рука на талии сжалась сильнее, притягивая ближе.

Я вцепилась пальцами в его футболку.

Стало жарко.

Слишком.

Глеб первым чуть отстранился.

Его лоб коснулся моего.

Дышал он тяжело.

— Лиз.

— Что?

— Если ты ещё раз сама ко мне прижмёшься, мне станет значительно сложнее помнить твои правила.

Я замерла.

Осознала, как именно стою.

Мои ладони у него на груди.

Его рука на моей талии.

Расстояния между нами едва хватало для дыхания.

Я подняла взгляд.

— А сейчас помнишь?

Глеб посмотрел на мой рот.

— Каждое.

От этого ответа стало жарче, чем от самого поцелуя.

Я не отстранилась.

— Хорошо.

Он прикрыл глаза на секунду.

— Соколова.

— Что?

— Ты специально меня мучаешь?

— Я учусь.

Глеб тихо рассмеялся.

— Плохая ученица.

— Почему?

— Слишком быстро схватываешь.

Я улыбнулась.

Он снова посмотрел на меня.

На этот раз ничего не спросил.

Просто ждал.

Я сама сократила оставшееся расстояние.

Поцеловала его первой.

Глеб замер на долю секунды.

Потом ладонь на моей талии сжалась сильнее.

Теперь прежней осторожной нежности хватило ненадолго.

Я чувствовала его дыхание, пальцы в волосах, напряжение тела.

Когда ладонь Глеба скользнула по моей спине ниже, он остановил движение сам и вернул руку выше.

Мне не пришлось напоминать.

Я заметила.

И именно поэтому захотелось позволить ему больше.

Очень опасная математика.

Мы отстранились только через несколько минут.

Я всё ещё держалась за его футболку.

Глеб смотрел сверху вниз.

— Ну?

Я с трудом собрала мысли.

— Что «ну»?

Он чуть усмехнулся.

— Как тебе такое, Илон Маск?

Я уставилась на него.

Секунду.

Потом рассмеялась прямо ему в грудь.

— Ты идиот.

Глеб обнял меня обеими руками.

— Зато последовательный.

Я сама отступила на шаг.

Он отпустил сразу.

— Всё. На сегодня достаточно.

Глеб посмотрел на меня.

— Уверена?

— Да.

— Жаль.

— Я вижу.

Мы вернулись с балкона в комнату.

Глеб прошёл к двери, остановился у порога и взялся за ручку.

Потом обернулся.

— Спокойной ночи.

— Спокойной.

Он уже собирался открыть дверь, но задержался.

— Лиз.

— Что ещё?

Глеб посмотрел прямо на меня.

Без улыбки.

— Это не было частью сделки.

Внутри снова всё сдвинулось.

Я ответила тише:

— Я знаю.

Он кивнул.

Открыл дверь, вышел в коридор и тихо закрыл её за собой.

Я осталась посреди комнаты.

Несколько секунд просто смотрела на дверь.

Потом коснулась пальцами губ.

Вот теперь у нас действительно появилась проблема.

Потому что до конца сделки оставалось два дня.

А первый настоящий поцелуй случился именно тогда, когда наши фиктивные отношения перестали ощущаться фиктивными.

Глава 14. Ночь

Глава 14. Ночь

В четверг утром я проснулась раньше будильника и первые несколько секунд лежала с закрытыми глазами, пытаясь понять, почему настроение подозрительно хорошее.

Потом вспомнила вчерашний балкон.

Глеба.

Его ладонь на моей талии.

Собственное совершенно добровольное решение поцеловать его второй раз.

Я открыла глаза.

Ну да.

Вот теперь всё ясно.

За окном уже было светло. Солнце пробивалось через тонкие шторы, по потолку двигались бледные отблески от стеклянной двери балкона. Где-то в саду работал полив, вода размеренно шуршала по газону, а снизу один раз гавкнул Арчи.

Я повернула голову к двери.

Прямо напротив, через коридор, была комната Орлова.

Очень удобно.

Особенно после того, как вчера ночью он стоял здесь и целовал меня так, что ещё минут двадцать пришлось объяснять собственному организму пользу сна.

Телефон на тумбочке завибрировал.

Я потянулась за ним.

Глеб:Доброе утро.

На часах было 08:11.

Я:Доброе.

Ответ появился сразу.

Глеб:Я уже переживал, что ты ночью сбежала через балкон.

Я усмехнулась.

Я:Второй этаж.

Глеб:Ради меня могла бы постараться.

Я:Самооценка с утра уже проснулась?

Глеб:Раньше меня.

Через пару секунд пришло ещё одно сообщение.

Глеб:Губы не болят?

Я медленно закрыла глаза.

Вот он.

Вернулся.

Я:Орлов.

Глеб:Что? Я переживаю.

Я:Переживай молча.

Глеб:Не умею.

Я положила телефон экраном вниз и улыбнулась.

Очень плохо.

Минут через сорок я спустилась к завтраку.

На мне были светлые льняные брюки, белая майка и тонкая голубая рубашка, которую я оставила расстёгнутой. Волосы собрала в низкий хвост, на ноги надела светлые сандалии.

На террасе уже сидели Тамара Павловна, Наталья и Сергей. Миша ел кашу и старательно выкладывал ягоды вдоль края тарелки. Андрей Викторович разговаривал по телефону возле перил.

Марина Сергеевна вышла из кухни с чайником.

— Доброе утро, Лиза.

— Доброе утро. Вам помочь?

— Садитесь, я уже всё принесла.

Я всё-таки подошла.

— Тогда хотя бы чайник давайте.

Она улыбнулась и передала его мне.

— Хорошо. Разливайте.

Я поставила чайник на стол и начала наполнять чашки.

Глеб появился через несколько минут.

Белая футболка, тёмные шорты, мокрые после душа волосы.

Я очень старательно продолжила смотреть в чашку Тамары Павловны.

— Доброе утро, — произнёс он, подходя к столу.

Все ответили.

Я тоже.

Нормально.

Вежливо.

Совершенно спокойно.

Глеб отодвинул свободный стул рядом со мной и сел.

— Доброе утро, Лиз.

Вот теперь слишком лично.

Я поставила перед ним пустую чашку.

— Чай?

Он посмотрел мне в лицо.

— Можно.

Я налила.

— Сахар?

— Ты знаешь, что нет.

— Поддерживаю светскую беседу.

— Тогда спроси, как я спал.

Я поставила чайник.

— Не интересно.

— А мне интересно, как ты.

В его глазах уже появилось знакомое веселье.

— Прекрасно.

— Правда?

— Глеб, — вмешалась Марина Сергеевна, — дай девушке позавтракать.

Он откинулся на спинку стула.

— Я ничего не делаю.

Тамара Павловна подняла глаза от чашки.

— Это пока.

Я опустила лицо, пряча улыбку.

Глеб посмотрел на бабушку.

— Вы сегодня все против меня?

— Нет, — спокойно ответила она. — Иногда мы отдыхаем.

Миша поднял голову.

— Геб педатель.

За столом стало тихо.

Наталья прикрыла глаза.

Я согнулась над чашкой.

Глеб медленно повернулся к племяннику.

— Почему?

Миша серьёзно подумал и показал ложкой на Арчи, лежавшего у ступеней.

— Собака.

— Железная логика, — заметил Сергей.

Наталья посмотрела на мужа.

— Даже не поддерживай.

Разговор быстро перешёл к завтрашнему дню рождения Тамары Павловны. К обеду должны были приехать несколько родственников и старые друзья семьи, поэтому часть продуктов привозили сегодня, а в саду собирались поставить ещё два стола под навесом.

Марина Сергеевна повернулась ко мне.

— Лиза, если завтра устанете от гостей, даже не думайте, что обязаны сидеть со всеми до вечера.

— Мне совсем не сложно. Я с удовольствием останусь.

Тамара Павловна посмотрела на меня поверх чашки.

— Вот. Слышал, Глеб? Нормальные люди хотят присутствовать на моём дне рождения.

— Я тоже присутствую каждый год.