— Отставить огонь! — громко крикнул он. — Приказ продублировать по всем батареям!

Кузнецов не отрывал глаз от дочери. Она стояла на улице Ленина, метрах в трехстах от городского парка — в знакомом спортивном костюме и кроссовках, с перепачканным лицом и спутанными волосами. И явно была очень и очень растеряна — будто оказалась не совсем там, где ожидала. Впрочем, Кузнецов её хорошо понимал — он и сам сейчас с трудом узнавал этот район, так хорошо над ним потрудилась крупнокалиберная артиллерия, да и ветви из-за купола тоже постарались на славу.

— Купол! — раздался ещё один крик, на этот раз без указания звания.

Все присутствующие дружно посмотрели на большой экран.

На куполе вспухли ещё пять разрывов, а вот шестой прошел сквозь преграду и взорвался там — причем взрыв было хорошо видно. Было видно и целую кучу огромных деревьев, которых в этом парке, зажатом между оживленными городскими магистралями, не было отродясь. И сам купол с каждой секундой становился всё прозрачнее и прозрачнее — и в какой-то неуловимый момент пропал совсем.

— Что это значит? — озадаченно спросил генерал по имени Виктор, ни к кому не обращаясь.

Кузнецов решил не дожидаться следующих вопросов. Он со всех ног бросился к двери трейлера, оттолкнул замешкавшегося на пути сержанта, спрыгнул со ступенек — и побежал к дочери. Здесь было недалеко, а он был в хорошей форме, и собирался преодолеть это расстояние минут за пять.

Но он успел услышать, как за спиной раздался командный рык Виктора:

— За ним, быстро! И опергруппы к этой девчонке и в парк! Всё проверить, всё оцепить! Ни одна мышь не должна ускользнуть.

Кузнецов злорадно подумал, что в парке, скорее всего, никого уже нет. А уж о судьбе дочери он позаботится сам, никому не доверит. Даже Мише.

Глава 14 Слишком много магии

Малиут долго бился над простым вроде бы вопросом — почему эльфы так легко сдались после поражения своей армии? Почему они позволили людям разрушить свои священные места и магические рощи? Что случилось с теми, кто уцелел в мясорубке сражений? Почему у них полностью исчезла воля к сопротивлению, и они пошли в кабалу к человеческому роду, отказавшись от своей магии?

Но сейчас он мог бы с легкостью ответить на все эти вопросы. Войны всегда длились долго; люди воевали эльфов несколько десятков лет. За это время сменилось несколько поколений, и все они выросли, не зная мирного времени и существования. Их уделом были набеги людских отрядов, сожженные деревни и города, убитые родные и близкие. И в какой-то момент они просто-напросто перегорели, стали готовы на всё, лишь бы этот кошмар, растянувшийся на десятилетия, наконец закончился.

Малиут сам прошёл через всё это, но ему потребовалось лишь три дня. Ещё вчера утром внутри мальчика горел огонь — очень большой и горячий, требующий от него непрерывных действий и движения. Под влиянием этого огня Малиут украл пони принцессы и сбежал из города, пробрался в долину Вирруан, сумел спастись от королевских дозоров и эльфов опальной принцессы. Но уже к вечеру от первоначального огня остались лишь слегка тлеющие угли; проведенная в гроте ночь, пещера с Яникой и блуждание по лесу в поисках стражников превратили угли в остывшую золу, вся судьба которой — быть развеянной по ветру.

Ну а Малиут просто смирился. С тем, что с ним обращаются хуже, чем с мебелью, что ему, скорее всего, не суждено вырваться из этой передряги живым. Он механически выполнял приказы, шёл, куда сказали, и даже не думая, приблизился к магическому пологу, закрывавшему вход в пещеру, и прошел через него.

Он не знал, зачем сделал это, и что будет после. Прошёл и в темноте стал ждать дальнейших приказов. Но вместо этого его схватила за плечо крепкая рука, дернула вглубь пещеры, а невидимый владелец этой руки спросил басом:

— Ты кто, духи тебя побери, такой?

— Малиут ап Майлгун, — повторил маленький эльф своё имя, которое за сегодня произносил уже не раз.

— Ап Майлгун? — переспросил незнакомец. — Помню, был такой клан… ап Майлгуны были храбрыми воинами, они отважно сражались с врагами и жили у Синего Истока… но потом продались людям. Ты из этих ап Майлгунов?

В этот момент Малиуту стало по-настоящему страшно.

— Я… — он проглотил комок в горле. — … я не знаю…

— Вот, и это эльфы. Родства не помнящие, заветы предков забывшие, — с непонятной горечью проронил невидимый незнакомец. — Проходи, чего встал.

Словно Малиут видел, куда идти. Но незнакомец, похоже, это учел. Он перехватил плечо мальчика и проволок его чуть вперед — и тот увидел за поворотом пещеры знакомый зал, освещенный тусклыми светильниками.

— Какой-то ап Майлгун, как он говорит, — сказал незнакомец. — Я не проверял, вы уж сами тут. А я ещё постерегу, вдруг тут таких ап Майлгунов прорва бродит.

Шаги за спиной быстро затихли — незнакомец вернулся на свой пост, а Малиут осмотрел пещеру, заново открывая её обстановку.

Принцесса Яника по-прежнему лежала на постаменте и, вроде бы, признаков жизни не подавала. Малиут знал, что она не мертва — грудь вздымалась при вздохах, хотя и редко-редко. Шкуры вокруг очага и склад припасов тоже были на месте. Но теперь в пещере было слишком многолюдно. Рядом с очагом сидели четверо — он присмотрелся внимательнее — эльфов, а ещё двое спали, укрывшись плащами.

— Подходи ближе, ап Майлгун, — сказал один из сидевших, так и не обернувшись. — У нас есть к тебе вопросы.

Малиут осторожно подошел к очагу. Котел уже не висел над углями, а валялся чуть в стороне — совершенно пустой. Да и углей не было — в очаге потрескивали сучья, которые давали желтоватое пламя. А незнакомцы действительно оказались эльфами.

— Меня зовут Ирт ап Кунеда, — сказал один из них. — Я из клана ап Кунедов, ап Майлгуны когда-то были нашими побратимами. Но это было давно, слишком давно для нас всех. Но в память о предках мы не убьем тебя сразу. И лучше тебе ответить на наши вопросы честно и быстро. Ты всё понял, маленький ап Майлгун?

— Да… — Малиут еле вытолкал это слово пересохшим языком. — Только… у вас не будет немного… ну… воды?

Вода нашлась. Ап Кунеда дождался, когда Малиут напьется, потом внимательно посмотрел на него и спросил:

— Что это за девица? — он небрежно ткнул рукой в сторону постамента с Яникой.

Этого вопроса Малиут не ожидал.

— Принцесса… Её Высочество… Яника… — сказал он, запинаясь и пытаясь привести мысли в порядок. — Дочь короля…

— Ну да, раз принцесса, то уже наверное дочь короля, — весело произнес ап Кунеда.

Товарищи поддержали его громким смехом.

— И как эта принцесса всю магию из долины сумела выдоить? Она же сюда на ритуал приехала? — Малиут кивнул. — Вряд ли её послали тут всё убить. Как думаешь?

— Да, это был обычный ритуал, на двенадцать лет. Ей три дня назад исполнилось… я слышал, что это какие-то эльфы подстороили… или их госпожа?

— Ты у меня спрашиваешь? — нахмурился ап Кунеда. — Так я не знаю. Я знаю, что эта девчонка каким-то способом оставила Вирруан без магии, а в ней её сейчас столько, что непонятно, как её тело ещё цело.

— А как… она здесь?..

— Мы притащили, — буркнул седобородый, сидевший рядом с ап Кунедой. — На всякий, вдруг помрет, а тут камень подходящий — может, что обратно в долину и вернется. Но суетно это… люди теперь по всему Вирруану бегают, как у себя дома… наверное, пора уходить отсюда.

— Да уйдем, решили уже, — бросил ап Кунеда. — Разведаем, что у Светлой речки творится, и если всё, как мы думаем, вернемся к себе…

— А вы кто? — задал мучивший его вопрос Малиут.

— Эльфы, — бросил ап Кунеда. — Не видишь, что ли? Ну так открой глаза — вот брови, вот уши, вот волосы. Гребень показывать не буду, даже не проси.

— Но…

— Не такие эльфы, как вы. Мы предков не предавали, живем по старым обычаям. Люди нас не трогают, ибо не за что, мы их, правда, тоже. Оба два делаем вид, что вокруг никого, как до войн было. Сюда, правда, тайком приходится приходить, не любят они, когда эльфы до магии добираются. Вон им, — он кивнул в сторону двух спящих соратников, — время пришло. И если бы не твоя принцесса, уже бы всё сделали. А теперь и перед людьми открылись, и ритуал не провели. Одни убытки…