— Что… тут было?

— Говорю же — магия, — откликнулся дракон. — В купол начали прилетать эти ваши…

— Снаряды?

— Они самые. И ты был прав, это серьезное оружие. А девчонка меры не знает, начала вливать в защиту прорву магии — и в просто надорвалась. Потеряла связь с рощей, выжала себя досуха, а потом — бам! Упала, и всё, нет купола. А сюда ещё эти самые снаряды летят. Пришлось мне срочно новый ставить. На большой сил не хватило, да и в рост почти половина ушла… — дракон будто чувствовал себя виноватым в случившемся.

Но Максу было пофиг на чувство вины этой ящерицы-переростка. Он пытался понять, что его беспокоило, и слово «снаряды» помогло ему вспомнить.

— Слушай, а почему мы не ушли? Я же предупредил, что по нам будут стрелять, даже, кажется, показал на примере, что будет очень больно. Надо было сваливать отсюда, пока до горячего не дошло. С артиллерией шутки плохи.

— Мозги плохо ворочаются? — сочувственно сказал дракон. — Принцесса предложила усилить защиту, ты согласился, ну а потом всё и случилось.

— Случилось — что? — уточнил Макс.

— У тебя тело сильно изменилось, и ты сознание потерял. Мы начали думать, как это исправить, ну и… не успели, короче.

— И очень сильно изменилось?

— Девчонка сказала, что ты на неё стал похож. Тельце маленькое, одежда, как мешок… в общем, мы думали, что прямо тут копыта и откинешь.

— А сейчас я как? — осторожно спросил Макс.

Сам себя он ощущал вполне привычно — у него было его тело, его руки, да и одежда была по размеру.

— Почти прилично. Только бледный и взгляд безумный. Но это пройдет, — обнадежил его дракон. — Со временем.

Максу не понравилось сомнение в последней фразе, но он решил не уточнять.

— Погоди. Я правильно понимаю, что когда Яна творила своё колдовство, я изменился сильнее, чем за предыдущие два дня?

Дракон кивнул.

— Вот оно чё, Михалыч… — протянул Макс. — Не нравится мне эта ваша магия. Но вообще-то нам по-прежнему надо валить отсюда и как можно скорее. Вряд ли пушкари успокоятся на том, что просто выбили нас обратно в парк. Они сейчас перенацелятся и добьют этот рассадник магии. У них наверняка приказ имеется.

— Нам нельзя уходить, — очень серьезно сказал дракон.

— Это ещё почему?

— Девчонка без подпитки от рощи помрет. К тому же я теперь знаю, как вернуть её обратно, но и для этого мне нужна магия.

— А что, если вернуться потом? Ну, когда эти настреляются? — Макс не собирался сдаваться.

В Африке он как-то попал под артналет — какие-то бармалеи обзавелись парой пушек и решили проверить белых бван на прочность. Налет был, правда, небольшой, но свои тогдашние беспомощность и страх Макс помнил очень хорошо, и ему не хотелось испытать те ощущения снова. Тем более сейчас на него нацелились не дикари с трехдюймовой гаубицей времен Первой мировой, а вполне серьезные ребята.

Дракон молчал.

— Ну так что? Уйдем, потом вернемся — и всё сделаем?

Дракон покачал головой.

— Она не выживет.

— Черт! Вот дерьмо!!

Глава 13 Большой бум

Вся городская власть явилась на временный командный пункт, чтобы засвидетельствовать своё почтение севшим в лужу армейским — а заодно, опосредованно — и своим столичным начальникам. Ведь те открыто выразили недоверие местным, решили, что те не могут справиться с пустяковой проблемой. А проблема оказалась не такой уж и пустяковой — во всяком случае, она оказалась не по зубам и артиллерийскому дивизиону.

Кузнецов выцепил взглядом в толпе своего знакомого и подошел к нему.

— Михаил Леонидович, — он изобразил некую пародию на поклон.

— Юрий Владимирович, — тот вернул шутливый жест.

Настроение у заместителя мэра было очень неплохим, хотя буквально несколько часов назад он был готов собрать чемоданы и покинуть насиженное место, чтобы оставить прикормленных коммерсов на волю залетных варягов. Кузнецову до него было очень далеко.

Максим ему перезвонил сразу после завершения обстрела и рассказал, что Яна потеряла сознание из-за перенапряжения, но жива и в целом здорова. Правда, увозить её нельзя — этого момента Кузнецов до конца не понял, но он был как-то связан с магией, с существованием которой уже смирился. Конечно, ещё одного такого артналета купол не выдержит, но вроде бы никто не собирался его повторять.

Часть города уже была превращена в руины и заминирована неразорвавшимися снарядам, убирать которые будет очень непросто и дорого. Впрочем, «дорого» было про всю эту ситуацию, и пока оставалось непонятным, кто будет платить за весь этот банкет. Военные точно не будут — они всего лишь выполняли приказ. Центр пока мрачно молчал, а местные судорожно прикидывали, с кем надо поделиться, чтобы оргвыводы были сделаны в правильную сторону.

— Там что-то говорят хорошее? — Кузнецов мотнул головой в сторону собрания высших чинов.

— Да побойтесь бога! — заммэра даже отмахнулся рукой. — там только о хорошем и говорят! Как прессу запустили — так и начали вещать о хорошем. А вот до этого было всякое… да… Тот генерал даже собирался «искандерами» добить этот чертов купол, но у них наготове только ядер… тьфу… спецбоеприпасы да кассеты, а те от города ничего не оставят. Потом его, конечно, отозвали, но я слышал, что он был очень серьезно настроен.

— Да, очень серьезный военный был, — подтвердил Кузнецов. — Пообщался с ним немного, совершенно непробиваемый.

— Вот и там так решили, — Михаил Львовчи ткнул пальцем в небо, — что сюда надо кого-то более гибкого. Но пока не решили, кого. Но уже понятно, что больше стрелять не будут. Ты про Яну что-нибудь узнал?

Кузнецов нахмурился.

— Вроде в порядке, но ей нужно время, чтобы выбраться из этого дерьма.

— Ну, время — это единственное, чего у нас сейчас навалом, — заммэра со смешком хлопнул Кузнецова по плечу и отправился к своего непосредственному начальнику.

С лица Кузнецова сразу сползло игривое настроение.

— Миша, — сказал он появившемуся справа телохранителю. — Бери своих ребят и снова отправляйтесь к парку. Проверяйте купол, если там что-то измениться — сразу звони мне. А так — доклад раз в полчаса. Напрямую.

Миша кивнул и легкой трусцой побежал исполнять приказ.

Кузнецов остался на месте. Он знал, что любые важные решения сейчас будут приниматься именно здесь. Ну и ещё в кремлевских кабинетах в далекой Москве, но туда он вряд ли попадет.

— Она не очнулась?

Макс смахнул с ладони очередной огненный шарик и развеял его, а затем вытер пот со лба. Магия давалась непросто.

— Нет, всё по-прежнему, — откликнулся дракон. — Продолжай.

— Да не выходит у меня ничего! — в сердцах воскликнул Макс. — Одни эти энергетические шары, — он создал очередной шарик и отправил его в землю, где тот взорвался. — А они нам не нужны.

— Не нужны, — согласился дракон. — Нам нужны деревья, и именно те, которые уже вырастила девчонка. И откуда у неё эти знания?

Макс промолчал и попытался сосредоточиться на ботанике.

С час они ждали возобновления обстрела. Макс не верил, что военные отступятся так просто — не после того, как они выбросили на ветер целый боекомплект самоходного артдивизиона. Он, конечно, не боялся, что их забросают тактическими зарядам, но роще хватило бы и обычных боеприпасов — если они прилетят в достаточном количестве.

И лишь убедившись, что в ближайшее время они не умрут, Макс и Остеденте начали думать, что делать дальше. Объяснять свой план дракон отказался наотрез — мол, доверься мне, я всё вспомнил, но что вспомнил и к чему это приведет, не говорил. Но ему для этого нужна была целая и хотя бы в первом приближении невредимая роща.

Именно восстановлением деревьев сейчас и пытался заняться Макс. Дракон лишь развел крыльями — в этом деле он был почти бесполезен. Но и сам Макс тоже ничего сделать не мог. Его магия не хотела выращивать деревья, она хотела создавать наполненные волшебной энергией шарики, которые прикольно взрываются, и переубедить её ему пока не удалось.