Он подвел Никки к дивану и достал лосьон, который использовал после их последней встречи. Запах был успокаивающим и, он надеялся, достаточно знакомым для Никки, чтобы вернуть чувство комфорта.

      - Встань на колени, мальчик. Я бы позволил тебе сесть со мной, но твоя кожа сейчас слишком чувствительна.

      Никки опустился на колени, все еще молча. Это было нормально, саб был глубоко в своем сабспейсе и покорным, так что словесное подтверждение не требовалось.

      - Вот так, мальчик. Почему бы тебе не положить голову мне на колени? - Он удобно устроился и помог Никки переместиться так, чтобы его саб комфортно расположился на коленях, и принял вес Никки, когда тот тяжело прижался к нему. Некоторое время он лишь нежно водил пальцами по волосам мальчика, ожидая, пока Никки немного придет в себя. К тому времени, как он потянулся за лосьоном, Никки уже начал шевелиться.

      С большой осторожностью он нанес лосьон на покрасневшую кожу на спине мальчика. Он не мог удержаться и проводил пальцами линии там, где более жесткие кожаные ремни приподняли кожу, и каждый раз получал от мальчика прекрасный стон.

      - Как ты себя чувствуешь? - наконец, спросил он.

      - Хорошо, сэр, - хриплым и низким голосом произнес Никки. - Мне так хорошо.

      Бредфорд не знал, забавляться ему или оскорбляться, когда рука Никки обхватила прекрасный, налитый кровью член и стала ласкать его. Никки застонал, энергично двигая рукой. Бредфорд понимал, что не позволит мальчику продолжать, но позволил себе мгновение насладиться моментом. В конце концов, он был Мастером, и мог получить все, что ему нравилось. Однако здесь крылся урок - один из многих подобных, которые Никки еще предстояло усвоить, - так что предаваться удовольствию он мог лишь недолго.

      - Очень красиво, мальчик. Держу пари, это приятно.

      - Да. Да… сэр. Ах.

      Он покачал головой. Боже, он помнил, каково быть двадцатилетним, словно это было вчера.

      - Довольно.

      - Ах! - вскрикнул Никки и подался вперед.

      - Я разрешал тебе кончить, мальчик?

      - …нет, сэр.

      - Разрешал ли я тебе трогать себя? Ласкать и доставлять себе удовольствие? Ну, мальчик? Разрешал?

      - Нет…сэр! Простите, сэр.

      Его повышенного тона пока должно было быть достаточно, поскольку они еще не обсуждали дисциплину и наказание. Он заметил, что, хотя Никки был расстроен, мальчик, похоже, не был готов использовать стоп-слова.

      - Сядь, мальчик.

      Как только Никки снова выпрямился, он встал и отошел.

      - Предплечья на пол, лоб на руки, задницу вверх, колени раздвинуты. Живо. - Он говорил строгим и отрывистым тоном.

      - Да, сэр.

      Он наблюдал, как Никки выполняет его приказы, молча, пока мальчик не успокоился и не замер.

      - Колени шире. Задницу выше.

      - Да, сэр. - Никки подчинился.

      Он медленно обошел мальчика по кругу, проверяя его осанку, убеждаясь, что Никки находится в положении, в котором сможет продержаться некоторое время.

      - Ранее ты научился позе «демонстрации». Это положение я называю «мольбой». Запомни ее, прочувствуй, потому что в следующий раз, когда ты окажешься в таком положении - а я уверяю тебя, это случится, - я не буду давать указаний. И я буду менее терпелив, чем сейчас.

      Никки кивнул.

      - Что ты сказал, мальчик?

      - Да, сэр. Я запомню, сэр, - быстро ответил Никки, голос его немного дрожал.

      Бредфорд внимательно следил за мальчиком, но позволил ему немного поволноваться.

      - Ты ничего не делаешь без моего разрешения, мальчик.

      - Простите, сэр.

      - Ты должен сосредоточиться на том, чтобы угодить мне. Твой разум, твои действия и твое тело - в моей власти. Если тебе что-то нужно, можешь об этом попросить. Если я скажу «нет», ты можешь умолять, если чувствуешь в этом необходимость. Я все равно могу сказать «нет». Думал ли ты обо мне, когда мастурбировал?

      - Нет, сэр, - мрачно ответил Никки.

      - Я тебя не слышу, мальчик.

      - Нет, сэр!

      - Нет, ты думал о своих собственных потребностях. Ставил свои потребности выше моих.

      - Простите, сэр. - К чести Никки, мальчик действительно звучал искренне раскаявшимся.

      - Ты уверен? - Пришло время для более сложных вопросов.

      - Сэр?

      - Расскажи, что ты сделал не так.

      - Я… да, сэр. Я хотел… я был таким твердым, и я словно… парил, и мне просто хотелось, и было так приятно. Я потерял концентрацию. Я не… вы ведь этого хотите, правда? Кейд мне так сказал. Вам никто не отказывает.

      Бредфорд фыркнул, и одна бровь у него поползла вверх. Кейду еще припомнят эти слова.

      - За кого ты меня принимаешь, мальчик? Не пытайся мной манипулировать. Секс - получение удовольствия в любом виде - не входит в наше соглашение, и поэтому о нем не может быть и речи. Мы следуем правилам и контрактам в этом образе жизни не просто так.

      - Простите, сэр.

      - Скажи еще раз.

      - Простите, сэр.

      - Еще раз.

      - Простите! Сэр, пожалуйста. Я был неправ.

      - Так-то лучше, мальчик. Расскажи мне подробнее.

      - Я… я был неправ. Я не понимал. Я все еще учусь. - Плечи Никки задрожали, пальцы сжались на полу. - Я хочу научиться быть лучше. Я хочу угодить вам, обещаю. Я знаю, что это пойдет мне на пользу, сэр. Я никогда никому так не доверял. Никогда не чувствовал себя таким настоящим. Пожалуйста, сэр. Простите.

      Он кивнул. Ему не хотелось запугивать мальчика, но некоторые уроки лучше усваивать на собственном примере. Однако усвоенный урок заслуживал награды. Он сел на пол рядом с головой Никки и погладил мальчика по волосам.

      - Ты настоящий, мальчик. Для меня, как для твоего Мастера, будет в приоритете оставаться достойным твоего доверия. Ты совершил ошибку и пытаешься извлечь из нее урок. Большего я от тебя и не требую. Ты меня порадовал.