— Вы можете понять, какая часть узора заставила меня передумать?

Эврайна долго изучала платье.

— Нет.

— Совсем?

— Я могу предположить, что линии вокруг груди и рук связаны с вашими решениями и работой, потому что на других вещах похожие узлы находились возле тех участков, которые соответствовали утраченным способностям. Но если скажу больше, начну придумывать.

— Значит, платье нельзя надевать.

— Я бы не надела.

— Тогда дома возникнут вопросы.

— Скажите, что нашли недостаток в посадке.

Алейса посмотрела на неё.

— В платье лучшего дома столицы.

Эврайна придирчиво осмотрела талию.

— Здесь действительно можно сделать лучше.

— Вы серьёзно?

— Абсолютно.

Она подтянула ткань на манекене и показала складку у левого бока.

— При движении эта часть потянет юбку назад. Не катастрофа, но я бы переделала.

Алейса подошла ближе.

— Я этого не заметила.

— Для этого существуют портнихи.

— Дом Вельт тоже состоит из портних.

— Хороших.

— А вы лучше?

Эврайна собиралась автоматически ответить, что нет.

Потом посмотрела на складку ещё раз.

— В этом месте — да.

Тейр поднял брови.

— Запомню дату.

— Что?

— Вы признали собственное преимущество без трёх оговорок.

— Вы сегодня особенно разговорчивы.

— Видимо, поздний час.

Алейса провела пальцем возле складки, не касаясь золотой вышивки.

— Значит, я могу сказать, что принесла платье вам на исправление.

— Можете.

— Никто не поверит, что будущая жена Сорвейна Аркро добровольно отдала свадебное платье его бывшей жене.

Эврайна задумалась.

— Тем лучше. Иногда самая полезная ложь — та, которая настолько нелепа, что оказывается правдой.

— Я не люблю ложь.

— Тогда скажите ровно правду. Посадка вам не понравилась. Вы приехали к мастерице, чья работа сейчас обсуждается по всей столице.

— Скромно.

— Я учусь вести дело.

Алейса снова улыбнулась.

Потом стала серьёзной.

— Вы действительно возьмётесь?

Эврайна поняла, что речь уже не о складке.

— За платье?

— За меня.

В комнате стало тихо.

Алейса продолжила:

— Я понимаю, как это выглядит. Через несколько дней после того, как Сорвейн расторг с вами брак ради союза с моим домом, я прихожу ночью и прошу спасти меня от собственной свадьбы.

— Вы не просили отменить свадьбу.

— Пока.

— Это ваше решение.

— А вам не хочется сказать, что я получила то, на что согласилась?

Эврайна посмотрела на неё.

Вопрос оказался неприятнее, чем она ожидала.

Потому что маленькая, очень человеческая часть её действительно могла бы найти справедливость в том, что Алейса теперь тоже боялась венечного узора.

Вот только справедливостью это не было.

— В вечер моего развода вы знали, что займёте моё место, — сказала Эврайна. — И не отказались.

Алейса не отвела глаз.

— Да.

— Мне это было больно.

— Понимаю.

— Нет. Думаю, до конца не понимаете. И не обязаны.

Эврайна положила серебряный резец на стол.

— Но то, что произошло со мной, не даёт мне права смотреть, как то же самое делают с другой женщиной, и радоваться, что на этот раз не со мной.

Алейса долго молчала.

— Я ожидала, что вы меня ненавидите.

— Вы уже спрашивали.

— Тогда вы сказали, что почти меня не знаете.

— Теперь знаю немного больше.

— И?

Эврайна посмотрела на свадебное платье.

— Пока выводы смешанные.

Алейса тихо рассмеялась.

И напряжение между ними наконец стало другим.

Не дружбой.

До дружбы было далеко.

Но и соперницами они больше не ощущались.

Для соперничества нужен был предмет, за который обе хотят бороться.

Сорвейн им больше не был.

Тейр кашлянул.

Обе женщины повернулись к нему.

— Мне очень не хочется прерывать этот момент взаимного понимания.

Эврайна прищурилась.

— Но вы, конечно, прервёте.

— Разумеется. Потому что у нас есть практическая проблема.

— Какая?

— Если леди Торн сейчас официально отменит свадьбу, люди, создавшие узор, узнают, что он обнаружен.

Алейса сразу перестала улыбаться.

— Вы предлагаете мне выйти замуж?

— Нет.

Ответ прозвучал настолько жёстко, что Эврайна посмотрела на Тейра внимательнее.

— Я не позволю провести церемонию с этой структурой до окончания проверки, если буду иметь возможность её остановить. Но между сегодняшним вечером и церемонией есть время.

— Девять дней, — сказала Алейса.

Эврайна повернулась.

— Девять?

— Наш союз должны заключить во время Бала двенадцати домов.

Название было знакомо, хотя она не сразу поняла, почему оно сейчас прозвучало странно.

Ежегодный большой приём проходил во дворце в конце летнего сезона. Представители старших домов подтверждали договоры, представляли наследников, объявляли помолвки. Иногда проводили несколько брачных церемоний.

— В этом году на Балу будет ваша свадьба?

— Да. Отец счёл это символичным. Аркро и Торн должны объявить новый союз перед всеми великими родами.

Тейр ничего не сказал.

Но Эврайна заметила, как он посмотрел на платье.

— Что?

— Пока ничего.

— Я уже ненавижу ваше «пока».

— Знаю.

Алейса спросила:

— Что вы хотите от меня до Бала?

Тейр не ответил сразу.

— Ничего, что поставит вас под угрозу.

— Это не ответ.

— Тогда конкретно: не надевайте платье. Не позволяйте менять венечную основу без вашего присутствия. Не подписывайте новые документы, связанные с магической частью брака, пока я их не проверю.

— А если Гильдия потребует повторную примерку?

— Сообщите госпоже Мерсель.

— Как?

Эврайна задумалась.

Прямые письма можно было перехватить.

Посыльный от Торнов возле ателье тоже вызовет вопросы.

— У Брины напротив продаются ленты, — сказала она. — Вашей горничной когда-нибудь нужны ленты?

Алейса поняла почти сразу.

— Постоянно.

— Пусть приходит покупать. Если нужна встреча, просите тесьму цвета зимнего серебра.

Тейр посмотрел на неё.

— Вы сейчас создаёте тайный способ связи через галантерейную лавку?

— Я создаю повод женщине зайти к соседке без внимания половины столицы.

— Брина будет в восторге.

— Она увеличит цену.

— Обязательно, — согласилась Эврайна.

Алейса покачала головой.

— Я начинаю понимать, почему у вас здесь очередь.

— Из-за лент?

— Потому что вы совершенно не соответствуете тому, что о вас говорили.

Фраза задела.

Эврайна постаралась не показать.

— Что именно говорили?

Алейса поняла ошибку.

— Простите.

— Нет. Теперь мне интересно.

— Что вы очень красивая, воспитанная и совершенно бесполезная.

Тейр замер возле стола.

Эврайна неожиданно рассмеялась.

— По крайней мере, с первым они не спорили.

Алейса тоже улыбнулась, но взгляд остался серьёзным.

— Я верила.

— Почему бы нет? Я сама верила почти семь лет.

— Теперь уже не верю.

Эврайна хотела отшутиться.

Не получилось.

— Спасибо.

Это было всё, что требовалось.

Тейр вернулся к платью.

— Если связь через вашу горничную сработает, мне понадобятся сведения о подготовке церемонии.

— Какие?

— Кто приезжает от Гильдии. Какие документы приносят. Кто проверяет наряд. Меняется ли список присутствующих мастеров. Всё, что выглядит необычно по сравнению с обычными приготовлениями.

— Я не знаю, что считается обычным.

— Тогда записывайте изменения.

Алейса кивнула.

— Я могу получить список церемониальных распорядителей. Отец оставляет такие бумаги в общей конторе дома.

— Только если вам не придётся ничего красть, вскрывать или подделывать.

Она подняла брови.

— Лорд Лаверн, это мой дом.

— Хорошо. Тогда только то, к чему у вас есть обычный доступ.