- Не нервировать, водить по знакомым местам, делать привычные вещи, общаться с близкими людьми, ну и настоечку пропишу, для улучшения мозговой деятельности. – Какую настоечку? Сахар с водой?

Безусловно, чёрт седой - врач, он вылечил тело, но квалификация, думается мне, сильно приукрашена. На деле дед не сделал ничего плохого. Ничего плохого до того, как предложил некоего менталиста. Теперь он под пристальным наблюдением. Раз называемый братом мужик резко-негативно отреагировал на его предложение, значит оно было крайне опасным, а такими идеями перед людьми в безвыходных ситуациях раскидываются либо дураки не осознающие ответственности, либо чрезмерно хитрожопые, с личными намерениями, уж точно не уважаемые и уверенные в своей профессиональности опытные врачи.

После представления, разговоров, споров, выписывании лекарств, остались наедине со служанкой.

Девчушка со светлыми, слегка рыжеватыми волосами, веснушками, и круглыми, как у щеночка зелёными глазами. Сочувствие во взгляде. Что-то знает.

- Во...ты – надавлю на жалость. С такими работает безотказно.

- Миледи, простите, не поняла. – едва не плача шептала во взволнованной манере.

- Пи...ть – для большего взаимопонимания почесала горло.

- А! Вы хотите пить! Конечно, сейчас, сейчас! – воскликнула громко от удивления собственной догадливости. Голосок словно детский. Милашка. Налив стакан воды, решив, что я очень слаба, начала поить. Зря. Ох, зря.

- Спа...си...бо – с трудом пыталась выговорить.

- Да что вы, миледи! Это моя обязанность! – м-да, дитё. Если ты, такая же лицемерка как я, то поднимаю руки в знак капитуляции, а если нет, то извини.

- Ты...осе...нь...красывая… - проговорила, грустно улыбаясь, смотря прямо в глаза. О! То, что нужно. Не легко смотреть на плачущего ребёнка, вот только на кону моя жизнь.

Ойкнула от удивления. Из широко распахнутых век полились ручьи слёз.

- Спасибо, Миледи! – рыдает. – Прошу прощения. -

- По...сему? – если бы захотела, могла бы нормально говорить, но чувствую: это лучший способ случайно не проколоться. Зажимаю кончик языка между левыми пятёркой и тройкой. – У тепя...што-то...болит? -

- Нет, что вы! –

- Как...тепя...совут? – делать вид страдающей от боли вообще не сложно, когда каждое действие отдаётся реальной болью.

- Рина*всхлип*, Миледи *всхлип*! –

Дождавшись окончания меня-желения, расспросила о жизни и работе. Оказывается: ей тринадцать, есть три старшие сестры, все работают горничными, одна при дворе, вторая здесь вместе с Риной, последняя в доме какого-то графа на Н или на М, не запомнила. Ещё что-то рассказывала, пришлось притворяться внимательным слушателем, пытаясь подобрать подходящий момент для ключевых вопросов.

- А…как...меня...cовут? – не спеша издалека.

- Ох! Миледи, простите! Всё о себе и о себе, совершенно забыла о ваших проблемах с памятью! -

- Нисего...страшново. -

- Как же? Вам должно быть страшно, а я о своей бесполезной жизни рассказываю! -

- Мне...это...тосе...интересно. – долго будем в перетягивание каната вежливости играть?

- Ваше полное имя Билсилия Ро Диэль. Вы дочь барона Максилиса Ро Диэль и… - тут она осеклась, опустив голову, оставила под взглядом краснеющие уши - Простите...Вашу матушку не знаю. – шёпотом. Не удивила.

- Нисего...страшново. – сегодняшняя участь быть заезженной пластинкой… - Продолсай… -

Спустя почти час диалога, с перерывами на извинения и комплименты, удалось узнать достаточно, дабы, сложив с воспоминаниями, получить относительно синхронизированную картину.

Би двадцать три года, по местным меркам едва не детство. Люди здесь живут в среднем лет по двести, а сильные волшебники того дольше. Только для удачного замужества при таком магическом “потенциале” и возрасте Би не годится. По статистике, женщины предельно часто вступают в брак рано, у аристократов начиная с шестнадцати лет до двадцати принято обязательным выдать дочь замуж, или хотя бы организовать помолвку, иначе та считается не нужной, у простолюдинов попроще: нет чётких возрастных границ, но незамужние девушки за тридцать – большая редкость. А мне локальные устои уже “нравятся”!

Дорогой папенька обладатель трёх официальных унс или унсых, не уверена, как правильно – так тут называют всех жён, кроме главной. От главной жены, её имя сразу же позабыла, у Максика два ребёнка: больная Элисса, больше всех понравившаяся Би, раз даже имя яркая вспышка в памяти, и старший сын Зирон. Какая-то унса бесплодна, другая имеет дочь по имени Клара. И, наконец, самая любимая унса – Сири, от неё у барона младший сын Картис, а также, скорее всего, любимая дочь Карис… У фаворитки фетиш на клички начинающиеся с “Кар” заканчивающиеся “ис”?

Очевидно: основное противостояние между Сири и главной женой. Билсилия как тут очутилась? Её не признавали официальным ребёнком до недавних пор, это Рина выдала с трудом, пришлось делать вид, что я отдалённо припоминаю деревенский дом и совершенно не знаю где сейчас нахожусь. У Максилиса внебрачный отпрыск пребывал меньше двух месяцев. За короткое время девушку обучали этикету, манерам, танцам и… на том всё. Почему же Би вообще сюда приволокли? Клара замужем, Элисса – больна, против замужества Карис на востребованном герцоге выступает сам барон, предполагаю не без подачи голосового помощника. Получается: нашли кого-то со стороны. Действительно ли эта тушка биологический ребёнок, или они взяли первую попавшую сиротку, бабуля которой недавно откинулась? Не понятно. Но факт остаётся фактом: я в теле жертвы.

Ещё удалось узнать: Билси свалилась с лестницы, ударившись головой о каменный выступ, три дня назад. Случайно, помогли или намеренно? Даже предположения нет. К намеренному склоняюсь больше, исходя из такой завидности жениха, молодая девушка могла от безысходности захотеть самоубиться. Урод? Старик? Псих? Всё и сразу? Уточню.

- Лина…а...кхто...мой…зених? -

- Ой! – что за “ой”? – Миледи, вы помните о женихе? –

- Слышала...пока...не мокла...проснуться – снова глаза на мокром.

- Миледи, ваш жених… - мнётся. Милая моя, эта дама страх как терпеть не может драматические паузы. – Герцог Даврос Рочир эр Вирибус. – имя – кошмар картавого. Повисло молчание.

- Он...старый? – еле удержалась от раздражённого вдоха. Что ж из неё всё вытягивать нужно?

- Нет! Что вы!? Ему слегка за тридцать. Довольно юн для женитьбы. -

- Урод? – ладно, время есть, наверное... Поиграем в угадайку.

Ответила Рина мотанием головы.

- Среди служанок ходит слух, что герцог Рочир эр Вирибус очень красив. – у меня уголок рта дёрнулся. Счастья полные штаны! Красавчик герцог мой жених. Могу брать деньги за экстрасенсорные способности.

- Тогда…он...злодей? – излишне трагично, но для данной особы самое то. Тут она замялась, а я была готова стонать от разочарования. Мне что, придётся иметь дело с деспотичным садистом? Твою ж…

- Н...нет. Не слышала такого… - ради Бога, прекрати останавливаться. – Просто... его предыдущие невесты… - служанку прервала резко открывшаяся дверь.

*Нецензурная брань*.

В комнату зашла высокая шатенка, с острыми голубыми глазами и уверенной осанкой. Та, что помогала подняться. Вообще не похожи.

- Рина! – рявкнула. – Тебя ищут на кухне. – рыженькая опешила. Смотрела то на меня, то на вошедшую.