Чем сильнее магия, тем сильнее шепот. Сможешь даже смертельную рану заговорить, да ещё если иголка с нитью будет, рана затянется, иногда болеть не будет, словно её и не было. Если, конечно, человеку её не позднее двух часов нанесли. Пограничная магия помогает с бесами и с нечистью разной совладать. Сможешь даже истинную сущность видеть. Можно с ней даже в Навь ходить..

Вправду, только боги ходят. А мы всегда между ними.

— Агрипина, а у тебя какая магия?

— У меня лечебная и боевая. Шары, конечно, огненные не метаю, но своей лебедкой могу и в могилу свести, если захочу. Я так от нечисти защищаюсь.

Раньше я служила в департаменте, с городничим с поругались и всё. Отправили суда. Скажи, ты же не местная? — Агриппина смотрела на меня прямо, как будто заглядывала в самые потаённые уголки души. Я не растерялась и попыталась сделать так же, рассмотрев её повнимательней, прежде чем отвечать.

Передо мной сидела женщина, которой было около тридцати пяти лет на вид, черные, как смоль, волосы заплетены в толстую косу, которая доходила до пояса, прямой лоб, большие голубые глаза, полные алые губы. Она была в самом рассвете лет. Сидела она открыто, с прямой спиной, которую, казалось, ничто не заставит сгорбиться, даже сама старость. При разговоре смотрела в глаза, взгляда не отводила.

Одета была в простую белую блузку, расшитую красными нитями, и серую длинную юбку. Почему-то мне захотелось так же, открыто и честно всё рассказать, что я и сделала:.

— Я свалилась прямо посреди леса из другого мира, меня встретил там какой-то маленький, лохматый человечек, который обратился в симпатичного мужчину, сказал, что я тут по ошибке оказалась, он ждал кого-то другого, а я появилась..

Про волшебные предметы я пока не стала ничего говорить, доверяй, но проверяй. Пока я говорила, у ведьмы расширялись глаза.

— Вот то да, никогда не думала, что встречу такую редкость. Обычно кто-то значимый сваливается: герой, богатырь, потому что у нас рождается какое-то зло, чудовище. Но уже лет двести никто не слыхивал об таком. Когда закончилась война между мирами. И добили последнего рогатого демона. Если кто-то перепутал с твоим перемещением, так это новые сестры судьбы. Доля и Недоля, они столько натворили, прежде чем научиться, жуть какая-то была. У меня заурчал живот, как раненый кит.

— Что мы лясы точим? Давай я тебя накормлю, сначала надо бы тебе помыться. Я баню не топила, сможешь сама?

— Боюсь, я спалю её быстрее, чем натоплю. — И мы пошли вдвоём, наносили дрова, воду.

Баня была небольшая, возле дома. Защищённая оберегами и проведённой границей возле дома.

— Нечесть не прорвётся, да и не любит она бани, мой банник Василий. — При упоминании его имени тазики загремели, веник со стены кончался три раза и оставался. — Может, им и накостылять, достался от предыдущей ведьмы темнолесья. Она была строгой и держала всех в ежовых рукавицах. Говорят, что даже отчёты Городничий сам приезжал забирать у неё, а был в комплектации чуть больше нынешнего.

— А домой у тебя есть?

— Домовиха, Марфа… — проворчала ведьма. Явно была ей не довольна.

— А где она?

— На ежедневной сходке домовых деревни. Вернётся поздно. Надеюсь, душить тебя не будет. Мы с ней поначалу не поладили, а домовихи, зараза, такие изобретательные, она мне такие пакости делала. То тухлую рыбу запрячет, так что на весь дом душок такой идёт, что хоть в Навь сразу уходи. То крапиву подложит под наволочку. Может, обувь всю закинуть на крышу. Периодически, если рассоримся, тогда у нас настоящая война. Так, что будь с ней осторожна. Досталась не лучшая, но зато своя.

— Вот то да. Надеюсь, всё будет нормально.

Когда мы попарились в бане, Агрипина выделила мне одежду, пообещав, что мы всё купим мне в городе, когда пойдём жирному хряку отвозить отчёт, она и так была должна за два месяца, это время пошло.

После бани мы сварили пшеную кашу быстро, у нас тоже такие были для быстрого варки в пакетиках в моём мире. Только тут он был сделан из какой-то сетчатой ткани. Натёрли морковку, лук порезали мелко, обжарили на сковороде и добавили туда филе курицы, порезанные мелкими кубиками, обжарили до готовности и добавили уже рассыпчатую пшеную кашу, которую готовили в пакете около пятнадцати минут, и с удовольствием навернули по чашке.

Когда было около одиннадцати вечера, мне выделили раскладушку, матрас и постельное белье в мелкий цветочек. Заснула я моментально. А вот проснулась я от того, что кто-то надо мной нависает и прожигает меня взглядом.

Глава 3. Знакомства

Сморщенная маленькая старушка в темно-синем сарафанчике с таким же цветом платком на голове нависла надо мною. Ну, снова здорово. Всё, как с лешим. Поспать не дают!.

— Ты кто такая и чьи их будешь? — спросила домовиха..

— Руслана Морозова я, новая работница ваша, — представилась я, спросонья протирая глаза..

— Вот как, я уже думала, что за девицу притащила Агриппина, приходят тут всякие по объявлению, — заключила она, садясь напротив меня по-турецки..

Но почему-то старушка расплывалась перед глазами, а веки закрывались..

— Простите. У меня был очень трудный день. Можно я посплю? — сказала я, зевая, и перед тем как закрыть глаза, услышала от старушки или мне показалось:.

— Эх, а я хотела немного подушить тебя для приличия, жаль, мне запретили..

Всю ночь я куда-то в сон бежала, и мне снилась гроза и молнии. А ещё мужчина, который за мной бежит..

На утро я встала, тяжело распахнула веки, солнечные лучи озарили избу и били прямо в моё недовольное лицо. Изба была расположена на солнечной стороне, так что когда солнце вставало, то избу освещало со всех сторон. Медленно встав с кровати, осмотрела вокруг. Кровать Агриппины была направлена. Она уже куда-то ушла и без меня, зато приготовила завтрак, оставила для меня комплект одежды и записку на столе:.

«Я ушла в лес за травами, вернусь к обеду. Можешь чего-нибудь приготовить, всё необходимое смотри в шкафчике, крупы, в подполье картошка и мясо. Если что, зови Марфу, она поможет»..

Марфу пришлось звать сразу же, я не знала, как разжигать печь. Вчера мы кашеварили с Агриппиной, она занималась розжигом. У бабушки в деревне была плита «мечта», на ней она готовила, с газовым баллоном, который ей привозили, когда она его заказывала. А к печи меня не подпускали..

Вредная старушка поворчала и посетовала, что же за работница им досталась, управляться по дому не умеет, значит, ничего не умеет. Я поворчала в ответ на то, что у них всё тут доисторическое. А я вообще-то на секунду из другого мира. И после недолгой битвы по «бухтению».

Я выиграла сражение, за что мне старушка напомнила, что я выиграла сражение, но не войну. Она явно увидела во мне соперника. Медики — мастера в этом деле, думаю, всем попадался врач, который с порога в его кабинет это делает. Этот навык отработан несколькими годами работы в медицине… Меня в этом не переплюнешь. Домовиха после розжига печи показала, где что находится..

Готовила я сама, домовиха только пила чай и уплетала конфеты, указывая пальчиком на то, что мне нужно, если я забывала и просила напомнить..

Когда я чистила картошку, чтобы приготовить картофельное пюре, Марфа сидела на скамейке и болтала ногами, и вдруг спросила меня:.

— Ты ведь из другого мира? Ты рассказала, когда говорила про ту штуку, которая сама готовит, странное название «мультиварка»..

— Да..

— А откуда?.

— С Аграппина. Вчера сказала, что я из Яви..

— Ну и дела. Мы туда попасть не можем, нам только в Навь дорога. А когда последняя война с демонами была, это с вашего мира они пришли. Горят в вашем мире, битва была с Чернобогом..

— Может быть, была когда-то, но никто в нашем о магии не знает. Ни одного демона или нежити не видела. Может быть, они тщательно скрываются и косят под городских наркоманов и алкашей. У нас это только сказки, русалок, домовых и банников ни разу не встречала. Хотя мы домовым всегда возле печки или на кухне ставим молочко, чтобы задобрить, хотя сами их не видели. Моя бабка рассказывала, что у полости один ее ночью за руку схватил.