— Знала, жалко, удар пропустила, и в ответ получила! — передразнила свою сестру Доля.

Узор должен был быть закончен вопреки всем препятствиям. И они отправились за Светой. Естественно, через портал, который охранял один из старых и первых законов. Его отправили в ссылку, наказали за то, что он косил пачками людей, когда-то вместе с одним из хранителей Вием, за то, что не нарушали законы в его владениях.Он всё так же перевозил души в пекло, а ещё стал лешим в темнолесье, так же и был тем колдуном, которому бросали вызов местные вояки, за это он превращал их в животных, не то чтобы навсегда, но на долгое время.

А позже чары сами пропадали, у всех срок был разный, смотря как они разозлили его. Его поставили на границу и заковали в цепи, привязав к самому опасному месту во всём темнолесье. Он безжалостно расправлялся со всей нечистью в округе. Различная нечисть лезла словно из всех щелей. Обязанностей у него было вагон и маленькая тележка. Одной из них было встречать таких же преступников, как и он, или тех, кого закинуло в темнолесье по воле судьбы.

Боги думали, что лучше послать перевоспитываться в самое опасное место их четырёх миров, чем убить.Выживет, будет жить как нормальный человек, нет — значит, ну и ладно. Тут нечисти и опасных мест не хуже, чем в Нави. Ярополк помогал, как мог, передавая предметы, которые им могли бы помочь. А там решала судьба и воля случая. Начальство явилось, не запылилось. Эти две неугомонные интриганки снизошли до него. Сначала проверили его работу. Хотя это надо было проверять этих двоих на непригодность. Отправили совсем другого человека, а ему пришлось с ней разбираться.

Они нашли её на приёме, к избушке тянулась очередь из людей. Несколько бабушек чуть их не заклевали, когда те без очереди хотели пролезть к их любимой ведьме Светлане. Так что «наглые молодухи» — это самое ласковое, что они про себя услышали, и девушки решили перекинуться старухами.Местный народ надеялся, что Светлана станет их новой ведьмой. Даже пытались её подкупить. А ещё хотели составить за местного кузнеца. Чтобы уже наверняка. Она отказалась. А вот ведьмой могла бы и стать, только вот надо было сдать экзамен, она уже ездила в город и подала все документы. Народ её любил, она толковая, говорили в очереди. Сестрам стало стыдно, женщина хорошая, а они её в такое место забросили, из привычного мира выдернули. Фактически без ничего. Им нужно было перебросить её обратно. Без всяких последствий в то же время. Но это было намного сложнее, управлять временем было не просто.

Немного послушав в очереди разговоры, они с гордым видом пошли, как танкеры на льдину, пробираясь сквозь толпу возмущённого населения. Одеты они были в лучшие свои одежды, как в броню. Пробившись к местной светиле медицины, отворили дверь избы, где она принимала, и вошли так, как будто пришли спасать её. Света ничего сказать не успела, сестры заговорили первыми, заткнув двух ведьм магией.

— Может, мы и совершили ошибку. Но поняли это вовремя, — сказала Доля.

— И будь благодарна, что мы вообще не исправляем, — сказала Недоля.

— Мы отправим тебя домой сейчас, не стоит махать руками от радости.Агриппина подошла к Свете и положила ей руку на лицо, сняв заклинание:

— Да иди к черту со своим возрождением… — только успела она сказать и исчезла на глазах у ошарашенной и злой Агриппины. Когда сестры вышли, то догонку услышали о себе много нового. Орущую и проклинающую ведьму, кажется, слышали во всех мирах.

Доля и Недоля с чувством исполненного долга вернулись домой, доделывать работу.Через неделю вернулся Бог фиолетовых молний. Все знали, что эти молнии означают, что они карали всех, кто нарушал закон. Теперь он вернулся и пришел к ним за платой после выполнения работы, которую сестры ему поручили.

— Выполнил то, что вы просили. Отправляйте меня в Темнолесье к Свете.

Сестры не смогли сдержать улыбки, но сразу же убрали её со своих лиц.В это время судьба подкинула монетку и ждала, когда же она упадет орлом или решкой.

— Конечно, отправим тебя, сейчас узор как раз доплетем для заклинания. Ты выполнил условие, значит, получишь и соответствующую плату.

Ратмир заметил, хоть и на краткий миг, как сестры подавили спешку. В груди неприятно шевельнулось. Он прищурился и посмотрел на них повнимательней, сделав вывод из увиденного:

— Что-то вы темните, старухи, где Света?

Сестры переглянулись, а Недоля вздохнула разочаровано:

— Жаль, план был хороший. В Яви твоя Света.

Рат не стал тратить время на разборки с интриганками и сразу же отправился в Явь, прыгнув в портал.

Глава 19. Вовращение домой

Дома все было так же, как когда я пропала в тот самый день, когда застала мужа с лучшей подругой. Попала в момент, когда меняла лампочку. В этот раз я не упала. Лампочку я поменяла, свет включила — работает. Телефон я проверила и убедилась, что попала ровно туда, куда нужно.Пашка ломился в дверь, что-то орал там на площадке, но я не открыла. Я успела сменить замки, вызвав знакомого мастера. Спасла как-то мужчину около пятидесяти лет, который загнулся прямо на улице. Оказалось, живет через два дома. Я размяла нужные точки на спине, сделала ему укол противовоспалительного — спина у него отпустила.

Лежу и думаю, у меня только начало получаться с магией, повышение планировалось. А эти две бабушки явились и снова все разрушили. Вот зачем вообще обо мне вспомнили? Ворвались бабки-супергероини, красные и синие сарафаны развивались на ветру. Милость видели ли они ко мне проявили и решили меня вернуть. А вот спросить даже не захотели, хочу ли я? Я же вернуться теперь и когда не смогу, и встретиться больше с Ратмиром не смогу, он же думает, что я там. Если даже вернется, меня там уже нет.

Я разревелась, как маленькая девочка. не получившая конфеты. А ведь он мне понравился, что греха таить — влюбилась я. Где мне теперь такого мужика найти? Пошла, достала мороженое из холодильника, крем-брюле в ведерке, и пошла пересматривать фильмы про любовь. Ведь теперь, как и всегда в таких ситуациях, я уже не могла приехать к своей лучшей подруге Машке с вкусняшками и бутылкой вишневого ликера.С ней мы были знакомы с пятнадцати лет. Когда у нас с парнями или нам было тяжело, пили красное, пели песни и плакали до опухших век. Теперь нет подруги. Как только она ноги свои развела для Пашки. Да, мы жили уже как соседи почти год. Но не развелись же. Он был моим мужем, а она стала предательницей. Я поставила свое мороженое обратно в холодильник.И решила, что раз мне дорогая подруга в душу мне насрала, значит, и я ей подарочек устрою.

Спустя три часа.

Я сижу напротив знакомого мне дежурного. Мне явно не везёт.

— Гражданка Морозова, да вы рецидивистка, оказываетесь в нашем отделении уже на постоянной основе.

— Да, ладно вам, это второй раз за день, первый раз я была в аффекте. Ну, а второй раз я была в расстроенных чувствах, имею право: лучшая подруга предала, я с ней пятнадцать лет знакома, больше чем с мужем.

— В этот раз вы подготовились, во всем черном и в приметных красных кроссовках, да ещё светящихся. Не было черных?

— Нет, только эти.

Меня застукали на месте поступления. Я как раз дописывала красным баллончиком на двери слово «предательница», когда товарищи правопорядка появились на этаже, им надо было этажом выше. А нашли меня: один пошел наверх, а второй оформил меня. Вот сижу теперь напротив дежурного Иванова и оформляют меня за хулиганство повторно. Я подняла голову и посмотрела на него, как кот из «Шрека». Ну, это не оказало должного эффекта, Иванов скривился.

— Вы хотите в туалет? — Спросил он не в полном серьёзе меня.

— Нет, просто хотела вас разжалобить, не получилось, ну и не надо. Может, как и всегда?

— На что вы намекаете? — прищурился мужчина-полицейский.

— Жена Сашки, тфу, капитана Синицы, в четверг, а это сегодня, готовит осетинские пироги! — Дежурный сглотнул, у него аж слюни потекли. Видимо, Нина захватила своими пирогами этот отдел полиции.