— Нет, делайте этого.

Я сделала примочки из воды, которую собрала на улице, подставив котелок, его я нашла в доме. Нагрела воду, чтобы она была еле теплой, и обтирала мужчину, метавшегося в бреду. Почти до самого утра лил дождь, звуки дождя успокаивали, и веки как-то предательски смыкались.

Когда открыла глаза, Тархома уже не было. Я услышала только звук топора с наружи. Вышла на улицу, и пошла туда, где Тархом колол дрова, на нем были только чёрные льняные брюки, я невольно скользнула взглядом по нему. Он воткнул топор в пень, обернулся и улыбнулся мне.

— Ты в порядке?

— В полном, даже вспомнил, как меня зовут. Ратмир. Приятно познакомиться снова, Света, — протянул он мне свою руку, чтобы я её пожала. — Так ведь в вашем мире здороваются?.

Я протянула руку в ответ и пожала мягко. Вот и познакомились..

— Рада знакомству, Ратмир. Так ты вспомнил, кем ты был? И откуда?.

— Не особо, обрывки. Помню только города, где есть машины и электричество, какой-то клуб, название его «Эдем». Я туда часто ходил. Но больше ничего не помню. — Взгляд он отвел вниз, как будто что-то скрывал. Это я сразу заметила и запомнила.

Я перебирала в памяти все места в нашем городе. Точно есть такой, там богатенькие детки собираются. Простые люди туда точно не ходят. Была я как-то на вызове в этом месте, была драка..

— Что-то такое помню. У нас был такой клуб. Значит, ты из нашего мира. Ты больше никуда попасть не сможешь, за исключением, если ты не бог. Все отправляются только после смерти в Навь..

— Да, судьба сыграла со мной злую шутку, — усмехнулся он, накинув рубашку. И мы зашли в дом. Мы решили, что нужно остаться ещё на одну ночь. В эту ночь мы спали спокойно, только мне снилась женщина с длинными белыми волосами и венком из полыни, и куда-то звала меня. Ведя по какой-то поляне в лесу, к избушке. Я даже увидела на поле возле дома большого черного кота, с размером с тигра.

Проснулась от того, что меня трясли. Открыв глаза, я встретилась с голубыми глазами грозового неба. Я сфокусировала взгляд и наконец-то расслышала, что говорит этот красавец-мужчина, что навис надо мною..

— Света! Проснись! Ты меня слышишь? Света! — мужчина тряс меня за плечи, а когда я окончательно проснулась, замер и разглядывал меня, как будто увидел в первый раз. Как понял, что я наконец-то проснулась, отпустил меня и сел рядом..

Я растерла лицо ладонями и присела возле очага, рядом с Ратмиром, но я не успела задать вопрос, как он начал говорить:.

— Ты во сне кричала, кого звала, металась, и как бы я тебя не звал, не просыпалась.

— Мне что-то снилось, но я уже ничего не помню..

Я не стала ему говорить, что запомнила ту женщину, которую увидела во сне, остальное я действительно уже вспомнить не могла, заварила успокаивающий зеленый чай с мелиссой и мятой. Теплый чай успокаивал, внутри все наполнялось теплом.

В этот раз попросила Ратмира лечь рядом, без зазрения совести воспользовалась мужчиной как большой подушкой, сославшись на то, что мне неспокойно. Он даже ничего не возразил, а лишь обнял покрепче. Только уютные объятия человека, который был сам как большая печь, в этот раз я уснула без сновидений.

Мы уже несколько дней шли к темному лесу. Оставалось совсем немного, мы остановились в деревне на ночлег.

Мне сразу деревня показалась какой-то не такой, когда мы шли по ней, люди все улыбчивые, словно за спиной у них нож. Агрипина предупреждала, а я как-то слушала в пол уха про деревни рядом с темным лесом, что-то было с ними не так. Вот и мне показалось, что что-то с ними было не так, особенно их староста деревни, облаченный в медвежью шкуру. Он напомнил мне злодея из мультика.

Я стою в свадебном красном платье, запертая в избе, а Рату куда-то утащили. Хомяк пропал, как мы только вошли в деревню. А я не знаю, что делать. Придется импровизировать.

Глава 8. Милые люди, милая деревня

День назад.

Мы шли два дня в ускоренном темпе, несколько раз пришлось в открытом поле, деревень становилось все меньше. На следующий день решили остановиться в первой попавшейся деревушке, название у неё было «Тихое место».

Она была небольшая, домов двадцать. Люди ходили и улыбались, милые такие, аж зубы сводило. Меня все не покидало чувство, что они какие-то странные и что-то тут не так. Да ещё и вечером народ ходит, в других такого не было. Как только темнело, на улицах не было ни души. Все про нечесть знали и боялись, по домам расходились, а эти нет гуляют и спокойно ходят. Вел куда-то пропал, сказал, что кое-что проверит, и ушел с концами.

Когда мы попросились на постой, нам сказали, что все решается через старосту деревни. Мы пришли к указанному дому, он стоял самым последним на улице, и постучали в дверь. За ней послышались ругательства, голос принадлежал явно мужчине в годах. Он тяжело, шаркая ногами, добрался до двери.

— Ходят и ходят, кого нечистый прислал в такое время, когда духи бродят! — причитал старик, пока шел. Дверь наконец-то отворилась.

Из-за неё высунулся низенький, сморщенный старичок в медвежьей шкуре, поверх рубахи и широких штанов, которые были не по размеру и подкатаны ему под его рост, на ногах ничего не было. Он был босиком с кривыми пальцами, явно поражённым подагрой, такие же были его пальцы на руках. Подагра болезнь коварная, поражает крупные суставы, скручивает их и деформирует, никого не щадит, этот мужичок не исключение.

— Что надо? — спросил староста, у него не было зубов, кроме одного верхнего. В голове возникла картинка вампиров, именно на него он и был похож.

Жёлтые глаза сканировали, пробегая по нам взглядом с макушки до пят, оценивая нас.

— Я Светлана, а это мой муж Тархом, мы идём к дальней родственнице проведать, можете нас пустить на ночь на постой. У нас есть деньги и травы на обмен. — Ратмира, я представила, как у нас и было по легенде. Им не обязательно знать, как зовут моего спутника, а он на самом деле.

— Травы? Ты лекарь? — удивился старик, как будто лекарей тут никогда не видел.

— Да, — ответила я. — Тогда входите. Помогите мне, как только отдохните. Я дед Никифор. Мне показалось, что глаза старика как-то безумно сверкнули в вечернем свете, могло и показаться..

Мы вошли, снаружи дом казался небольшим. А внутри достаточно большим, с порога мы попали в коридор, который вел к раздельным комнатам.

По левую сторону, видимо, спал старик, с правой стороны вход в комнату был завещан белой тряпицей с красными узорами по краям. Кто-то за ней не то кряхтел, не то храпел. Я невольно замерла и прислушалась, скорее всего, человек в этой комнате чем-то болеет. Дед Никифор это заметил..

— Это мой сын, у него бывают приступы, он давно болеет. Обереги помогают пережить приступы, — объяснил он, смотря на мое озадаченное лицо..

И повел нас дальше, прямо, где располагалась большая комната, там же находилась и печь. Её сейчас топить не надо было, дождь прошел, пришла жара, но в этой комнате было свежо и прохладно. Обставлена комната была уютно: два шкафа, небольшой комод у окна, который был накрыт белой вязаной салфеткой.

Такие же были и у моей бабушки, а ещё у нее был большой и тяжелый ковер, который можно было упереть только волоком. Здесь пол был устлан медвежьей шкурой, похожей на ту, что была на старике.

Он предложил нам постельное, которое достал с комода.

— Можете устраиваться. Кроватей больше нет, можете стелить прямо на полу, на шкуре будет тепло. Ночи тут прохладнее, хотя я уже стар, может, это только мне кажется, что пробирает ночью до костей. Дрова на улице, а если нужно принести и растопить, принесу. У меня бессонница, если что, зовите, сами не беритесь..

Он ушел, а мы устроились на шкуре, застрелив постельное место. Я прижалась спиной к широкой спине Ратмира и уснула. Сквозь сон я услышала грохот и ругательства. Я толкнула Рата в бок, тот проснулся..