— Да, — сказала я.

— Что да?

— Ничего.

— Ненавижу эту вашу семейную фразу.

— Не семейную.

— Уже почти.

Я бросила в нее листом.

Лисса рассмеялась и ушла.

Кайр приехал в семь.

Я сама открыла дверь.

Увидела его.

И впервые за весь день подумала не о заключениях.

Не о Варене.

Не о Дейроне.

Просто о мужчине перед собой.

Он посмотрел на мое лицо.

— Что-то случилось.

— Да.

— Хочешь говорить сейчас?

Я почувствовала тепло.

— Нет.

— Хорошо.

— Совсем не спросишь?

— Ты сама расскажешь, когда захочешь.

Я сделала шаг вперед.

Обняла его.

Без предупреждения.

Кайр замер всего на секунду.

Потом обнял в ответ.

Сильно.

Тепло.

Я закрыла глаза.

Вот что мне было нужно сегодня.

Не решение.

Не совет.

Не новый план.

Человек, рядом с которым можно было хотя бы один вечер не разбирать ложь по строкам.

Кайр поцеловал меня в волосы.

— Ужин?

— Потом.

Я подняла голову.

— Сначала поцелуй.

Он улыбнулся.

— Очень четкие условия.

— Я работаю с документами.

— Заметно.

Я сама поцеловала его.

И на этот раз не остановилась быстро.

Потому что имела право хотя бы несколько минут выбирать не прошлое.

Себя.

Глава 10. Правда о нашем бездетном браке

Кайр остался до полуночи.

Я сама попросила.

Не потому, что боялась ночевать после очередной лжи Дейрона и не потому, что нуждалась в мужчине, способном заслонить меня от завтрашнего Совета.

Мне просто хотелось провести с ним еще немного времени.

После долгого поцелуя в передней мы все-таки дошли до столовой. Хеста оставила ужин под крышками, пригрозив утром высказать мне все, что думает о людях, которые позволяют хорошей еде остывать.

Кайр открыл первую кастрюлю и посмотрел на меня.

— Я начинаю бояться твою кухарку.

— Правильно делаешь.

— Она так со всеми разговаривает?

— С теми, кого считает способными пережить правду.

— Значит, я принят?

— Не торопись. Пирог она тебе пока не доверяет.

Он улыбнулся.

Мне нравилось видеть его в Рябиновом Доме вечером, когда исчезали официальный сюртук, люди Совета и привычная настороженность. Здесь Кайр все еще оставался Альфой, но эта часть его жизни не занимала всю комнату.

Он мог спорить с Томом из-за горького лекарства, поднимать кота с крыши, есть холодное мясо на моей кухне и смеяться так, что я забывала, насколько серьезным он выглядит на заседаниях.

Я сидела напротив и иногда ловила себя на том, что просто смотрю.

На руки.

На линию плеч под рубашкой.

На рот, который совсем недавно целовала.

Теперь, когда мы договорились попробовать отношения, желание перестало казаться случайностью, которую нужно каждый раз объяснять себе заново.

Я хотела Кайра.

Очень ясно.

Но вместе с этим хотела знать его дальше.

Не перескочить через разговоры ради тела, хотя тело уже предлагало именно такой путь.

— Ты опять смотришь, — сказал он.

Я опустила взгляд в тарелку.

— Ты становишься слишком довольным собой.

— Мне редко так везет.

— В чем?

— Красивая женщина смотрит на меня за ужином и даже не делает вид, что оценивает качество моего управления стаей.

— Я могу начать, если тебе не хватает.

— Нет, спасибо.

Я улыбнулась.

На столе рядом лежало сообщение Лиссы с завтрашним временем Совета.

Не открывала снова.

Кайр видел лист.

Не спрашивал.

Через некоторое время я сама сказала:

— Варен утверждает, что Дейрон знал о своей почти полной неспособности иметь детей еще до оформления Нессы.

Кайр перестал есть.

Ни одного резкого движения.

Только внимание полностью вернулось ко мне.

— Это его показания?

— Да. Оригинальное медицинское заключение запросили из лечебницы. Завтра должно быть у Совета.

— Ты хочешь, чтобы я что-нибудь сказал?

Я задумалась.

— Нет.

— Хорошо.

Это «хорошо» уже стало одним из моих любимых его слов.

Не потому, что Кайр всегда соглашался.

Мы слишком недавно и слишком громко доказали обратное.

Просто, если я говорила, что не хочу обсуждать, он умел действительно остановиться.

— Я не понимаю, как себя чувствую, — призналась я через несколько минут.

— Не обязательно понимать сегодня.

— Завтра мне придется сидеть напротив него, когда Совет прочитает заключение.

— Да.

— Хочется быть спокойной.

— Почему?

Я подняла взгляд.

— Потому что иначе будет выглядеть, будто он все еще может меня разрушить.

Кайр отложил вилку.

— А если может причинить боль, это значит, что ты проиграла?

Я сразу хотела ответить нет.

Но вопрос попал слишком точно.

— Не знаю.

— Эйлин, человек семь лет был твоим мужем. Если завтра выяснится, что он сознательно позволял тебе проходить лечение, зная правду о себе, у тебя есть право разозлиться, расплакаться или выйти из зала. Это ничего не дает ему обратно.

Я смотрела на него.

— Тебе легко говорить.

— Нет.

Он улыбнулся совсем немного.

— Мне завтра придется сидеть там и не ударить его.

Я фыркнула.

— Даже не думай.

— Видишь? У каждого свои сложности.

— Кайр.

— Не ударю.

— Обещай.

— Обещаю не нападать на твоего бывшего мужа в здании Совета.

Я сузила глаза.

— Очень плохая формулировка.

Он рассмеялся.

— Хорошо. Вообще не нападать.

— Спасибо.

— Как скучно жить рядом с женщиной, которая читает условия.

«Жить рядом».

Фраза была случайной.

Он, наверное, даже не заметил.

Я заметила.

И внутри стало тепло.

Не потому, что уже представляла совместный дом.

Рано.

Просто возможность больше не пугала так, как несколько дней назад.

Кайр все еще мог ошибаться.

Я тоже.

Но теперь я знала, что с ним можно сказать: ты сделал мне больно.

И он не превращал это в спор о том, правильно ли я почувствовала.

Это было больше, чем я ожидала от начала отношений.

После ужина мы вышли в гостиную.

Дом почти затих.

Только наверху один раз прошел Финн. Я услышала, как Несса попросила его не будить Тома.

Кайр сел на диван.

Я устроилась рядом.

Близко.

Не намеренно соблюдая расстояние.

Просто так, как хотелось.

Его рука лежала вдоль спинки дивана. Я придвинулась еще немного, и пальцы коснулись моего плеча.

Тихое прикосновение.

Но я чувствовала его всей кожей.

— Ты останешься? — спросила я.

Кайр повернул голову.

Вопрос был опасно двусмысленным.

Мы оба это понимали.

— Если хочешь.

Я смотрела на него.

Хотела.

Не только разговора.

Несколько минут назад в столовой я представляла, как он будет выглядеть без рубашки, и эта мысль никуда не исчезла.

Но завтрашнее заседание было слишком близко.

Я не хотела проснуться после первой ночи с Кайром и через час идти слушать, как Дейрон объясняет, почему годами позволял мне лечиться.

Не из верности бывшему мужу.

Из уважения к себе.

Я хотела, чтобы первая ночь принадлежала нам.

Не была способом пережить чужую ложь.

— Хочу, чтобы ты побыл еще, — сказала я. — Но потом уехал.

Кайр не выглядел разочарованным.

Хотя по запаху и по тому, как чуть сильнее напряглась его рука, я знала, что желание существует не только у меня.

— Хорошо.

Я улыбнулась.

— Ты очень удобный мужчина сегодня.

— Не привыкай.

— Поздно.

Я сама поцеловала его.

Медленно.

Без того голода, с которым встретила в передней.

Просто потому, что хотелось закончить день теплом, а не бумагами.