Замираю у зеркала, скидывая каблуки. Они летят об стену и ломаются. Не сдерживаю слезы, которые обжигают лицо. Срываю с себя чертово платье, не боясь повредить. Боль убивает меня изнутри.

Я так сильно ненавижу Раймонда. Я не хочу больше его любить. Он не достоин таких чувств. Могла бы – вырвала бы из себя все воспоминания о нем.

Прикрываю глаза в попытке успокоиться, зарываюсь в длинные волосы пальцами. В голову лезут непрошенные воспоминания о том, как это делал Раймонд. Одно воспоминание сменяется другим. Его пальцы внутри, губы между бедер. Вытираю слезы и отворачиваюсь. Привожу дыхание в норму, успокаиваюсь и вновь оборачиваюсь.

Утром я не смогла даже позавтракать, так увлечена была своей идеей. Меня тошнило от прошлой себя.

– Здравствуйте, хочу отстричь волосы, – показываю парикмахеру желаемую длину, когда сажусь в кресло.

На меня накидывают защитный плащ.

– Вы.. уверены? У вас такие красивые и густые волосы… – она замирает возле кресла. Я утвердительно киваю и совершаются первые штрихи.

Я смотрю на новую себя и не испытываю сейчас ничего. Мне точно нравится каре, и точно нравится, как смотрится балаяж на моих волосах. Благодарю девушку и расплачиваюсь на стойке.

– Вау… – Ким улыбается, пока я прохожу по кухне к кофеварке.

– Мне тоже нравится. Не хочешь пройтись по магазинам? – от шоппинга меня обычно отговаривала, а теперь, она довольно кивает и заканчивая с завтраком направляется вместе со мной в торговый центр.

Покупаю красивое белье, туфли и платья. Покупаю все, что раньше бы не купила никогда.

– Ты хочешь наступить Раймонду на яйца, – смеется Ким, когда я покупаю косметику, которой так давно не пользовалась.

– Нет, я просто меняю свою жизнь, – улыбаюсь подруге, и направляюсь к машине. Я выполнила весь свой чек–лист покупок и теперь могу спать спокойно.

Через неделю приезжают родители, которые хоть и удивлены смене моей внешности, но не говорят ничего против.

На следующий же день мы с Ким направляемся на работу. Кристиан взял нас на пробный месяц, дальше если все хорошо – устроимся полноценно.

На мне широкие штаны, обтягивающий топ с завязками на талии и пиджак. По приезду нас встречает Кристиан и сразу отводит в медицинский корпус. Объясняет все и вводит в курс дела.

А после мы переодеваемся в медицинскую форму и принимаемся за работу.

Очень непривычно разговаривать и слушать всех на английском языке, но я быстро привыкаю и к концу дня свободнее разговариваю.

– Так у нас значит и правда новенькие? – к нам заходит молодой мужчина и оглядывает меня. Отвечаю ему легкой улыбкой.

– Да, я Миртл, – он протягивает мне руку, и я вкладываю в нее свою ладонь. Он так галантно целует меня в тыльную сторону ладони, а после сам расплывается в улыбке.

– Надеюсь, вы у нас задержитесь. Полезных рук иногда не хватает.

– Я думаю, избавитесь вы от меня только на пенсии, – он одобрительно кивает.

– Вот так настрой! Отлично. Ладно, может еще увидимся.

Киваю ему и возвращаюсь к работе.

– Стараешься, работаешь? – неожиданный голос на русском языке сбивает меня с толку, но я искренне улыбаюсь Этану.

– Я хорошо понимаю английский, мог бы и на нем говорить.

– Не хочу, чтобы нас кто–то подслушивал. Я боялся, что ты сбежишь обратно в Россию.

– Еще чего, – презрительно фыркаю, – чтобы я из–за какого–то мужика бежала? Мне здесь.. Нравится.

– Это самое главное!

Интересно, а как это не замечать дней? Лето заканчивается, а я даже не чувствую, что прошла неделя с последней встречи.

Пользуясь отпуском собираю вещи и решаю навестить тетю – она все равно недалеко теперь, а у меня свободное время.

Ким оставляю на Коула, который только и рад, если она останется с ним, а вот Этан все мешает собирать вещи. Ноет про плохое предчувствие.

– Ну правда, Миртл! Я не чувствую себя уютно. Может я полечу с тобой?

– Не надо, все будет хорошо. Ты нагнетаешь зря. Даже мне жутко теперь.. – вздрагиваю, укладывая в чемодан одежду, которую Этан только что достал.

– Вещи собираешь так, будто к мужику едешь, а не тете. Я ревновать буду! Звони и пиши, каждый день. А лучше утром и вечером! – опять нудит мужчина и я, приближаясь, крепко обнимаю его.

– Утром, в обед и вечером. Буду докладывать поела ли, гуляла ли, и все ли хорошо.

– Я привык к тому, что ты рядом… – признается Этан.

Но не смотря на все, провожает меня до самолета и терпеливо ждет посадки рядом со мной.

Прощается он так же, как и ведет. Открыто, честно, и очень ярко. Долго обнимались, я даже заплакала. Я очень прониклась им, и даже не чувствовала барьера, а тем более, что Раймонд как–то присутствовал в моей жизни. Нет, я видела его на работе. Но он ни разу не посмотрел на меня. Тем более, он ни разу не заговорил. Поэтому заткнуть сердце которое так же ныло было довольно просто.

– Приве–е–ет! – Лиам, мой двоюродный брат, встречает меня у терминала и забирает тяжелые сумки.

– Привет. Ты решила к нам переехать?

– Там подарки! – улыбаюсь ему, замечая, как он слабо реагирует на меня. Мы садимся в его машину, и я оборачиваюсь к нему.

– Что такое? Мне не надо было приезжать?

– Тетя сейчас в больнице. Вчера упала и у нее случился приступ. Мы опять не знаем, что с ней. Тогда в операции отпала нужда, а сейчас она стоит в шесть раз больше, – выдыхает Лиам, а я замираю.

– Я позвоню отцу, он даст денег… – тянусь к телефону, но он меня тормозит.

– Я звонил. У нас вместе с тем, что он может дать – одна пятая от суммы. И то – гарантий они не дают…

– А что у нее? – осторожно интересуюсь. В прошлом ей ставили диагноз доброкачественной опухоли, которая не росла и не развивалась.

– Опухоль. Она прошла между нервов и теперь удалить ее – целая проблема, чтобы не убить маму, – он устало трет глаза.

– Я искал спонсоров, центры помощи, но это очень долго, а врачи не дают ей больше, чем месяц–полтора.

Я никогда не видела Лиама таким убитым.

Возвращаюсь в штаты в ближайшие дни. Удачно подворачивается билет не в самом лучшем месте, зато дешевый.

Погода встречает ярким, знойным солнцем, будто сейчас разгар лета. Я натягиваю солнцезащитные очки и нахожу взглядом Ким. Она машет рукой и подходит ко мне.

Обнимаю подругу, утыкаясь носом.

– Это ужасно.

– Я не могу не помочь. Тетя столько сделала для меня, ты же знаешь, – подруга понимающе кивает, и я сажусь следом за ней в машину.

Поглаживаю кожаные сиденья, а Ким хмурит брови.

– Я не просила его о подарках. Он сам решил, что мне нужна машина классом выше. А я так привыкла к своей…

– Иногда перемены к лучшему, – подруга улыбаясь смотрит на мои волосы и воодушевленно кивает.

– Заедем к моим родителям?

Ким выполняет мою просьбу, и уже через сорок минут я останавливаюсь у дома родителей. Они купили неплохой дом неподалеку от базы, чтобы отцу было удобнее добираться.

Заходим в дом, который встречает свежей выпечкой.

– Девочки… Привет, проходите. Как тетя? – мама усаживает нас за стол и наводит нам какао к пирогу.

– Не очень, ей становится хуже, нужны деньги, – подпираю голову руками, наблюдая как мамочка хлопочет над напитками. Я так соскучилась по этому детскому уюту, когда ты не решаешь никаких проблем.

– Отец пробовал взять кредит – отказали, – ставит чашки перед нами, и сама садится за стол, пододвигая к себе цветочный чай.

– Брат тоже пытался взять кредит, тоже отказ. Искали спонсоров, но там все так долго и нужно очень много документов. Есть врач, готовый сделать рассрочку, но на первоначальный взнос тоже не хватает.

– Ох… Я даже не знаю, у кого можно было бы попросить, – мама становится очень задумчивая, пока мешает свой чай, – пробуйте пирог.

– Коул будет свободен к 6, – я смотрю на время и у нас остается еще два часа. Заезжаем на квартиру, где я принимаю душ и переодеваюсь и направляемся домой к Коулу.