Судя по висельникам, количество которых за последние две недели увеличилось на целый десяток, внедрение новых правил несения караула далось Дику нелегко. К сожалению, мне от его страданий легче не стало, даже наоборот. Я чувствую, что эти повешенные Диком умерли и по моей вине тоже.

А ещё, я просто смертельно устал. Каждый вечер я применяю магический кристалл невидимости и отправляюсь к лагерю осаждающих. Как выяснилось, удержание покрова невидимости, как его назвал мой новый боец Феникс, удовольствие не бесплатное в плане физических сил. После ночи под покровом невидимости, я чувствую себя как после ночи в течение которой я разгружал вагоны. Был в моей жизни и такой опыт, поэтому я знаю о чём говорю.

Тут стоит сделать поправку, наверное, если бы применение магии ограничивалось удержанием невидимости, то это было бы не так изнурительно. Но, благодаря усилиям Дика, мне приходится буквально делать перед собой дорогу с твёрдым покрытием, используя кристалл превращающий всё в камень.

Хуже того, утром мои каменные дороги находят и посыпают песком и рыхлой землёй. Я делаю, они посыпают, и так ночь за ночью. Тут уж недолго и в отчаяние впасть. И не будь я так уверен в том, что подкрепление с базы придёт вовремя, и мне нужно просто временно выматывать всю эту толпу осаждающих, я бы уже сдался.

Хотя если рассуждать строго логически, наше положение сегодня значительно лучше, чем было в момент начала осады. Во-первых, нас теперь пятеро, а не двое. Во-вторых, герцог и все его люди уверены, что против них один из королевских магов и потому даже речи не может идти о штурме. Ну и наконец, сам командир Дик и его звездно-полосатая братья, хоть и не верят в непобедимость королевского мага в башне из грязи, но и без своих штурмовых винтовок на приступ не пойдут никогда.

Это всё если рассуждать логически. Но логика штука хоть и по-своему прекрасная, всё же не может передать ощущения от пары недель в маленькой башне перед целой толпой искренне ненавидящих вас и желающих вас убить людей. Наверное, именно из-за этого чувства обречённости, я не сплю ночами, и пытаюсь улучшить наше положение. И сегодня я попытаюсь ещё раз.

– Андрей, просыпайся. Солнце уже почти село. – слышу я голос Сергея.

– Грёбаное солнце, и что бы ему ещё пару часов не светить. – отзываюсь я, с трудом разлепляя веки.

– Вообще-то, и так ночь короче дня. – буркает себе под нос Сергей.

– Пока я спал, новое что-нибудь было? – интересуюсь я, потягиваясь и кряхтя.

– Вообще да. Дик водил копейщиков вокруг нас. Группами по пять человек. Посты расставлял. Теперь они вдвое ближе. Ну не все, а те что на отдельных постах. – не жалея меня, начинает Сергей с плохой новости.

– А что между постами? – спрашиваю я, понимая, что это только первая порция плохих новостей.

– Не понятно. Наверное заготовки под костры. Похоже на кучи дров. – отвечает Сергей, явно смущаясь, что им даже разглядеть, что там такое, толком не удалось.

– Надо было меня раньше разбудить. Костры по периметру нам совсем не нужны. – ворчу я, на самом деле радуясь, что мне дали возможность поспать чуть дольше.

– Я подумал, что не стоит рисковать. Следы от ботинок в свете костра ещё надо умудриться разглядеть. А вот при свете дня, тебя бы сразу заметили. Да и вообще, ты в последнее время плохо выглядишь. Вот я и решил, что лучше тебе поспать. – оправдывается Сергей.

Каждый день Дик пытается ухудшить наше положение, так что новости хоть и плохие, но ожидаемые. Так же как и заявления Сергея, что я плохо выгляжу. Мы оба всё понимаем, и делаем то, что должны. Сергей предлагает мне отдохнуть, я отказываюсь и иду к лагерю осаждающих. Можно сказать, что это уже ритуал.

С нижнего яруса появляется Лавр с котелком похлёбки, назвать которую аппетитной язык не повернётся. Он протягивает котелок и ложку мне. Так же как и вчера, я изображаю отвращение к содержимому котелка, но принимаю его из рук Лавра и начинаю быстро есть. Это тоже уже превратилось в своеобразный ритуал.

Доев, я передаю котелок и ложку в руки Лавра. Сергей протягивает мне перевязь с мечом в ножнах. Меч это единственное из всей экипировки средневекового рыцаря, чем я не пренебрегаю при моих ночных вылазках. И дело тут в том, что всё остальное довольно громко гремит при движении, а в моем случае скрытность важнее защитных свойств.

Я надеваю перевязь с мечом и сажусь, скрестив ноги. Не то чтобы я поверил в силу медитации, но так и правда получается быстрее. Сосредоточив мысли на магическом кристалле невидимости, я жду подтверждения от Сергея, что магия сработала. С первого раза, как обычно, ничего не получается. Но я упорный, и пробую снова и снова. Наконец, волна какой-то особенной лёгкости прокатывается по телу.

– Готово. – подтверждает Сергей, жестом приказывая Фениксу спускать верёвочную лестницу.

Все присутствующие затихают и стараются даже дышать как можно тише. Я поднимаюсь с пола и иду к лестнице, придерживая перевязь с мечом. Это ещё один тест перед выходом, на этот раз я жду подтверждения, что ничего на мне не гремит.

– Нормально. Ничего кроме скрипа перекрытий не слышу. – подтверждает Сергей.

– Ну что, удачи мне. – говорю я, начиная спускаться по лестнице.

– Удачи. – говорит Сергей, и свешивается через парапет, внимательно смотря на землю под лестницей.

Хлопать в ладоши после спуска, теперь было бы слишком опрометчиво. Это сразу выдало бы меня. Поэтому, условным сигналом для поднятия лестницы служит появление следов от ботинок на земле под лестницей. Я даже специально насыпал в этом месте рыхлой земли поверх окаменевшего от магии пепла. Именно отпечатки моих ботинок сейчас пытается разглядеть Сергей, находящийся на шесть метров выше.

Честно говоря, попытки увидеть в сумерках следы от ботинок с шести метров это больше для самоуспокоения Сергея. Думаю, что он и с двух метров ничего не смог бы разглядеть в это время суток. Но я не возражаю, так как понимаю, что нужно давать людям хотя бы иллюзию контроля за происходящим.

Первую остановку я делаю у ближайшего к башне поста. Эти пятеро напуганных до полусмерти копейщиков, жмущихся как можно ближе к огню костра, по гениальной задумке Дика, должны остановить придворного мага, за которого он меня принимает. Наверное, они должны рассмешить его до смерти, потому что других вариантов у них нет.

Даже такого недоучку как я, пятёрками копейщиков, расставленных в цепочку на расстоянии сотни шагов, остановить невозможно. Что сделал бы с этими вчерашними крестьянами настоящий придворный маг, остаётся только гадать. Но точно ничего хорошего.

Так что, можно сказать, со мной этим неумехам повезло. Нет, агитацию, по поводу вступления в мой личный отряд, как раньше, я вести не планирую. Некуда мне девать ещё пятерых копейщиков. Да и рисковать, как в тот раз с Фениксом и Лавром, я не хочу. Но и убивать их, я не планирую. Просто сижу рядом и слушаю, о чём подданные нового герцога Норленда говорят.

– Да точно тебе говорю, бастард он. Ну не стал бы король против законного сына герцога посылать своего придворного мага. – заходит с козырей толстый копейщик.

– А я говорю, что это брехня, и сын герцога самый что ни на есть законный. Стали бы демоны из-за портала якшаться с бастардом? Ага, держи карман шире! – приводит аргумент в пользу своей версии копейщик со шрамом через всё лицо.

Надо признать, что все осаждающие успели изрядно осмелеть и ни капельки не боятся спорить до хрипоты на такие темы, которые ещё пару недель назад затухали после обмена парой реплик. Думаю, что попытайся я провернуть такой же трюк, как с Фениксом и Лавром, и реши поучаствовать в этом диалоге, меня и слушать не станут. Даже невидимость моя не поможет впечатление произвести.

– Демоны сами все по природе своей бастарды. Так чего бы им с другим бастардом вместе свои демонские делишки не крутить? – приводит контраргумент толстый копейщик.

– Ну может и так. Да вот только там же не одни демоны. Про магиню из гильдии тоже скажешь, что она стала бы с бастардом дела вести? Гильдия только с законными наследниками дела ведёт. – объявляет копейщик со шрамом ещё один аргумент в пользу своей версии.