Герцог краснеет ещё сильнее. Сопровождающие из его свиты хватаются за рукоятки мечей.

– Вы неправильно поняли, герцог. Это не угроза, это предупреждение. Люди из Даркрок всегда так поступают, когда получили всё что хотели. Граф, просто предупредил вас об опасности. – разряжает обстановку Аркадий Глебович, в очередной раз хладнокровно соврав.

– А это было бы неплохо. Герцог Норленд этого заслуживает. – делает неожиданный вывод герцог Эрда.

– Ну так что, мы договорились? Можно отправлять наших людей? – подсовывая список феодов герцогу, спрашивает Аркадий Глебович.

– Хорошо. Я даже добавлю отличный феод на границе с герцогством Норленд. Что бы никто не мог упрекнуть меня в неблагодарности. Виконт Андрей является родственником графа Владислава? – задаёт вопрос с явным подвохом герцог.

– Да. Я готов за него поручиться. – влезает вперёд Аркадия Глебовича Владислав.

– Отлично. Значит, я дарю этот дополнительный феод ему. И лично сопровожу его на место. – решает мою судьбу герцог.

А вот и та самая маленькая месть за страх и унижение, причинённое герцогу Владиславом. Могу поспорить, что с этим даренным феодом что-то не так. Вопрос в том, можно ли как то уклониться от этого подарка?

Аркадий Глебович держит своё слово, даже когда это требует от него невероятных усилий. Я на его месте уже давно бы плюнул на всё и сдался. Но он жёсткий как кремень. Нечасто в моей жизни случалось такое, что бы я по-настоящему уважал своё начальство, но это именно тот случай. Хотя один недостаток у этого человека-скалы всё же есть. Жадность его так же велика, как и верность данному слову.

Он не хуже меня понимает, что подаренный мне герцогом Эрда феод на границе с герцогством Норленд должен быть с подвохом. Понимать-то Аркадий Глебович понимает, но жадность свою победить не может. А расхлёбывать всё это придётся лично мне. Это конечно, если меня по дороге не убьют.

Можно было бы даже подумать, что наш железный комендант решил пожертвовать моей жизнью ради дополнительного феода в руках корпорации, но в кровожадности я его обвинить не могу. По крайне мере после того, как он приложил просто нечеловеческие усилия, что бы не выпустить герцога и всю его свиту с территории базы.

Комендант дал слово, что не выпустит их с базы две недели, что бы они пробыли у нас весь период карантина, и слово своё держит. Как по мне, это достойная уважения забота о жизнях местных жителей. С другой стороны, я не местный житель и на меня забота коменданта вполне может и не распространяться.

Трезво рассуждать я сейчас конечно же не могу, после двух-то недель бесконечной пьянки, в которой мне приходится участвовать. Я знаю что, это, если можно так выразиться, «времяпрепровождение не достойное подражания». Но как ещё можно удержать на месте средневековый нобилитет? Отказаться я конечно же не мог. К тому же, даже себя Аркадий Глебович не пожалел, и кутит вместе с нами за одним столом.

– За гильдию магов! – провозглашает тост ели стоящий на ногах Владислав, пытаясь подмазаться к Аделии, успевшей разочароваться в своём принце из сказки.

– Да пей уж сразу за прекрасных магинь, или магичек, или как ещё можно Аделию назвать-то. – подкалываю я нашего синего Ромео на минималках.

Владиславу мои подшучивания уже побоку, он с герцогом сидел за столом всю ночь. А вот сам герцог с какого-то перепугу решает заступиться за даму сердца Владислава, и схватившись за столовый нож направляется ко мне, сваливая по пути стулья и тарелки со стола.

– Герцог Эрда! Расскажите нам про битву у переправы через реку Диродван! – отвлекает Аркадий Глебович нашего еле стоящего на ногах гостя от попытки меня зарезать.

– О, я покрыл себя славой в этой битве! Вы должны услышать об этой великой битве! – в который раз уже начинает рассказывать эту наполовину выдуманную историю герцог.

Приготовившись слушать этот хвастливый пьяный бред толстяка-герцога, я закрываю глаза и руками опираюсь на стол. И судя по звуку падающего тела, сделал я это очень зря, потому что уже давно хочу увидеть герцога Эрду мирно лежащим под столом. Ему уже давно следовало бы присоединиться к своей свите, в полном составе валяющейся на столе и под столом.

– Ну и здоровы они пить. Я уж думал первый вырублюсь. – подводит промежуточный итог застолья Владислав.

– Ну есть и хорошая новость, сегодня последний день этой вакханалии на моей базе. Ещё один вечер, и всё. – с явным облегчением говорит Аркадий Глебович, окинув взглядом смертельно пьяных представителей благородного сословия.

– Так может сейчас и закончим? Герцог проспит до утра. Чего нам-то здесь вечером продолжение устраивать? – предлагаю я.

– Я останусь. Может его светлейшество очнутся и решат продолжить. А вы с Владиславом идите. Тебе кстати, ещё собраться надо. Петров набрал всякого для тебя. Ну чтобы ты мог не копаться в каталоге и сразу всё купить в нашем иномирном сельпо. Можешь конечно что-то поменять на твоё усмотрение. Но я бы не стал. Он плохого не посоветует. – инструктирует меня Аркадий Глебович, выковыривая таблетки активированного угля из облатки.

Мы с Владиславом поднимаемся из-за стола, и поддерживая друг друга, заплетающейся походкой направляемся к палатке старшего инструктора.

Выбравшись из комендантского шатра на свежий воздух, я понимаю, что совершенно выпал из окружающей действительности на все две недели. На базе царит какое-то нервное оживление, все на взводе, бегают между палатками, таскают какие-то рюкзаки и сумки, о чем-то оживлённо переругиваются. И конечно, до нас никому нет дела. Хотя мы, вроде как, посвящены в последние новости по поводу их будущих феодов.

– Андрей, всё твоё снаряжение в твоей палатке. Сам смотри, что хочешь поменять. Крупа и соль в сорокалитровой фляге, это подарок Глебовича. Остальное, собственно, по внутренней цене компании для колонистов. Серебро твоё я оставил, поверь на слово, оно там пригодится. – вводит меня в курс дела встретивший нас на полпути к палатке инструктор Петров.

– А моё где? – растеряно спрашивает Владислав.

– Батя сказал, что ты на базе остаёшься на весь срок контракта. Вроде по связям с общественностью будешь, или что-то вроде того. Ну во всяком случае, в этот раз ты никуда не отправляешься. Тебя и в списках нет. – успокаивает Владислава инструктор Петров.

Завтра, я отправляюсь в неизвестность, а Владислав остаётся здесь. Трогательный момент для двух старых друзей, который ни я, ни Владислав, не можем оценить в должной мере, из-за нашего состояния. Да и завтра нам будет не до сантиментов.

Постояв и помолчав рядом с инструктором, ждущим от нас ещё каких-нибудь просьб, претензий или вопросов, мы так же молча уходим к нашей палатке. В палатке наш сосед Сергей сосредоточенно делает какую-то рыболовную снасть, не обращая на нас никакого внимания. Мы просто валимся на свои кровати и засыпаем.

Утро конечно не могло быть добрым, после такого пьяного марафона. С трудом разлепив глаза, я вижу пачку обезболивающих на подушке. Наверное тоже подарок коменданта.

– Ты как вообще? Ехать сможешь? – проявляет сочувствие Владислав, которому сейчас так же плохо как мне.

– Смогу. Наверное. – отвечаю я, с трудом поднимаясь с кровати, и открывая пачку с обезболивающим.

– Вообще, обезболивающее не рекомендуется с похмелья. Петров сказал, что на твоё усмотрение. – предупреждает Владислав.

Я без колебаний проглатываю две таблетки, даже не потрудившись найти воду. Возможно, сегодня последний день моей жизни, и проводить его мучаясь от головной боли я не планирую.

– Не переживай за герцога, он не посмеет тебя убить по дороге. – как будто читает мои мысли Владислав.

– Отомсти за меня друг. – отшучиваюсь я.

Владислав через силу улыбается, и мы начинаем вытаскивать из палатки мои вещи. На удивление, их оказывается довольно много.

– Петров сказал, что поедете на подводах, что бы это не значило. Местные повезут. Ты отправляешься во главе колонны, рядом с герцогом. – объясняет мне Владислав.