– Сомнения – это чувство? А доверие? Вот все эти чувства и переворачивают на противоположные!

– Как страшно.

– Век такой! Одни хищники кругом. Либо учись защищаться и нападать, либо сожрут.

Катя с недоумением уставилась на Лизу, это что же в голове у красотки делается?

Рая на земле не наступило, но утверждать что кругом звери и, выходя из дома, попадаешь в чьи-то охотничьи угодья это похоже на паранойю.

– Не хочу спорить, я верю, что настоящая любовь справится с любыми трудностями. Но что станешь делать ты, если у тебя не получится найти его? Или найдешь, а он счастлив в браке и у него детишки?

– Я его с собой заберу, найду предлог и мы вместе погибнем.

– В смысле, погибнем? Лиза, не надо так шутить!– воскликнула Соня.

– Не буду, не хотела вас напугать, курицы. Давайте в ночной клуб сходим! Кэт, ты как? Соня замужняя, ей вроде бы не положено, а мы с тобой девицы на выданье, нам женихов надо снимать. Пойдешь?

– Пойду, мне интересно, я ни разу не была. Только у меня нет специальной одежды для клуба.

Лиза засмеялась.

– Все просто, макияж яркий, какой-нибудь шарф посмешнее накрутим, каблуки, джинсы и футболка.

– Девочки, только не сегодня, Лиза, ты меня должна отвезти домой!

– Пригласите следующего. Кто там у нас? И что у него? – Марк серьезно относился к жалобам граждан, выслушивал. Службу он свою любил и старался, по мере сил, выполнять свои обязанности.

– Ростовский Вячеслав Михайлович. Вопрос личный, сообщать не стал.

– Пусть войдет.

Кабинет у Марка был стандартный для чиновника средней руки. То есть принимал он посетителей за небольшим столом, приставленным к его рабочему столу. Когда он увидел, кто вошел, то поднялся и попросил секретаря покинуть кабинет.

– Мне назвали другую фамилию.

– Иначе бы ты меня не принял. Так уже было.

– Зачем ты явился?

– Зачем ты меня решил убить?

– Что-о-о? Ты совсем сдурел?

– Меня дважды пытались убить. Взрыв и стрельба. Третьего раза я не хочу допустить.

– Стас, ты можешь, что угодно обо мне думать, но я не покушался на тебя.

Удивление и возмущение Марка было совершенно искренним.

Стас развернулся.

– Подожди. Пожалуйста. Стас. Я хочу попросить у тебя прощения. Мне нет оправдания за тот поступок. Я раскаиваюсь.

– Прощай, Марк. Я простил тебя. Я это еще в те времена тебе сообщил.

Стас вышел. Марк закрыл лицо ладонями и застонал. Он опять почувствовал себя тем же Марком, который прибежал тогда к маме и все ей рассказал.

– Отмените прием, меня срочно вызывают.

Марк поехал домой. Мать вышла на пенсию, но была деятельна, участвовала в каких-то комитетах и по-прежнему не давала сыну спуска.

– И что ты разнюнился? – гневно спросила она, когда Марк рассказал о встрече со Стасом. – Хватит пить! Ненавижу твоего дружка! Это он тебя таскал по игровым залам и спаивал! Жаль, что его не добили! Посмотри на себя! Сидишь в кабинете, отращиваешь зад! Не продвинулся ни на шаг в карьере! Даже внука мне родить не можете! А твой дружок уже вторую клинику открыл, подтянут, красив, денег и девок немерено! Вы с ним одного возраста, у него уже все есть, а у тебя? Только благодаря мне! Когда же ты, наконец, станешь мужиком?

– Хватит! Прекрати! Это ты мне подсказала, как из долгов выбраться! Могла бы и дать денег, у тебя всегда их было не счесть! Отец заработал не на одно поколение, а ты все копишь, все тебе мало. У меня был единственный друг. Это ты его отвадила! И, чтобы ты знала, это не Стас меня везде за собой таскал! Это я! Он меня наоборот, вытаскивал!

– Не смей на меня повышать голос и прекрати пьяную истерику. Я все прекрасно знала! Ненавижу их семейку! И хорошо, что эта стерва, его мамаша, сдохла! И сынок туда же отправится!

– Мама, что ты такое говоришь? – поразился Марк.

– То и говорю! Это она отбила у меня Агапова! Недолго прожила. Я, когда тебя увидела с ее сыночком, чуть не прибила его тут же. А он как заговоренный, ни взрыв его не задел, ни пуля! Ненавижу его!

– Так это ты все организовала?

– Что, сдавать побежишь?

– Мама! Как мне теперь с этим жить?

– Ты не живешь, ты прозябаешь!

Ольга Александровна вышла, хлопнув дверью.

Сноха мелькнула на кухне.

Дал же Бог сыночка! И жену себе такую же подобрал, каждого шороха пугается. Голосок тихий, сама как мышка. И работа у нее такая же. В детском саду, воспитательница! Ее саму еще воспитывать надо.

После того покушения Агапов уехал к отцу. Жаль, что его не добили, но ни одна ниточка к ней не приведет. Она уже успокоилась. И думать забыла, решила, что и так большой вред нанесла ненавистному семейству. А тут он опять, как черт из табакерки вылез! И снова к Марку полез. Неймется ему. Что же, Бог, он троицу любит.

Марк слабовольно думал о том, что делать теперь. Быт налажен, ничего менять не хочется. Куда уходить? Квартира в центре, Юле до работы один квартал. И даже если он решится уйти, квартиру снимут, к примеру, что это даст?

Юля робко постучала.

– Марк, пойдем ужинать. Я приготовила. Зови Ольгу Александровну.

– Иду, Юленька. Мать не станет сегодня с нами ужинать.

Лиза позвонила через пару дней.

– Кэтрин! Ты готова сегодня оторваться? Я за тобой заеду, отвезу тебя домой, переоденешься и в бой!

В бой Катерине не хотелось, но было любопытно, а то так и просдишь вечера у окошка, дожидаясь принца.

– Приезжай, – засмеялась она. - Только лучше бы без боя обошлось.

– Не трусь, прорвемся!

Лиза подкатила к клинике. Катя стояла на крыльце и разговаривала с каким-то здоровым мужиком высокого роста.

– Ничего у тебя парниша. Шкаф славянский!

– Это Семен, женат на моей подруге Вере, ребенка ждут. Он отговаривал меня, просил, чтобы не ходила, беспокоится.

– Да нормально все пройдет, я не первый день в клубах зависаю. Наняла ГБР, группа быстрого реагирования называется. Ребята проверенные. Берут конечно дорого, но безопасность дороже.

– А что они делают?

– Маячат на заднем плане. Вроде бы не со мной. Если какие-то борзые ребята не понимают, что девушка пришла только отдыхать, приключений не ищет, им объясняют. Так что танцуем, пьем коктейли и ничего не боимся.

– Ты меня успокоила. А куда идем?

– Едем. Такси вызвала на десять к твоему дому, пока боевой раскрас наводим.

Лиза командовала Катей, заставила перемерять все наряды, что у нее были и забраковала.

– Я так и думала, что у тебя ничего подходящего нет. Надевай вот этот топик. О, а что за рана? Бандитская пуля? Тогда не пойдет. Верх будет закрыт, низ открыт. Так что за рана у тебя?

– Это так, на железку напоролась. Юбка очень короткая. Я такие не ношу.

– Так и надо! Ноги у тебя загляденье, была бы мужиком, запала бы сразу. Супер! Теперь красимся. Скоро таксо приедет.

Так и сказала «таксо»!

Лиза была в коротком синем платье в обтяжку, прямые волосы, огромный кулон на шее и длинные, выше колен сапоги ботфорты.

Катя в черном бодлоне, закрывающем горло, но без рукавов и белой обтягивающей короткой юбке.

– У тебя водка есть?

– Только вино красное, сухое.

– Тащи, начинаем вечеринку. Ты кальян пробовала?

– Нет.

– Попробуем. Кэтрин, тебе надо красить глаза всегда, а то ходишь, как деревенщина, серая, неприметная. Надо себя уметь подать. Мы тебе быстро мужа найдем.

Катерина засмеялась.

– А себе что не нашла до сих пор?

– Я же рассказывала. Что нашла, только вы с Соней не верите,что у меня что-то получится. Я знаешь какая упорная.

– Лиза, а ты кем работаешь?

– Я повитуха. Или по – нынешнему, акушерка.

– Роды принимаешь?

– Ага. Знаешь какой кайф. Когда мамочка мучается, а потом такое чудо выдает на свет! Обожаю свою работу. Как-нибудь расскажу всякие случаи.

– Очень интересно! Так в какой клуб едем?

– Недалеко, на Московском проспекте. По пятницам в клубе шоу – танцы барменов на барной стойке, это если дождемся и раньше не свинтим. Да, и инструкция – с чужими не пить! Могут чего-нибудь добавить в пойло. Свой стакан тоже нигде не оставлять. Без меня не уезжать ни с кем. Словом, быть рядом и тебя не обидят. Танцевать можно не со мной, – засмеялась Лиза.