«Мулатка, просто прохожая, просто прохожая...», – завертелась в голове песня.

Оставлять на улице нельзя, надо везти в травму, барышня получила сотрясение мозга, и чем все кончится, неизвестно.

Стас подхватил под руки ничего не соображающую дамочку, и почти поволок к своей машине, не особо церемонясь. Лужа оказалась глубокой, значительно выше щиколоток, в туфлях захлюпало.

Он заворчал, высказываясь о собственном идиотизме, о дурах, что ползают под окнами, о психопатках, что швыряются тяжеленными предметами. Благо, до машины было недалеко, потерпевшая была в сознании, но вялая, послушно переставляла ноги, не сопротивлялась, только тихо мычала.

Отвезу в травму, скажу, по дороге подобрал, решил он, кое-как усадил находку в машину, сел сам, пристегнулся по привычке и, выехал из двора.

– Вы кто?– прохрипела дамочка.– Куда вы меня? Где моя сумка?

– Вам нельзя разговаривать!– сердито рявкнул он, хотя это была глупость, причём полнейшая, наоборот, надо чтобы она оставалась в сознании, надо с ней говорить, но он не придумал, что сказать, как объяснить вдруг проявленную им заботу, поэтому продолжал злиться и рычал.– В травму вас везу, не бойтесь. И сумка, и ключи, все здесь.

Потерпевшая притихла, только продолжала держаться за голову и раскачиваться.

Стас помчался в травмпункт, благо – дорогу знал, как-то Люська, в порыве злости, вместо капусты, пластанула ножом по пальцу. Хороший получился разрез, на совесть. Зашивали.

Агапову пришлось за ней ухаживать, неделю у нее жил.

Народу в травме было много, что неудивительно, погода добавила работы врачам.

Спортивного вида паренек, баюкая руку, раскачивался взад-вперед, рядом с ним сидела пожилая женщина, горестно смотрела на него, что-то говорила тихим успокаивающим голосом. Мимо прыгал на одной ноге, другую, согнув в колене, словно выполнял упражнение, довольно тучный мужчина, опираясь всем своим весом на жену, жена, к счастью, тоже была не худенькая. В длинном коридоре одна треть кресел была занята.

Им повезло, почти рядом со входом в кабинет, освободилось кресло, Стас усадил раненую на стул, а сам заглянул в кабинет. Очередь на него зашипела, из кабинета рявкнули:

– Закройте дверь!

– Простите, у меня травма головы, – попытался объяснить Стас.

– У всех травмы! По очереди!

Он закрыл дверь, повернулся и наткнулся на «быка».

– Слышь, мажор, самый умный? Отвали от двери!– Мужик лет тридцати, бритоголовый, мощный, тихонько потянул его за куртку.

Стас хотел, было ответить насчёт мажора, но вдруг стало не до глупых препираний, а жаль, кстати, повстречай он у подъезда этого мужика, поговорили бы.

Резко оттолкнув «быка» он кинулся к своей подопечной, та медленно заваливалась на бок. Он слышал, как возмутился «бык», но Стасу было не до нежностей. Потерпевшая была в обмороке, чего никак нельзя допускать, умрёт, беды не оберёшься.

Стас подхватил женщину на руки, крякнув под ее весом и вломился в кабинет.

– Травма головы, больная в обмороке!

– На кушетку кладите, – недовольно произнёс пожилой травматолог, он тут же согнал с кушетки брата близнеца «быка», – вы, юноша, постойте, сейчас медсестра с вами закончит, и впредь с такими пустяками учитесь справляться сами. Что случилось?

– Не знаю, подобрал возле подъезда, темно, не успел осмотреть, – ответил Стас.– Кровь лицо залила, я сразу к вам.

– Вы врач? Света, нашатырь! И давление измеряй. Как это тебя угораздило, милочка? Нежные барышни, в обморок как в старину, от царапин падают, – комментировал врач, аккуратно осматривая пациентку. – Кровотечение остановилось, рана неглубокая, бровь рассечена, зашить надо. Волосы сбреем, вы, надеюсь, не станете возражать? Так, а что это за осколочки? Похоже на стекло или хрусталь. Откуда в волосах крошка? Нынче чего только не насмотришься, раньше было проще и понятнее, дубиной по голове или нож в ребра. Она вам кто?

– Да никто, был в гостях, вышел, а она валяется! – с досадой ответил Стас.

– Рыцарь печального образа, выходит?

Доктор внимательно оглядел мужчину. Скорее всего, говорит правду, как он одет, а как она. Небо и земля.

– Ладно, верю. Сделаете рентген, он платный. Возьмите каталку, кабинет в конце коридора. Затем привезёте сюда. Мы должны сообщить в отделение милиции, травма головы, дело серьёзное, да и отправить в стационар.

– Не надо, я обеспечу ей уход, – неожиданно для себя сказал Стас.

– Тогда пишите, как положено, добровольно отказываюсь, претензий не имею и т.д. Сами знаете. Ну, и ладно, рана неглубокая, не огнестрельное же ранение. Фамилия ваша, где живёте? Пациентка сказать не может, так вы нам свои данные оставьте.

– Да, я оплачу. Агапов Вячеслав Михайлович, Московский проспект, номер дома и квартиры указаны в паспорте.

– Ступайте, подождите за дверью, сестра закончит – позову.

Агапов вышел. Братья-близнецы стояли в сторонке.

Ну, вот, начинается, тоскливо подумал Стас. Как ни странно, теперь ему уже не хотелось никаких разборок. «Бык», которого Стас отпихнул, направился к нему.

– Слышь, мужик, ты не переживай за свою дамочку, нормально все будет, ты бы сразу сказал, а то полез, понимаешь, ну, я и погорячился.

– Все в порядке, – рассеянно ответил Стас.

– Где это так ее?

– Я не знаю, на улице подобрал, у подъезда.

«Бык» присвистнул, покопался во внутреннем кармане, достал визитку и протянул Стасу.

– На, возьми, вдруг, когда пригодиться. А тебя как звать?

– Вячеслав Михайлович, можно Стас.

– Ну, бывай, Стас.

Братья близнецы пожали Стасу по очереди руку, причём травмированный представился Мишей, а первый был Гришей и они вразвалочку пошли на выход.

Стасу жутко захотелось покурить, он заглянул в кабинет, спросил, успеет ли и, получив отмашку, выскочил на улицу.

Дождь не унимался.

Потерпевшая была бледна, но в сознании, на голове красовалась шапочка из бинта, она вяло отвечала на вопросы доктора, когда вошел Стас.

– А, вот и спаситель ваш, Катенька. Чип и Дейл в одном лице, практически. Смотрели такой мультик? Сотрясение у вашей девушки, уважаемый коллега. Ледяную грелку на место ушиба. Повязку можно будет снять завтра вечерком. А пока покой, лежать, спать, по улице не бегать. Красота! В такую погоду не жалко время дома провести. Вам барышня, если больничный нужен будет, в свою поликлинику обращайтесь.

– Спасибо, вам, доктор, – Стас достал приготовленную купюру, но коллега замахал руками.

– С вас не возьму. У вас какая специальность?

– Детский врач. Всего доброго. – Стас положил деньги на стол и, поддерживая под руку, повёл Катеньку, как сказал доктор, к машине.

Стас и Катька

Как быть дальше, он уже решил.

Девушка, пока сидели в очередь на рентген, представилась, зовут ее Катерина, можно Катя, и добавила, что чувствует себя виноватой, отнимает время у Стаса.

Она возвращалась домой с работы и возле самого подъезда кто-то ударил ее по голове, не понимает за что и кто, вроде бы за ней никто не шёл, хотя в такую бурю ничего не слышно. Говорила она тихо, с трудом, и удивлялась, что ее клонит в сон, хотя время не позднее. Катя вяло благодарила своего спасителя, если бы не он, она не попала бы в травмпункт.

«Это точно», – мрачно соглашался Стас, – «не попала бы».

Он ерничал, стесняясь принимать признательность девушки, возражал, что поступил так исключительно из эгоизма, чтоб после не беспокоится, не померла ли раненая. Катя криво улыбнулась, тихо возражая, что от такой травмы вряд ли можно умереть, на что Стас горячо возразил, что еще как можно, и тогда она испуганно замолчала. А он добавил, что довезти до травмы, не стоило многих усилий, что ему захотелось положительных эмоций в конце этого безумного дня, чтобы сказать себе перед сном, день прожит не зря, и он совершил хоть и маленькое, но доброе дело.

Катя на столь пространное объяснение никак не отреагировала. Ей странно было слышать подобное откровение от незнакомого мужчины и она не понимала, как себя вести.