– Жора, возьми ключи от квартиры девушки, адрес в паспорте, поезжай, зайди в квартиру, посмотри, как живет, только не громко, не стоит соседей пугать, потом на работу к ней смотайся. Телефон начальника в книжке записан, адрес узнаешь. В шесть доложишь, машину бери, я с пострадавшим на его «Ниве» доеду.

Струнин кивнул, покрутился минут пять, переписал себе адреса и телефоны, и уехал.

Кора Семен Иванович готов был отвечать на вопросы.

Круглов предложил ему проехать в отделение, а поскольку Семен все еще был не в себе, повел машину сам. Джип Агапова обещал отогнать Смехов.

– Я хоть пять минут порулю этим зверем, когда у меня такой будет?

– Не в этой жизни, Витя.

Круглов выслушал Кора, составил протокол и отпустил. Мужику сегодня досталось. День клонился к закату. На доклад к начальству он пришел более – менее готовым.

– Лобанова Екатерина Ивановна работает экспедитором в ОАО «МФП», проще говоря, в строительной фирме.

– Что такое МФП? – уточнил Круглов.

– Многофункциональное предприятие.

– Бред, – прокомментировал Круглов, Струнин заржал. – Продолжай.

– Она взяла отпуск. Начальник отдела сообщил, что ее кто-то стукнул по голове, больничный брать не стала.

– Это интересно, узнай все, что можешь, о травме, соседей спроси. К ней не пускают, так что действуй. Живет одна?

– Да. Вчера я побывал на адресе. – Григорий Струнин многозначительно замолчал.

– Не тяни, что-то нашел?

– Крысу.

– Эка невидаль, в квартирах и тараканы водятся.

– Нет, тут другое, крыса была привязана к ручке двери, на площадке не горел свет. У них там система. Третий, шестой и девятый освещены, она живет на шестом. Лампочка вывернута, я проверил.

– Отлично. Занимаешься Лобановой. Всю подноготную выясняешь. Особенно ее связь с Агаповым. Лампочки в подъездах высоко, выкручивали с табуретки или лесенки, значит кто-то свой, тоже проверить надо, может, кто из соседей слышал. Работай. Теперь о нем. Что говорят врачи?

– Тяжелый. У него, товарищ майор, дома тоже сюрприз, – седой не по годам, Алексей Горбунов эффектных пауз не любил, – квартира расписана как картинка, хулиганили. Баллончики я сдал на экспертизу, но как оформлять будем? Вчера звонила какая-то Маргарет, из Лондона.

– Жена отца Агапова, – кивнул головой Круглов. – Мобильник оставь мне, я отвечу на звонки. Занимайся его сотрудниками. Почту Агапова изъял? Я разрешение получил, так что не забудь, может там что-то появится. Что у тебя, Михалыч?

– Семен Иванович Кора майор в отставке, живет с матерью, работает в агентстве «Русский сыск», – начал доклад Иван Николаевич.

– Я протокол сам писал, – перебил Круглов, он не любил Ивана Михайловича. Не было никаких причин, не было конфликтов, просто не любил. Ждал, когда Иванова Ивана Михайловича с почетом отправят на пенсию. Ждать надо еще четыре месяца.

– Езжай к нему в фирму, выясняй, какими делами последнее время занимался Кора. А я займусь нашим мистером Икс. Илья, пальчики не пришли? – Круглов обратился к «юному гению сыска», парню лет двадцати в стильных очках.

Решил мальчик послужить Отчизне, окончил школу милиции, попросил папу, папа попросил друга, друг приказал Круглову взять «гения» в команду. На задержания не брать, не дай Бог, пулю схлопочет, пусть тут, в кабинетах ошивается, глядишь, сам уволиться. «Гений» охотно выполнял поручения, относился серьезно к заданиям. Мужики посмеивались, именуя его секретаршей Круглова, но в глаза, конечно, не говорили, нажалуется папочке, хлопот не оберешься.

– Никак нет, товарищ майор.

– Так ступай, поторопи их.

– Слушаюсь, товарищ майор!

«Гений» вышел.

Зубоскал Георгий открыл, было, рот, но Круглов показал ему кулак. Все поднялись и, пересмеиваясь, отправились выполнять задания.

Круглов дождался заведующего хирургическим отделением, пришлось почти час промаяться в холле, без разрешения заведующего ни один человек из персонала ни слова не скажет, здесь царила такая дисциплина, что позавидуешь.

– Что наши пациенты?

– Об Агапове сказать пока трудно, надеемся. Организм у него молодой, может справиться. Девушка пришла в себя, в реанимации, если не будет осложнений, к вечеру переведем в палату. Что касается безымянного гражданина, там могу сказать сразу, двигаться не будет, позвоночник поврежден.

– Говорить сможет?

– Не могу сказать, у него множественные ушибы, в том числе и головы. Этот будет выбираться значительно труднее, возраст.

– Спасибо, доктор. Вы потом оформите документы для нас.

– Непременно.

– И еще, охрана у госпиталя хорошая, но я вынужден буду приставить своего человека к неизвестному.

– Боитесь, что сбежит?

– Боюсь, что помогут умереть до разговора с нами. И еще просьба. Как только Агапову станет лучше, мы его заберем. Это второе покушение на него, поэтому всем, кто будет интересоваться, отвечайте, что не пришел в себя, ну вы лучше знаете, что говорить. Позвоните сразу мне, даже ночью, здесь все мои телефоны, в том числе домашний.

– Так и сделаю.

– Мне бы на пару минут увидеть Лобанову.

– Не желательно. Ей вводят обезболивающее, вряд ли она сможет говорить с вами.

– И все-таки, я настаиваю.

– Воля ваша, только вам придется снять обувь, надеть халат и шапочку.

– Спасибо, Юрий Тимофеевич.

Лобанова лежала на высокой кровати, к руке была подсоединена капельница. В лице ни кровинки, губы синюшние, глаза закрыты. Она хрипло дышала. Если она считается в норме, то каков же Агапов?

Круглов взял Катерину за руку. Пальцы ледяные.

– Катя, – вполголоса позвал он, – вы меня слышите?

Она открыла глаза, они были мутными, взгляд неосознанный. Лобанова застонала, пошевелила рукой, немедленно запикал прибор, подбежала медсестра.

– Мне холодно, – пожаловалась Катя.

Круглов отошел. Спрашивать что-либо не имело смысла. Он вернул халат, тапочки, надел ботинки, вышел, затем вернулся.

– А нельзя ее чем-нибудь укрыть, ей холодно, – спросил он медсестру, что подходила к Кате.

– Можно, сейчас укрою.

– Что ей можно принести?

– Как всегда, не жирный куриный бульон, воду без газа, лимон. Для начала хватит. У нее нет родственников?

– Есть, но они не знают о случившемся, а мы не знаем, где их искать. Я хотел с ней поговорить как раз насчет этого.

– Какое несчастье, молодая девочка. За что ее так?

– Она случайно попала под пулю. Не повезло. До свидания. Присмотрите тут за ней, я завтра приду опять.

Вечером Круглов принес домой курицу.

– Светлана, отвари бульон, только чтобы не жирный, в термос налей, утром отнесу.

– Я утром и отварю, чтоб свежий был. Кто на этот раз? Опять сирота?

– Нет, у нее есть мать, но не знает, что с дочерью произошло, а сказать может только девушка, где мать искать.

– Она хоть хороша?

– Красавица, губы синие, глаза мутно-зеленые и лысая.

– Не сочиняй.

– Честное пионерское, как новобранец.

– Ешь, давай, остыло все, да спать ложись, устал, я же вижу.

– Да. На пенсию выйду, отосплюсь.

– Вроде ты говорил это, когда еще лейтенантом был.

– Злопамятная ты, Светка.

Иванов Иван Николаевич плодотворно поработал в агентстве «Русский сыск».

Ирина Владимировна, владелица агентства, не чинила препятствий. Она понимала, что с властями в кошки-мышки не поиграешь, мигом отберут лицензию. Она выложила все дела, по которым работал Семен Иванович Кора.

Ивану Николаевичу очень хотелось уйти на пенсию, осталось чуть. А там дачка, рыбалка, грибы-ягоды и скромный пенсионный бюджет. Думал, за четыре оставшихся месяца никаких громких дел не случится и он потихоньку досидит в отделе. Не вышло. И сейчас Иван Михайлович ехал навестить Зуеву.

Она очень интересовалась Агаповым. Денег не пожалела, на ветер выкинула огромную сумму, лишь бы знать, что делает и где бывает господин Агапов. Интересно, что ей понадобилось от потерпевшего?

Все выяснила и тут Агапову взорвали машину? Следствие по взрыву зашло в тупик. Ни улик, ни свидетелей. Каково? А вот второе покушение на нее выводит. А что? Денег у нее, похоже, много. Вполне могла нанять убийцу. Мотив надо выяснить.