И Сиан, сопровождаемый братом, двинулся в темноту пещеры. Но островитяне даже не пошевелились. Химена же достала из заднего кармана сигнальную шашку и, чиркнув о стену, зажгла.
– Вам нужна правда? – спросила она, держа брызжущий искрами огонь чуть в стороне от своего тела, чтобы не поджечь одежду. Это был символ, демонстрация силы, власти и инициативы.
– Здесь, в темноте, мы правды не найдем.
И она двинулась вперед, ведя за своим огнем островитян.
– Пошли! Вперед, и только вперед!
2. Александра
Солдаты направили на нее стволы своих винтовок и пинками вернули к остальным. Как же быстро они спустили Богиню с небес на землю!
– Хорошо, хорошо! – примирительно пробормотала она, возвращаясь к Рокси, Садине и Доминику, вокруг которых стояли солдаты, держащие ее на мушке. Если бы не нацеленное на нее оружие, в окружении солдат она чувствовала бы себя вполне защищенной. Михаил никогда не хотел, чтобы его охраняли стражи Эволюции, и теперь Александра поняла, почему. Зачем ему какая-то горстка бойцов, если в его распоряжении была целая армия? Правда, солдаты этой армии не знали, что стали жертвой манипуляции, и что командует ими полушиз.
Боль пронзала спину электрическими импульсами. Но она вытерпит! Богиню им не победить!
– Нужно что-то делать! – сказала она.
– И что? – прошептала Садина.
– Минхо велел ничего не предпринимать, – сказала Рокси сквозь зубы.
Александре был нужен план.
Чтобы спастись, необходимо отвлечь внимание солдат и заручиться помощью Пилигримов. Как только Пилигримы узнают ее, то всеми силами примутся защищать, и она непременно выберется отсюда. В голову ей пришла идея.
– Среди нас Божество! – проговорила она громко, но стоящие вокруг солдаты ее не услышали. Тогда она прокашлялась и, подняв голову, сказала громко и отчетливо, обращаясь к тройке стоящих перед нею солдат:
– Здесь, среди нас, присутствует одно и единственное Божество.
Сердце Александры билось в одном ритме с той последовательностью чисел, которую она декламировала: 2, 3, 5, 8… Теперь все солдаты ее услышали. Услышали слово, которое с детства вбивали в их сознание.
– Что?
– Божество! Божество – среди нас!
Она посмотрела на Садину, у которой от удивления расширились глаза.
Доминик горячо зашептал:
– Что вы делаете?
Александра встала во весь рост и показала на Рокси.
– Божество скрывается под именем Рокси! – провозгласила Богиня. Рокси застыла в полном недоумении.
– Я больше не собираюсь лгать и покрывать ложь! – крикнула Александра и ударила Рокси по лицу. – Она здесь! Это – Богиня! Вот она!
Солдаты бросились к Рокси, а Александра, отступив в сторону, продолжала кричать:
– Это она! И я могу это доказать. Убейте же ее! Убейте Божество!
Солдаты быстро подняли Рокси с земли и потащили ее прочь. Она не сопротивлялась, ничего не говорила, но глаза ее горели ненавистью к предательнице.
– Зачем вы это сделали? – спросила Садина голосом, полным мольбы.
Садина! Милая Садина! Когда-нибудь ты простишь меня!
– О, дитя мое! – сказала Александра. – Один из нас должен умереть, чтобы спасти других. Это – самый большой подвиг в мире. И я не хотела, чтобы умерла ты.
Садина замерла, опустив глаза.
Как Александра и планировала, новость о пойманной Богине распространилась быстро, подобно кругам по воде. Вымысел смешался с домыслами, одни слухи породили другие, и воцарился всеобщий хаос. Ложь росла и множилась, расцветая словно ядовитый цветок.
И все работало. Конечно, как могло быть иначе? Она же Богиня!
Выскользнув из группы, Александра крадучись направилась к странному, болезненного вида лесу, который все эти десятилетия рос в Глэйде.
3. Айзек
Из темноты до ноздрей Айзека донесся знакомый запах. Так пахло в пещерах дома, на острове, где внутри, в темноте, струились и журчали небольшие водопады. Запах земной, суровый и неумолимый. Он шел следом за Джеки, Миоко и Хименой, у которой в руке все еще шипел искрящийся огонь, отбрасывавший тени на стены туннеля, тянущегося в глубине горы. Айзек провел ладонью по стене темного камня, которая поднималась вверх и аркой замыкалась у них над головами. Доносящееся до Айзека эхо шагов идущих впереди братьев заставляло его аккуратнее выбирать слова.
– Фрайпан! – прошептал он. – Два поворота налево и один – направо.
На стенах туннеля не было никаких отметок, и нужно было каким-то образом запоминать маршрут, чтобы выбраться отсюда на обратном пути.
– Внимательнее! – сказал Фрайпан, стукнув своей палкой по стене, после чего показал Айзеку на землю под их ногами. Оказывается, весь проделанный по пещере путь он отмечал глубокой бороздой, которую провел на дне туннеля кончиком своей палки. По ней они и выйдут из пещеры.
А возможно, кто-нибудь и войдет!
Айзек поежился при этой мысли, не зная, к добру это будет или к худу.
4. Александра
Скрываясь в лесу, Александра услышала позади крики. Кричала Садина:
– Это не она. Она – не Богиня! Это ошибка, отпустите ее!
Садина закричала еще громче, но это лишь усилило царящий позади хаос и позволило Александре скрыться незаметно. 1, 2, 3, 5, 8, 13., – декламировала она.
Мантия Пилигрима замедляла движение, но сбросить эту тяжелую одежду было нельзя – все увидели бы ее в наряде Божества! Она бежала прочь так быстро, как только могла, ожидая, что сзади вот-вот закричат или начнут стрелять, но все было тихо.
Сквозь заросли Александра видела на бегу группки Пилигримов, окруженные солдатами, различая тех и других и по их одеянию, и по внешнему виду. Побежденные в войне Пилигримы, избитые и униженные, стояли и сидели в окружении победителей, которые гордо поглядывали по сторонам, наслаждаясь властью, которой Михаил, увы, не заслуживал.
Во время бега капюшон соскользнул с головы Александры, и она быстро вернула его на место.
Но это заметили те, кто, как и она, прятался в лесу.
– Богиня!
Выскочивший из зарослей Пилигрим схватил ее за рукав и остановил. На его лице были вытатуированы имена первых Глэйдеров: Томас, Ньют, Олби, Чак…
– Вы… – начал он, глядя на Александру глазами фанатика.
Зарт, Минхо, Уинстон…
Имена Старых Глэйдеров смотрели на Александру с физиономии выжившего из ума Пилигрима.
Богиня принялась отчаянно освобождаться от его цепкой хватки.
– Ты ошибся! – крикнула она, натянув капюшон пониже. – Пусти!
И вонзила ногти в руку напавшего.
Но тот не отпускал, и глаза его светились истинным безумием.
– Вы… вы хотели казнить меня перед всем городом за вашу собственную ложь! Это вы убили Николаса, а не я! Божество убивает самое себя! – закричал Пилигрим, обращаясь к соплеменникам, прячущимся за ближайшими деревьями. – Богиня жива!
Подбежал еще один Пилигрим и ухватился за одежду Александры.
– Это вы! – прошептал он. – Действительно вы! Лабиринт спасет нас!
– С нами Богиня!
– С нами Богиня!
Пилигримы стали толпиться вокруг, громко выкрикивая ее титул.
– Успокойтесь! – приказала Александра, но без подиума, без охраны, без своих песен и танцев, без обычных украшений и ужимок она была ничем! И Пилигримы ей не подчинялись.
Она начала паниковать.
– Пустите меня! – кричала Александра. О, как она жалела о том, что с легкостью возбуждала в черни любовь и благоговение! Солдаты обратили внимание на шум и крики, издаваемые Пилигримами, и теперь приближались. Эти жалкие Пилигримы погубят ее!
– Эти люди сошли с ума! – крикнула она солдатам. – Совершенно невменяемые!
– Божество с нами! – кричал, между тем, Пилигрим с татуировками на лице, не отпуская руку Богини.
Солдат освободил Александру от хватки татуированного.
– Благодарю! – сказала Александра. – Они сошли с ума. Безумцы!
– Идем со мной! – сказал солдат, потянув Александру за капюшон. Он тянул так сильно, что Александра едва не задохнулась. К солдату подтянулось еще с дюжину конвоиров.
