– Расскажите им то, что рассказали мне! – попросила Садина, потянув Богиню за рукав мантии.

Ее внутренний взор затянуло красное марево.

– Прежде всего, вам необходимо успокоиться. Молчание и неподвижность есть врата в вечный, бесконечный Глэйд. Ваше дыхание, медленное и ритмичное, есть тропа, ведущая через эти врата.

Доминик принялся ощупывать дверь каюты.

Александра покачала головой:

– Глэйд находится в вашем сознании, а не во внешней реальности.

Эти дети были простыми существами, но из них можно было бы вылепить что-нибудь стоящее. Они обучаемы, и способны отправиться тем путем, что она укажет – как ее наиболее преданные Пилигримы. Но, в отличие от тех, у островитян есть иммунитет.

– Сядьте! – сказала Богиня.

Триш уселась возле Садины, но Доминик и Миоко остались стоять. Александра настойчиво указала им на пол, и они подчинились.

Александра выпрямила спину и расслабила плечи.

– Вам нужно полностью расслабиться, – сказала она и, протянув руку к лицу Триш, мягко надавила на веки, прикрыв ей глаза.

– Закройте глаза, медленно вдохните в течение трех секунд, потом на три секунды задержите дыхание и так же медленно выдохните. Ничего не удерживайте в своем сознании, но откройте его и пусть все сквозь него течет, не задерживаясь.

– А как можно думать о чем-то, не думая об этом? – спросил Доминик.

Глупый мальчишка. Неужели много лет назад и сама Александра задавала Николасу такие же глупые вопросы? Вероятно!

– Пусть все течет сквозь ваше сознание свободно и непринужденно. Тогда вы все увидите.

– Нет, ничего не получается! – пожаловалась Садина.

– Бессмыслица какая-то, – согласилась Триш.

– Ничего не чувствую, – поддержал подруг Доминик.

Александра постаралась не выказать своего раздражения.

– Очистив свое сознание, вы войдете в вечный, бесконечный Глэйд. Все, что есть в этом мире, раскроется перед вами… Нужно просто научиться правильно задавать вопросы.

– И мы можем задать Глэйду любой вопрос? – прошептала Триш.

– Скажем, узнать, жива ли моя мама, а? – спросила Садина, открыв глаза.

Сам вопрос и оживленность, с которой этот вопрос был задан, испугали Богиню. До сих пор она полагала, что единственным взрослым, который опекал этих детей, была Рокси.

– Твоя мама? – спросила Александра.

– Айзек и Фрайпан с Джеки должны были отвести ее на береговую Виллу, у нее была сыпь и кашель. Вдруг это вирус?

Девушка выжидающе посмотрела на Богиню.

У Александры запершило в горле.

– Уверена, что с нею все в порядке, – сказала она.

Побережье – не лучшее место для неопытных путешественников.

– А вы можете погрузиться в Глэйд и спросить?

Садина еще ближе придвинулась к Александре.

– Пожалуйста!

Богиня кивнула. Вот так новость! Если у матери этой девочки вирус, то это будет означать, что кровь самой Садины не так чиста, как предполагалось. Все надежды Богини окажутся напрасными, и судьба отбросит ее назад гораздо дальше, чем она была в начале своего пути.

Александра погрузилась в глубины собственного сознания, постаралась расслабиться и пройти через врата Глэйда, но ее отвлекали издаваемые этими детьми звуки. Доминик шумно дышал ртом.

– Дыши носом! – резко сказала Богиня, и Доминик принялся посвистывать носом.

Александра начала с дыхательных упражнений. Повторив их серию несколько раз, она, наконец, погрузилась в Глэйд и задала вопрос, волнующий и Садину, и ее саму, но только по-разному. Без особого труда с ее стороны площадь открытого ей пространства увеличилась – вплоть до южного побережья.

– Ее доставили на Виллу… – сказала Александра.

Там, на Вилле, она увидела с десяток работников и, заставив себя максимально расслабиться, запретила интересоваться, чем занимается эта Вилла и знал ли о ее существовании Николас.

– Ей помогает некая доктор Морган…

Но потом, словно удар электричеством, ее поразило видение, о котором вслух Александра сказать уже не могла. К матери Садины движется гривер. Сердце Богини забилось в несколько раз быстрее. Почему все прячутся за стеклом, кроме ее матери? Глэйд никогда не лжет. Александра крепко сжала губы, наблюдая, как гривер надвигается на мать Садины.

Чудовище ударило женщину длинной иглой. Прямо в мягкую плоть плеча.

Почему они позволили гриверу уколоть ее?

Боль рикошетом прошлась по телу Богини, словно она сама получила удар иглой.

– С ней все в порядке? – нервничая, спросила Садина.

– Она… жива.

Богиня не могла раскрыть всю правду. Но мать этой девушки была жива. Уколота гривером, но жива.

– Действительно?

– Да, она… жива.

Почему они мучают Богиню своими вопросами? И что еще она может узнать о том, что происходит на этой Вилле? Она слышала о старых гриверах. А кто о них не слышал на сожженной Вспышкой Земле? Но она никогда их не видела. Бесчисленное множество раз она странствовала по священному Лабиринту, но никогда не задумывалась над тем, что сталось со старыми гриверами. Активны они или нет? Ей думалось, что нет.

И, как оказалось, она была не права. Николас уверял Александру, что ничто в Лабиринте не может ей угрожать. О чем еще он ей лгал? Неужели эти Старые Гриверы все еще находятся там, внизу?

Сердце ее отчаянно билось. Чтобы успокоить сердцебиение, она потерла переносицу и принялась декламировать числовые последовательности… 13, 21, 34, 55, 89, 144.

Она повторяла числа ряд за рядом, чтобы побороть хаос мыслей, но на сей раз числа оказались бесполезными. Александра открыла глаза. Попозже она вновь отправится в Глэйд и попытается продвинуться чуть дальше.

– Я так рада, что она жива! – воскликнула Садина, расплакавшись. – Пойду и скажу об этом Рокси.

Садина побежала по трапу вверх. Из заднего кармана ее джинсов торчал уголок «Книги Ньюта». Остальные последовали за ней.

Богиня осталась в каюте в полном одиночестве. Головная боль становилась все сильнее, а звон в ушах был таким громким, что, казалось, он заставляет вибрировать все тело. Александра успокоила голову, замедлила сердцебиение, после чего принялась растирать виски и затылок. Наконец, звон прекратился.

Все стало тихо.

Пока не раздались дикие крики.

Крики ужаса неслись с верхней палубы.

Поначалу они показались Александре просто эхом Глэйда, но затем она поняла: крики слишком реальны; это кричат люди, пораженные страхом!

Александра бросилась наверх, навстречу крикам детей и… ошеломляющей красоте Северного сияния. Красные, синие, пурпурные, зеленые сполохи пульсирующими волнами прочерчивали небо и переплетались, словно люди, наделенные иммунитетом, явившиеся, чтобы присоединиться к Божеству. Настоящий восторг! Богиня стояла под лучами Северного сияния, благодарно воздев руки к небесам.

– Не бойтесь этого огня! – обратилась она к Садине и ее друзьям. – К нам вернулось Северное сияние.

Но ей не удалось сразу успокоить детей – они оказались более упорными в своем невежестве, чем Михаил.

– Что это? – кричала Миоко.

– Небо горит! – вопил Доминик.

Триш почти пищала от ужаса:

– По небу течет яд!

Более спокойная Рокси пробормотала:

– Никогда не видела ничего подобного. Если вы меня спросите, я скажу, что это дурной знак.

Но Александра ни о чем не стала ее спрашивать. Сцепив руки, она мобилизовала все свое терпение и дождалась, когда эти необразованные паникеры успокоятся и обратятся за объяснениями к ней, единственной из оставшихся Ипостасей Божества. И именно сейчас она должна была сообщить им нечто значительное – такое, что они не забудут этого никогда. Таковы правила манипуляции.

И она сделала это.

– Милые дети! Это небо дано нам в качестве подарка. Скоро все изменится.

Богиня сделала паузу, как это предписывает риторика, после чего, со всей торжественностью, на которую она была способна, добавила:

– Добро пожаловать на дорогу Эволюции!