В казарме ему было хорошо, спокойно, здесь все было ясно и понятно. Он провел проверку готовности своих солдат к возможному нападению врагов. Они с отцом гордились своим отрядом, который был самым большим в королевстве и снабжен самым лучшим оружием. На шестой день его пребывания в казармах ему принесли письмо от отца, который просил приехать домой. Герберт скривился, понимая, что отец вновь будет настаивать на скорой женитьбе. Мать при этом будет устраивать истерики отцу, что женой сына должна стать Вереора. Он опять попадет в центр семейного скандала.

Иногда он смотрел на своих родителей и не мог понять, если они нареченные друг другу, то почему постоянно ссорятся, мать откровенно ненавидит отца, а он никогда не может стукнуть кулаком по столу и навести порядок в семье. Если бы в его семье сложились такие отношения, он давно бы уже принял какие-нибудь меры. Он представлял, как станет мужем этой Глории, которая всегда боялась даже посмотреть на него. Сразу становилось скучно, никакой тяги к этой «невесте» он не испытывал. Когда вместо нее представлял Вереору, его губы растягивались в предвкушающей улыбке. Он помнил, как он шел под руку с Глорией, когда приехали на этот бал. Он даже не чувствовал ее руку на своем локте, словно она была невесомой. Она шла и боялась смотреть на него. А потом вспоминал горячее тело Вереоры, когда она прижималась к нему во время танцев. Нет, явно Вереора будет лучшей женой.

Он уже собирался ехать в замок, как прискакал нарочный от короля, который привез срочный приказ выступать на границу с Темными землями. Враги напали на королевство. Герберт отправился домой, чтобы собраться и попрощаться с родителями. Отца дома не было, его вызвали в королевский дворец. Мать вместе с Вереорой и Драгаром были в гостях у какой-то своей знакомой. Глория ждала его у крыльца и что-то пыталась сказать, но он отмахнулся от нее, поспешил в свою комнату, позвал слугу, которому дар распоряжение собрать походный мешок. Сам стал смотреть документы, которые ему понадобятся. Раздался осторожный стук в дверь. Герберт решил, что это пришла какая-то служанка, чтобы получить его распоряжения относительно ужина, но открылась дверь и вошла Глория с какой-то дурацкой корзинкой. Она стала что-то говорить о своей помощи, но он просто разозлился на девушку. Разве она не видит, что сейчас не время отвлекать его? Она не уходила и стояла смотрела на него какими-то просящими глазами. Это разозлило его еще больше, он уже хотел сам вытолкать ее из комнаты, как ворвалась Вереора, которая повисла у него на шее. Только тогда Глория развернулась и ушла.

В эту ночь Вереора тихо пробралась к нему в комнату, и он не стал останавливаться в ласках, сделал ее своей женщиной. Она счастливо прижималась к нему своим обнаженным телом. Рано утром он попросил девушку уйти в свою комнату. Она долго просила разрешения остаться с ним, а еще упрашивала не уходить на эту войну, плакала, умоляла, пыталась шантажировать. Но он просто приказал ей оставить его. Обиженная Вереора накинула свой легкий халат и выскользнула из комнаты. А он еще долго сидел на постели, сознавая, что сделал этой ночью. Теперь он должен жениться на ней, Драгар не даст отказаться от своей дочери. Выбор сделан.

Утром за завтраком мать долго вглядывалась в его лицо, но молчала. Молчала и Вереора, которая только изредка всхлипывала, давая понять, как сильно она расстроена его отъездом. Потом Герберт собрался и уехал в казармы, где его уже ожидал отряд, готовый к походу.

Они двигались очень быстро, почти не останавливаясь на отдых. К концу второго дня их догнал гонец, который передал письмо матушки. Герберт прочитал его, нахмурился. «Дорогой сын, - писала мать, - случилась страшная трагедия. На нашего отца, когда он возвращался домой из дворца, напали разбойники и убили его. Это великая утрата для всех нас. Но ты не переживай, возвращаться домой не стоит. Я сама достойно похороню нашего любимого Лартена. А ты двигайся вперед. Помни – тебя ждет должность маршала, на тебя смотрит все наше королевство. Я горжусь тобой, сын».

Он сложил письмо, убрал во внутренний карман куртки. Возвращаться домой не стал.

На следующий день, когда до границы оставалось совсем немного, он приказал остановиться на небольшой привал, чтобы дать коням отдых. Внезапно к нему какой-то солдат привел Глорию, которая опять была в своем охотничьем костюме, пыльная, растрепанная. Когда она стала говорить, что его мать причастна к убийству отца, а также хотела убить ее, Герберт разозлился так, что готов был сам убить эту наглую девицу. Он поднялся и поклялся перед всеми и богами, что отказывается от брака с ней, приказал выгнать ее. Он слышал, как девушка кричала ему, когда ее уводили. С него хватит этой Глории – лживой и недалекой девицы. Его женой будет Вереора. Он приказал закончить привал и отправил отряд вперед на врага.

***

Отряд Герберта приближался к родному городу. Настроение у всех было приподнятое – они победили самого опасного врага. Только Герберт был хмур. Предстояло встретиться с родственниками погибших, помочь им. А еще предстоял разговор с матерью. Все равно слова Глории постоянно звенели у него в голове: «… в тот день, когда Вы с отрядом покинули замок, Лартон Дорнован был убит разбойниками, которых нанял Драгар. Эти же разбойники должны были убить меня в саду у замка. Я сама все это слышала. Прошу, поверьте мне…».

Когда он вернулся в замок, его встречали на крыльце. Высыпали все слуги. Мать стояла на верхней ступени. Рядом с ней стояла Вереора, которая кинулась к нему, как только он сошел с коня. Но она остановилась в двух шагах от него и сморщила носик:

- Фу, как от тебя пахнет. Но я все равно рада видеть тебя. Давай, принимай ванну, мы с твоей матушкой будем ждать в малой гостиной. Ты нам обязательно расскажешь о своих подвигах.

Герберт не показал виду, что ее реакция на его дорожный вид задела его. Матушка тоже не спешила обнимать его. Она только улыбнулась и кивнула, протягивая руку, давая ее поцеловать. На ней было черное платье и черная заколка в высокой прическе, которые должны были показывать, что она в трауре. Но лицо при этом оставалось совершенно спокойным.

Герберт принял ванну, переоделся в домашний костюм, потом спустился в малую гостиную. Здесь его ожидали мать, Вереора и ее отец, которые сидели в креслах у зажжённого камина. Он занял свободное кресло рядом с Вереорой, понимая, что поговорить с мамой на волнующую его тему сейчас не получится, но все равно решился задать главные вопросы.

- Матушка, расскажи, как погиб отец, нашли тех, кто убил его? – спросил Герберт.

- О! Сын, это было так страшно, - она поднесла платочек к своим совершенно сухим глазам. – Какие-то разбойники напали на него, когда наш дорогой Лартон возвращался домой от короля. Мы достойно похоронили его. Его завещание завтра тебе принесет его поверенный.

- Нашли убийц? – требовательно спросил Герберт.

- Да, их нашли сразу же и казнили на центральной площади, - подал голос Драгар. – Не переживай, они понесли наказание.

Весь его вид выражал снисхождение, словно разрешал неразумному ребенку немного пошалить в своем присутствии и давал понять, что Герберту лезть в это дело не обязательно. Он принял правила игры.

- Как получилось, что Глория уехала?

- А что ей делать в замке? – удивленно спросила мать. – Когда принесли убитого герцога, она повернулась и ушла к себе в комнату, даже не плакала. А потом ночью, как разбойница, уехала, даже записки не оставила. Ты лучше расскажи, как вы сражались с врагами. Говорят, что принц Анартен сам взял в плен короля Варгарии. Это правда?

- Да, правда, - кивнул Герберт и нахмурился. Опять ревность к его славе полоснула по душе. – Он нашел способ, как расправляться с исчадиями, которых враги пускали впереди себя, когда шли в бой. Маги взорвали их тропы в Белых горах. Остатки вражеской армии мы быстро разбили, так как никто к ним не пришел на помощь.

Они сидели долго. Мать пыталась расспрашивать его о войне, словно боялась касаться темы смерти отца и бегства Глории. Но как только Герберт начинал подробно рассказывать о войне, его перебивала Вереора, которая сидела рядом с ним в кресле, брала его за руку и начинала щебетать, как она скучала по нему, как она никогда больше не отпустит его на войну и вообще против того, чтобы он был военным. Когда они поженятся, то он должен оставить эту военную службу. Ей совершенно не были интересны его подвиги. Когда наконец эта пытка разговором, как казалось Герберту, подошла к концу, Драгар посмотрел на него пристально.