Мужчина с каким-то восхищением посмотрел на девушку.

- Знаешь, думаю, что ты послана мне нашим божественным Отцом.

На следующий день Нарт осторожно поднялся с постели, вышел в кухню, где Глория раскатывала тесто на пирог. Рукава своего платья она закатала, чтобы не испачкать. Нарт сел на скамейку у стола, смотрел, как она ловко управляется с тестом, потом нахмурился.

- Глория, скажи, что это за рисунок? – он указал на знак Селении, который сейчас был слабо виден на ее руке.

С каждым днем, после того как герцог отрекся от нее, знак светился все слабее и слабее. Сейчас он уже не светился, были просто тонкие белые линии, еще немного и совсем исчезнет.

Она отругала себя, быстро опустила рукав.

- Ничего, просто рисунок.

- Нет, погоди, - он перехватил ее руку, поднес к своему лицу, внимательно рассматривая рисунок. – Я видел такой же у герцога Дорнована. Почему у тебя такой же рисунок?

Глория не знала, что ответить Нарту, долго кусала губы.

- Расскажи, - попросил мужчина.

- А что сказал герцог?

- Ничего. Он отказался говорить об этом. Но я прошу тебя – расскажи. Я знаю предание о нареченных рода Дорнован. И я слышал, что…

- Да, - она не дала ему договорить. Лучше она сама расскажет правду, чем слушать то, что этому мужчине наговорили какие-то посторонние люди, - да, я нареченная герцога Герберта Дорнована. Почти два месяца назад у меня появился этот рисунок – знак Лунной богини. Меня привезли в замок Дорн, чтобы мы с Гербертом поженились. Но оказалось, что у него есть любимая девушка, которую уже все считали его будущей женой.

- Почему ты не стала бороться за свое счастье?

- Счастье? – она села на скамью, грустно усмехнулась, погладила пальцами рисунок, который истончался с каждым часом. – Счастье – это когда ты нужен другому человеку, когда тебя принимают таким, какой ты есть, когда тебя уважают или хотя бы стараются поговорить, чтобы узнать друг друга получше, а не избегают и не проводят все время со своей любовницей, не смотрят, как на что-то недостойное для себя, не стыдятся.

- Разве старый герцог не мог поговорить с сыном?

- Он говорил, - она опустила глаза, чтобы Нарт не увидел в них слезы, - но насильно мил не будешь. Господин Лартен был единственным, кто относится ко мне с теплотой.

- И ты решила уехать, - тихо проговорил Нарт.

- Да. Когда умер господин Лартон, я уехала, не хотела быть лишней и ненужной.

Глория не стала рассказывать этому малознакомому человеку истинную причину, почему она сбежала из замка.

- А что с вашим знаком? – он кивнул на руку.

- После того, как Герберт оказался от брака со мной, знак стал исчезать.

Больше к этому разговору они не возвращались.

С каждым днем Нарту становилось лучше. Он уже передвигался по дому и участку возле дома самостоятельно, помогал Глории по хозяйству, хотя она каждый раз ругала его. Нарт с удивлением рассматривал защиту дома, сам несколько раз проверял ее надежность. Он выходил за контур, отходил на двадцать шагов от невидимой черты, потом поворачивался и со смехом пытался найти дом. Глория стояла на крыльце и с улыбкой наблюдала, как мужчина пытается найти дом. Она сделала ему амулет, который помогал ему увидеть дом, чтобы в ее отсутствие он мог ходить в лес. Нарт пытался пойти с ней на охоту, но девушка категорически отказывалась его брать с собой. «Ты еще очень слаб, только помешаешь охоте, где надо быть тихим и быстрым. Не сердись, я с самого детства хожу на охоту», - с улыбкой отвечала Глория.

Война продолжалась, до дома часто доносился шум боев. Глория видела, как Нарт выходит на крыльцо и напряженно вслушивается в далекий шум, сжимая кулаки.

- Я должен вернуться, - сказал он на шестой день. – Благодаря твоим зельям я уже чувствую себя хорошо, готов к бою. Вот только где взять оружие?

Глория провела Нарта на чердак, где отец хранил свое оружие. Здесь были боевой арбалет, колчан со стрелами, меч в простых ножнах, метательные ножи с перевязью для них, кожаный доспех, одежда и крепкие сапоги, сшитые из кожи исчадий, которая была прочнее любого стального доспеха.

- Это оружие и одежда моего отца. Он был воином и был ранен на последней войне. Моя мама нашла его в лесу, выходила. Потом они поженились. Он остался здесь, стал егерем. Отец многому меня научил, в том числе стрелять и биться с мечом. Возьми все, что посчитаешь нужным. Обязательно возьми этот меч – он заговоренный от исчадий. И возьми мою Звездочку, пусть она послужит тебе. Она очень умная и знает все лесные дороги, сможет довести тебя туда, где ты нужен. Если все будет хорошо, просто потом отпусти ее, и она сама вернется домой.

На следующий день Нарт стал собираться. Глория понимала, что его не удержать дома, стала собрать ему в дорогу зелья, которые могли бы помочь при ранении. Мужчина облачился в кожаный доспех, который оказался ему чуть великоватым. Глория помогла затянуть ремни, подгоняя доспех по фигуре, любуясь его статью, силой. Ей так хотелось, чтобы он остался с ней навсегда, чтобы вечерами сидеть у печи и смотреть в огонь, чтобы он обнимал ее с нежностью, а она бы целовала его глаза, красивые губы. У них бы родились детишки, которых они бы воспитывали вместе. Но он за все эти дни ни разу не сказал, что она нравится ему, хотя часто замечала его задумчивые взгляды на себе. Поэтому все свои мечты она убирала так далеко, чтобы случайно не найти и не жить пустыми надеждами. Он из богатой семьи, а она дочь егеря и ведуньи, всю жизнь прожила в лесу, не умеет носить платья и кокетничать, но все равно робкая надежа жила в ее сердечке. Но мужчина собирался на войну.

- Я верю, что вы победите врагов, - сказала она на прощание, когда вышла провожать Нарта.

Звездочка, готовая к походу, терпеливо ждала своего нового седока. Нарт подошел к Глории, взял ее за плечи, посмотрел в глаза.

- Скажи, если мы еще раз встретимся, ты будешь рада видеть меня?

- Да, - она просто кивнула ему, не отводя взгляда от его синих, как небо глаз.

- И еще скажи, если герцог Дорнован найдет тебя и предложит стать его женой, ты согласишься?

- Нет, - ее голос был тверд. – Я не хочу быть женой человека, которому я не была нужна даже тогда, когда боги свели нас. А сейчас у меня даже не осталось знака, что когда-то мы были нареченными, - она подняла рукав своей рубашки, показывая чистую руку. От знака богини не осталось и следа. - И есть кое-что еще, почему я никогда не перешагну порог замка Дорн.

Нарт наклонился и осторожно поцеловал ее в губы.

- Дождись меня, - тихо сказал он.

- Я не могу дать тебе такого обещания, - ответила Глория. – Чувствую, что мне скоро придется уехать отсюда.

- Почему?

- Я не могу тебе об этом рассказать. Это тайна семьи Дорнован.

- Я услышал тебя. Спасибо за все. Но надеюсь, что мы еще обязательно встретимся.

Нарт подошел к Звездочке, погладил ее по морде, потом сел в седло.

- Я буду молить Лунную богиню, чтобы она хранила тебя, - сказала Глория. – Поезжай, не стоит задерживаться.

Нарт тронул поводья, и умная Звездочка направилась в сторону границы, где продолжалась война с варгарийцами. А Глория долго стояла на месте и смотрела им вслед. Потом она вернулась во вновь опустевший дом, села за кухонный стол, размышляя, когда ей следует уехать отсюда.

Девушка не стала рассказывать Нарту о том, что госпожа Миола убила своего мужа, а потом хотела убить ее только чтобы женить своего сына на Вереоре. Не рассказала, что в эту ночь ей приснилась Лунная богиня.

«Селения, почему ты не отвечала мне?» – спросила у нее Глория, когда богиня появилась перед ней.

«Я не могла вмешиваться в ваши отношения. Вы сами должны были решить свою судьбу. Мы – боги, только помогаем найти нареченных».

«Ты больше не будешь помогать мне»?

«Тебе буду. В тебе нет вины в том, что твой нареченный отказался от тебя. Но я больше никогда не буду слушать мольбы Герберта, он выбрал свой путь. А его мать заслуживает самой жестокой кары. Но я не буду вмешиваться в отношения семьи Дорнованов. Теперь они сами будут нести ответственность за свои решения и поступки. Рано или поздно каждый из них получит по заслугам».