В ответ мне была названа сумма в две тысячи долларов. Мои глаза расширились, ведь я не был готов услышать такое. За что, простите она вывалила такие бабки? Это было глупым решением, но тем не менее, она сама несет ответственность за этот случай. Вообще удивляюсь самому себе, ведь если бы я узнал о подобном раньше, до того, как решил измениться, то видит Бог я бы снова придушил эту бунтарку. Ладно, тема со шлюхой явно не приносит Джин удовольствия, поэтому я спокойно продолжаю разговор:

— Я так понимаю, пар у тебя больше нет.  Хочу вместе поехать домой.

Я был уверен в том, что хочу этого не только потому, что со стороны это пошло бы на пользу: заботливый сенатор забирает супругу из университета. Скоро истекут эти мучительные две недели, и к тому моменту я хочу, чтобы у нас с Джин все стало более-менее спокойно, а для этого нам нужно проводить больше времени вместе.

— Насчет машины не беспокойся, я не один, ее могут отогнать водители, — в голову тут же приходит идея, которую я в момент озвучиваю. — Да и мы можем заехать в кафе покушать…

Мы давно не сидели в кафе. Даже не помню было ли такое вообще, поэтому было бы не плохо, все-таки появиться вместе в публичном месте.

— Я не хочу ни в какое кафе! Тем более с тобой!

— А что ты хочешь? – Ретт остановился и обернулся ко мне.

С пару секунд мы смотрели друг на друга, а затем она прямо спросила:

— В какую игру ты играешь? Цветы, кафе, твое невозмутимое поведение, сговорчивость…  Это явно непросто так!

— Блядь, Джин! Тебе не нравится, когда я грубый, теперь ты не довольна, что я пытаюсь по-другому себя с тобой вести. Не ищи подвохов!

— Только не говори мне, что все это ради меня! В жизни никогда не поверю! Ты все и всегда делаешь так, чтобы для тебя любимого была выгода!

Женщины… Они, по-моему, никогда не знают, чего хотят в этой жизни. Моя Джинни не исключение. Она сама кричала о том, что я не интересуюсь ее мнением, ее желаниями, а стоит мне поинтересоваться, как она тут же видит в этом подвох. Да, он действительно есть, но неужели я настолько плохой актер, что не могу доказать ей, что это исключительно из добрых побуждений. Мол я осознал свою ошибку и вел себя как скотина по отношению к ней. Я действительно вел себя как скотина, а в какие-то моменты мне и правда стыдно, особенно за ситуацию на мосту. В любом случае люди могут меняться, так почему она не верит в мои изменения?

Остановившись около двери, она упрямо пыталась добиться истинной причины моего поведения. Я же в свою очередь, все еще держа жену за руку, уверенно отвечал на ее нападки. Я начинал злиться, ибо не понимал, в чем причина ее недовольства сейчас?! Все так как она хотела, что не так?!

— Да черт возьми, я не такое чудовище, каким ты меня считаешь! — я немного повысил голос, потому что ее упрямство начало выводить меня из себя.

Почему я должен оправдываться за то, что делаю? Так сложно просто принять это? Или нам лучше вернуться к тому, с чего все начиналось? Джин недоверчиво уставилась на меня и понятно почему. Честно сказать, я бы и сам себе не поверил, но в любом случае мне нужно было, что бы она мне поверила.

— В любом случае, сейчас не самое лучшее время и место, для выяснений, — я дал ей понять, что крики и обвинения друг друга может услышать любой студент либо преподаватель. Мне это хорошей славы не принесет. В данный момент, мы находились в общественном месте и выглядеть должны соответствующе влюбленной паре. Я не стал больше ничего ей объяснять, и не выпуская ее руки из своей, вышел из аудитории.

Мы шли под руку, я крепче сжал ее ладонь в своей, стараясь не выглядеть раздраженным. Меня знали многие, а Джин думаю большинство узнало благодаря статье, которая вышла после нашей свадьбы. Теперь она не была простой студенткой, она была женой сенатора, первой леди. Как пара, мы преодолевали путь от аудитории до выхода из университета, ловя косые взгляды некоторых студентов. Повернув голову чуть в бок, я увидел никого иного, как Дэвида. Этот мелкий ублюдок пялился на нас, а внутри меня в этот момент вскипела ревность. Джин была моей, но исключительно в физическом плане, зависела от меня материально, но душой она ведь до сих пор была с ним. Вновь глядя вперед, я еще сильнее сжал ладонь Джин в своей руке, ибо ощущал, как она ненароком пытается высвободиться, но нет, я не дам этому случиться. Я поднес ее ручку к своим губам и нежно коснулся ими ее кожи. Этот поцелуй был нежным, трепетным, но в тоже время демонстративным. Я надеялся, что все в этот момент поняли, что эта женщина только моя. Дэвид может засунуть свою голову в свою же задницу, ибо я не дам им больше быть вместе. Джин же надеюсь понимает, что ее малец не станет ждать ее пять лет, зная, что она каждый вечер отдается другому.

Стоило нам покинуть стены университета, как мы оказались у машины. Я повернулся к ней и, глядя в глаза сказал:

— Давай ключи, твою машину отгонит водитель домой, а мы пока что поедем покушаем. Я жутко голоден, — я вел себя так словно меня не волновал тот факт, что Джин собиралась чуть ли не отпрыгнуть от меня в тот момент, когда на нас глянул Дэвид, а ведь на самом деле внутри меня кипела ярость.

— Не нужно было этого делать…

Я прекрасно понял о чем она говорит, поэтому тот час же ответил:

— Если бы я этого не сделал, то ты бы вообще руку отдернула и сделала вид, что мы не знакомы.

— Твой жест был неуместен! Ты сделал это специально! — Все еще возмущалась она.

— Я всего лишь поцеловал руку своей жены, это преступление?! Ничего такого ужасного не произошло, не раздувай из мухи слона. Лучше дай ключи от своей машины…

Самое смешное, что мы до сих пор стояли, держась за руки и ни один из нас, пока что не торопился отпускать другого. Я сделал знак водителю и он подошел к нам.

— Отгони машину миссис Грейсон домой, — сказал я, отдавая ключи.

Как только водитель ушел, я открыл перед Джин дверь, забирая цветы.

— Садись.

— Ну прямо истинный джентльмен, — не сдержав сарказма сказала она.

— Стараюсь, — я лукаво улыбнулся.

Как обычно никто из нас не хотел быть проигравшим в очередной словесной баталии. Мне сложнее вдвойне, ведь я никогда никого не щадил, не поддавался, не принимал сторону поражения. Я всегда был первым, всегда был правым и оставался победителем в любом споре. Джин сама того не понимая, заставляет меня в какие-то моменты поумерить свой пыл. Мне очень тяжело, но она этого не понимает. Ладно, это была моя инициативна, но надеюсь все не будет напрасно.

Положив букет на заднее сидение машины, я сел за руль. Моя жена была явно не настроена на беседу. Интересно, это из-за того, что я продемонстрировал свою власть над ней при ее бывшем парне или есть другие причины? Судя по всему, нет. Ее всегда волнует исключительно он, стоит им очередной раз столкнуться где-то в университете. Господи, как же он меня бесит! Как бы сдержаться и не заставить его исчезнуть с лица земли!

— Завтра я еду на выходные к родителям без охраны, ты помнишь?

Внезапно нарушила тишину Джин, напоминая о тех самых выходных, которые я проведу один, но вот зато после…

— А ты помнишь, что по приезду, ты возвращаешься в нашу комнату? — последовал встречный вопрос из серии «Серпом по одному месту».

— В твою комнату. Да, прекрасно помню.

Я усмехнулся, стараясь сдержаться от того, чтобы очередной раз не высказать свое «фи», но я сдержался. Меня греет мысль о том, что по приезду, моя блондиночка будет стонать подо мной ночь напролет.

— Я тоже все помню, — говорю я, внимательно глядя на дорогу.

Внезапно повисшая тишина моментально грызла меня, а понимая, что Джин не станет сама заводить со мной разговор, я решаю сделать это сам.

— Где будет спать Дана? — мне было жутко интересно, собирается она по приезду тащить это создание в нашу постель или же мы приобретем ей что-то вроде ее собственной постели, где она не будет мешать нашим плотским утехам.

— Я беру ее с собой конечно же.