Когда я сказал Джин, что сегодня мы можем подписать исправленный контракт, ее глазки тут же панически забегали, а это означало лишь то, что она собирается делать то, что по контракту запрещено. На данный момент она вольна делать что хочет, поэтому я не стал настаивать, тем более что она прекрасно понимает всю серьезность ситуации. А я ведь лишаю ее возможности быть с парнем, которого она любит и могла бы стать его женой. Но если уж на то пошло, то мне абсолютно плевать. С завтрашнего дня вступит в силу наш контракт, а сегодня она вольна закончить свою старую жизнь, дабы в будущем не возникло ничего что вывело бы меня из себя и заставило бы применить наказание, которого она так боится.

Я дал ей понять, что я человек серьезный, что могу узнать все и обо всех. На самом деле я просто навел справки, а еще за ней несколько дней следил мой человек и докладывал обо всех похождениях, людях с которыми она общается и кому звонит. Она спросила не будет ли кого рядом с ней, когда она и этот пацан будут прощаться, я же заверил, что никого не будет. Это лишнее, мне все равно что она будет там с ним делать, о чем говорить, но итог должен быть один — он будет держаться от нее подальше, а она должна сделать для этого все возможное.

Она поднялась, я сделал тоже самое, а затем мы попрощались. Я смотрел ей в след, оценивающе, понимая, что скоро это тело будет моим. Она так молода, а это еще больше притягивает меня. Наша разница в 17 лет, я спокойно мог бы быть ее отцом. Но я не ее отец, я мужчина, который будет овладевать ее молодым телом каждую ночь, ибо она сама потребовала моей верности, так вот и сама за это будет расплачиваться. Оставив деньги за заказ, я вышел из ресторана и поехал на работу. В офисе мы с адвокатом подкорректировали контракт и распечатали его в двух экземплярах.

На следующий день я был еще в лучшем настроении, нежели вчера, поэтому я одел светлый костюм, пусть и на улице слякоть, но мне хотелось выглядеть как-то по- особенному. Я позвонил Джин и назначил ей встречу в своем офисе. Я предупредил свою секретаршу о том, что Джин Эванс придет ко мне и она должна тотчас же пропустить ее ко мне. Джин пришла в назначенное время.

— Здравствуй, — сказал я, поднимаясь со стула, приветствуя Джинни. — Присаживайся.

Я указал ей на стул напротив моего стола, а затем направился к стеллажу, в котором лежал исправленный контракт. Я достал его и положил его перед малышкой Эванс. Она еще раз пробежала по нему глазами, когда она поняла, что теперь все условия ее устраивают, она посмотрела на меня. Я достал из кармана ручку и протянул ее девушке. Джин поставила свою подпись на двух экземплярах, так же поступил и я. Затем я сел напротив нее и уверенно произнес:

— Ты сделала правильный выбор. Теперь твоя семья в безопасности, — я поднял телефон и набрал нужный номер. — Обеспечь семье Эвансов выплату долга, полную безопасность, узнай все, что им нужно и перечисли на счет обговоренную сумму. А и еще, оплати учебу его средней дочери. Да, дай им все, что будет нужно.

Я положил трубку и вновь посмотрел на Джин. Она явно расстроена, а уголки ее глаз отдают алым оттенком. Держу пари, вчерашнее расставание с Дэвидом прошло болезненно. Ничего, переживешь.

— Какую свадьбу ты хочешь? Она будет через неделю, точную дату назначим позже. Список гостей от своей стороны составишь сама. С моей стороны будут только родные и несколько влиятельных коллег. Ты хочешь заниматься вообще свадьбой? У меня нет времени, поэтому можем нанять человека, который всем этим займется. Сразу после свадьбы ты переезжаешь ко мне.

Я на какое-то время замолчал, а затем добавил:

— Напоминаю, контракт вступил в силу, как только ты поставила свою подпись…, — во избежание недоразумений, я решил напомнить девушке, что теперь она моя собственность и она не имеет права на многое, а если оступится, то это может весьма болезненно отразиться на ней. Ну что ж, куколка, добро пожаловать в новую жизнь.

— Знаю. Я внимательно читала его.

Судорожно облизнув губы, она посмотрела на меня.

— Если честно у меня нет ни малейшего желания заниматься свадьбой. Найми кого-нибудь и делу с концом. Насчет гостей…, — она задумалась. — Будет моя семья, только самые близкие родственники и друзья.

— Значит мы делаем скромную свадьбу.

— Не думаю, что это возможно для сенатора Финикса, — заметила она. — Однако да, гостей будет немного.

— Скромная в плане количестве приглашенных…, — протянул я.

Девушка согласно кивнула.

Мы с Джинни стали обсуждать свадьбу, которая будет через неделю. Я не хочу тянуть, но также я прекрасно понимаю, что секса от нее быстрее я добьюсь, будучи ее мужем. Я не привык ждать, а теперь, когда у меня есть личная рабыня, которая будет исполнять все мои прихоти, мне нет смысла добиваться ее, переживать вместе с ней конфетно-букетный период. Мы с ней перейдем сразу к делу. Я дам ей до свадьбы недельку, что бы она привыкла к моему присутствию, а затем, в первую брачную ночь получу то, что должен получить муж. Придя к выводу, что наша свадьба будет скромна на количество приглашенных, я собрался было спросить ее еще что-то, но когда к нам в кабинет зашел Чарльз, я спокойно убрал со стола контракт и положил его в полку.

— А твои манеры как обычно оставляют желать лучшего, — язвительно выразился я, вставая со своего места и подходя к мужчине.

Чарльз Стрейт один из конгрессменов. Я жутко не перевариваю его, однако должен с ним контактировать, причем на хорошем уровне, ибо он неоднократно пытался пустить про меня грязные слухи, способные испортить мою репутацию и погубить карьеру.

— Поздно воспитанием заниматься.

Это точно. А что это за милая девушка? Новая секретарша? — спросил он, глядя на Джинни.

— Нет, Чак, это моя невеста., — я беру ее аккуратно за руку и притягиваю к себе, властно обнимая за талию, показывая всем своим видом, что это моя территория. – Джинни, это Чарльз Стрейт, конгрессмен и коллега.

Затем я обратился к мужчине:

– Это будущая Джин Грейсон.

Чак подошел к моей девочке и взяв ее за руку, коснулся своими мерзкими губами ее ручки. Я же натянуто улыбнулся, а затем спросил у него:

— Какими судьбами? — я не желал с ним беседовать в свое личное время, вне времени отведенного на решение политических вопросов.

— Да я так мимо проезжал, а теперь познакомившись с твоей невестой, я приглашаю вас завтра на ужин. Мы с моей женой отмечаем покупку нового дома в ресторане, и я хочу, чтобы вы присоединились к нам.

Я не успел ему ничего ответить, как у него зазвонил телефон и он отошел к выходу из кабинета, но не покидал его.

— Детка, этот чмошник постоянно ставит мне палки в колеса. Мне необходимо, чтобы каждый раз, когда он где-то рядом, ты вела себя так, что бы он искренне верил в нашу любовь, — я шептал ей это на ушко, не сводя взгляда с Чака, тогда как мои руки сильнее прижимали ангела по имени Джинни. – Сейчас он закончит пиздеть и подойдет обратно к нам. Спокойно улыбнись ему и скажи, что мы обязательно придем вечером к ним.

Чак положил телефон в карман и как только он повернулся к нам, я медленно коснулся губами виска своей невесты. Мы начали играть роль, сейчас самое время показать ей насколько она готова хорошо играть ради своей семьи. Я выполнил уже свою часть сделки, теперь дело за ней. Мне катастрофически нельзя облажаться, ибо именно он разводил много левых сплетен после того как моя бывшая жена изменила мне с девушкой. Я не могу доказать это, ибо не ловил его за руку, но я точно знаю, что это его рук дело. Копать под него у меня нет желания, так как максимум что он может так это разводить сплетни, не более того. Я найду способ заткнуть его, нужно только время и желание, но сейчас я больше хочу заняться своей свадьбой.

Джин

Собираясь встретиться с Дэвидом, я придумала огромное количество самых разнообразных речей, но оказавшись перед дверь его квартиры, из головы они все вылетели. Как я могу расстаться с ним? Я ведь люблю его, мы столько пережили вместе, он тоже любит меня, я думала мы будем вместе всегда! Как я могу принести ему такую боль? Он не поймет… я бы не поняла. Находясь в замешательстве, я позвонила в дверь и когда увидела любимое лицо, мне захотелось разрыдаться. Наш разговор прошел ужасно. Сначала Дэвид был просто в шоке, затем кричал на меня, позже умолял не разрушать все. Он явно не понимал почему я так поступаю, ведь до этого у нас все было совершенно нормально. Не знаю, как я выдержала, не проронив в его присутствии ни единой слезинки, но, когда я села в такси, тут я дала волю эмоциям, благо водитель сделал вид, что ничего не видит. Уже дома я прорыдала часа полтора, обнимая подушку и спрятавшись под одеяло. Немного придя в себя, я заварила чаю с ромашкой, накапала туда успокоительного и легла спать.