— РЕТТ, СУКА, РЕЕТТ! — меня трясло от ярости и гнева, который она пробудила во мне.
Какой надо быть тупой, чтобы, зная меня, сказать такую хуйню?! У меня был выбор, надавать ей по лицу, так чтобы она, наконец, запомнила мое имя или же вдолбить ей его другим, надеюсь не менее действенным способом. Блять, до меня только сейчас дошло, что ее активность связана лишь с тем, что она там нафантазировала себе этого ублюдка! Вновь сильно стиснув зубы, я беру Джин за шею, немного сдавив и заставляя смотреть на себя, начинаю яростно и резко вгонять в нее свой агрегат. Мои движения беспощадны и резки, а проникновение члена происходит фактически с разгона.
— Ретт! — наигранная и фальшивая улыбка на доли секунд появляется на моем лице, а затем ее вновь сменяет ярость.
Я все еще грубо держу ее за шею, но не настолько сильно, что бы девушке не хватало воздуха. Скорее это для того, чтобы у нее не было возможности отвернуться. Я продолжал яростно драть ее, чувствуя, как меня разрывает от гнева. Я мог бы конечно сейчас несколько раз ударить ее, но лучше я сделаю по-другому — заставлю произносить мое имя. Я не ощущаю ни усталости, ни боли в коленях. Мы смотрели друг другу в глаза. Я с яростью, а Джин видимо с опаской. А нехуй было творить такой хуйни! Она прекрасно меня знает, так какого хуя она позволяет себе такое? Я ощущаю, как она приближается к пику действа, но хуй я дам тебе кончить! Я двигаюсь быстро и беспощадно, долбя ее что есть силы, а их откуда не возьмись, ох как много. Одной рукой я держу ее за плечо, помогая себе насаживать жену на свой ствол, другой продолжаю держать ее за горло, не давая отвернуться. В какой-то момент мои действия отзываются в теле супруги и та, приоткрывает рот, видимо готовясь простонать, но нет же. Я останавливаюсь, а мои глаза, наполненные яростью, уверенно и надменно смотрят на нее. А ты думала я так просто дам тебе кончить после такого?
— РЕТТ! — яростно сквозь зубы говорю я. — Ты не кончишь, пока не скажешь этого…
Последние слова были произнесены холодным и тихим голосом.
Затем я вновь начинаю наращивать темп движений, трахая Джин с особым старанием. Я заставлю ее это сказать, чего бы мне это не стоило. Я буду трахать ее всю ночь, если понадобится и больше, но она не вылезет из-под меня пока не произнесет МОЕ чертово имя! Убираю руку от ее горла и обеими руками хватаюсь за плечи блондинки, а затем долблю ее, руками насаживая на свой член. Ты скажешь, Джин, скажешь все, что я захочу. Чем больше я женат на Джин, тем больше я ненавижу этого молокососа Дэвида. Да, я собираюсь приложить все усилия, чтобы этот ублюдок покинул страну. Будь-то по его желанию или по принуждению, но он не будет больше мелькать в мыслях Джин. Если надо будет, я убью его, лишь бы это помогло. На войне все средства хороши. Ритмичная долбежка продолжается, тогда как моя жена вновь открывает свой рот, а это символизирует удовольствие. Я от своих слов не отказываюсь. На пару мгновений я двигаюсь как можно быстрее, приближая Джин к оргазму, а затем вновь останавливаюсь и меня очередной раз распирает от ярости.
— Как меня зовут, сука?! — ору я во все горло, глядя в глаза жене.
Наказание было в данный момент не в том даже, что она кончить не может, а в том, что от меня зависит ее ощущения. От меня целиком зависит жизнь, пусть даже в такой момент она об этом не думает, но так оно и есть.
— Ретт, — тихо произнесла она.
— Что? Я не понял вообще, что ты сказала, — моя интонация требовала повторения, и я не начинал двигаться, пока она не произнесет мое имя вновь, только уже более разборчиво.
Что-то другое имя произнести громче, ей не мешало ничего, так вот пусть уж постарается, раз ей так важно разрядить организм.
— Ретт, —– к моему огромному удивлению, она не начала сопротивляться, а тут же произнесла все, что я хотел слышать.
При этом она сама начала двигаться, стараясь ощутить движения моего члена внутри себя. Это не было громче, но это было так сексуально, что я ощутил приятный прилив тепла где-то внизу живота. Я не ожидал что она скажет это ТАК. Ярость притупилась, на смену ей пришло желание, которое присутствовало всегда. Я опустился на нее и начал медленно двигаться, постепенно наращивая темп. Мои губы прошлись по ее шее, а затем я потребовал еще…
— Еще…
Одной рукой я придерживал ее за плечо, так чтобы тело моей жены было зафиксировано и позволяло мне делать ей приятно. Другой же рукой, я лапал ее задницу, то сдвигая, то раздвигая упругие ягодицы. Мои действия полностью удовлетворяли женщину, лежащую подо мной. Она запрокинула голову и, закрыв глаза, стала постанывать от удовольствия. Я ее удовлетворяю, а вот она меня не до конца…
— Говори, черт возьми! — чуть более яростно потребовал я, цепляясь в ее плечо и начав сильнее драть свою непокорную жену.
Я стал двигаться быстрее, вжимаясь в свою блондинку, удовлетворяя ее так, как того хотим мы оба. Я сам завелся не на шутку, а возбуждающее тяжелое дыхание Джин мне на ухо, лишь усиливало этот эффект.
— Ретт..., — уже чуть более громко произнесла она, чем заставила меня напрочь забыть о ярости.
— Да, детка! Запомни это! — мои движения уже были беспощадно-быстрыми и мощными.
Я так быстро двигался в ней, что уже через пару минут, Джин стала громко и сексуально стонать подо мной. Я не прекращая трахать ее, быстро потянул за край галстука высвобождая руки Джинни. К моему удивлению, она тут же переместила их на мою спину, ногтями врезаясь в кожу. Мои брови взметнулись вверх, а рот слегка приоткрылся от боли. Моментально на губах появилась довольная улыбка, а затем я вновь продолжил целовать шею своей жены. Я обжигал ее своим дыханием, сильно обнимая, делая неподвижным ее тело, тогда как от нашего секса сотрясалась кровать, которая до этого момента казалась мне весьма устойчивой. Я продолжал неистово драть Джинни, а затем ощутил, как она вцепилась зубами в мое плечо. Мне было больно и вместе с тем, жутко кайфово. Она причиняла мне боль, но это была сладкая боль. Кажется, у меня имеются мазохистские наклонности. Я взял ее за плечи, а затем стал долбить ее так сильно, как только мог. Эта беспощадная долбежка была настолько сильной, что спустя пару минут Джин громко застонала, сильно царапая мне спину. Я членом чувствовал, как ритмично сокращаются мышцы влагалища, то сильнее, то слабее обхватывая мой член. Я сдерживался, как мог, чтобы не кончить. Ведь я не хочу так быстро завершать этот марафон. Впереди у меня еще планы. Но в ней было так хорошо, что это было очень проблематично. Когда Джин, наконец, кончила, а ощущения поутихли, я быстро встал с кровати и пошел на кухню. Там было прохладнее, что немного остудило мой пыл и позволило мне растянуть удовольствие. Я налил стакан виски, а затем взял смазку. Всем известно для чего она нужна в таких ситуациях.
Войдя в комнату, я сделал пару глотков алкоголя, а затем поставил его на тумбочке около своей жены. Она удивленно смотрела на меня, а затем опустив взгляд увидела, что у меня все еще стоит колом. Думаю, в этот момент она должна была все понять. Одеться она не успела, единственное, что позволило ей время, так это немного прийти в себя, а затем прикрыться простыней.
— Без нее тебе лучше, — сказал я и стягивая простынь, откидывая ее куда-то на пол.
Тюбик у меня в руке, и я лег позади своей жены. Поглаживаю одной рукой ее спину спускаюсь ниже, сжимая задницу. Я оставляю мокрые следы от поцелуев на ее позвоночнике и шейке. Прижимаюсь чуть сильнее к обнаженному и сексуальному телу своей блондинки, я тяжело дышу, а затем начинаю возбуждать ее поцелуями около ушка, периодически покусывая за его мочку. В какой-то момент, я обхватываю ее за живот и поднимаю, заставляя ее стать на четвереньки. Интересно, она догадывается куда я хочу ее трахнуть теперь? Я налегаю сверху, продолжая целовать позвоночник, а затем выпрямляюсь и открыв смазку наношу ее на большой палец. Я немного растираю ее по двум пальцам, а затем наношу на анальное отверстие своей жены. Параллельно я немного выдавливаю себе на член и свободной рукой тут же размазываю по стволу, увлажняя его. Наверное, только в этот момент Джин понимает, что конкретно ее сейчас ждет, поэтому пытается перевернуться и испуганно произносит:
