— Ну, пошли, красавчик! — голос звучал ласково и твердо.

Рита смотрела вслед, пока они не скрылись между деревьями. Зевс гордо задирал морду, баба Зина что-то ему говорила, пес в ответ вилял хвостом.

И тут вдалеке, в кустах орешника, Рита заметила движение — там была белоснежная кобыла, махнула блестящим хвостом, растворилась в листве. Рита потрясла головой. "Переутомление. Зрение барахлит. Какие лошади в их лесу?". В груди неприятно потянуло, забирая крохи утренней бодрости.

Обход и обработка хвостиков заняла почти час, потому что Рита то и дело прислонялась лбом к прохладным сеткам вольеров, переводя дыхание. Разнося миски, она слышала из-за забора обрывки фраз: "…а вот тут, гляди, брусника была, покуда не поповырывали нехристи дурные…", "…ты не тяни, постой, я тебе не упряжка…", "…ух ты ж мой золотой, ты ж мой разбойник…" Последнее — совсем тихо, но утренний ветер разносил звуки так же ответственно, как опилки.

Было решено скрывать от Клеопатры свое состояние, к гадалке не ходи — богиня запретит лечить сегодня. Этого допустить нельзя.

Когда баба Зина с псом вернулись, Рита заметила на его ошейнике обновку: маленькую подвеску-косточку, латунную, блестящую. С гравировкой.

— Это что такое? — она невинно хлопала глазами.

— А, это… — баба Зина махнула рукой с грандиозной небрежностью. — Адресник. В интернетах пишут: если о собаке заботишься — вешай адресник. Мало ли, потеряется. Я и заказала. Через внучку.

Рита повернула косточку. На обороте значился телефон и адрес.

— Тут ваш адрес, баб Зин.

— Ну а чей же? — соседка глядела в сторону, уши у нее были свекольного цвета. — Свой-то я наизусть помню, диктовать сподручнее. А переделывать — это ж деньги. Да и чего переделывать. Соседи ведь. Один двор, считай.

— Конечно, — покивала Рита. — Один двор. Логично.

Баба Зина ушла, дважды оглянувшись на вольер. Зевс смотрел ей вслед, не мигая, и хвост его работал, как веник, в самый пыльный день.

— Меня умиляет эта парочка, — Клеопатра уже перестала обижаться на утренний недостаток внимания и жмурилась на утреннем солнце, растянувшись на перилах крыльца. — Честно, не знаю, чего хочу больше: чтобы она уже решилась и забрала его — или чтобы это неловкое ухаживание длилось вечно. Это лучше сериала про больницу, который ты смотрела зимой.

— Она созреет.

— Она уже созрела. Адресник — это, по-вашему, что? Это кольцо, смертная. Она сделала ему предложение. Осталось выбрать дату.

Рита сфотографировала косточку-адресник и отправила Лере. Ответ пришел незамедлительно:

"ЭТО ПОМОЛВКА. Я ПЛАЧУ НА ПРАКТИКЕ, НАШ ДОКТОР "УЧУ ВЕРЧУ ОБМАНУТЬ ХОЧУ", ДУМАЕТ ЭТО ИЗ-ЗА ЕГО ИСТОРИЙ. "

Убедившись, что никто не видит, Рита быстро вылечила отит Мусе. Легкое прикосновение с лечением простейшей болячки давалось с трудом — ладони неприятно покалывало, словно через них пропускали слабый ток, а в груди образовался тяжелый, холодный вакуум.

Клеопатра достойно делала вид, что ей все равно на происходящее во дворе, она видела активность Хэппи и старательно "не ревновала". Девушка была этому рада, значит кошка не замечает и ее состояние.

Пока Рита сама не приблизилась к вольеру, у сетки которого уже терся ласковый и певучий Хэппи.

— Хэппи, это же счастье на полумирном? Как бы счастливчик? — спросила кошка, возникнув у колена Риты, когда девушка присела поиграть с Хэппи у сетки, перед лечением.

— Что, прости?

— Хэппи, эта кличка, означает счастливчик?

— Ну… да. Только что значит "полумирном"? У стран, говорящих на этом языке мир всегда…

— Но на их языке ведь говорит пол мира? — раздраженно перебила абиссинка, — Не такой уж он счастливчик, раз жизнь наградила его такой болячкой.

— Жизнь наградила его встречей со мной — парировала Рита.

Она сосредоточилась на своем желании излечить рыжего кота, но в этот раз свет пошел неохотно, тонкой, едва заметной струйкой. Ей пришлось буквально выжимать из себя эту силу, отчего перед глазами на мгновение поплыли серые круги.

— Если станет плохо, если слабость, отдохни, ладно? — голос Клеопатры был беспокойным. Рита растрогалась.

— Спасибо тебе за все, Клео. Я тоже своего рода Хэппи, ведь я встретила тебя. Ты дала мне смысл жизни и силу, способную этот смысл вывезти.

— Если бы ты меня тогда не спасла, то не знаю, когда и где я бы вновь возродилась. Так что мы все своего рода счастливчики. А ему намного лучше, ты делаешь успехи, смертная. Но будь бережна к себе.

Днем пришлось отвлечься от настроя "Работа, работа, и еще раз работа".

Приехали за Армагеддоном.

Крупный, белоснежный, пушистый, как облако в хорошую погоду, кот, должен был уехать в день открытых дверей — но у будущих хозяев попала в больницу дочка, семья попросила придержать кота: "Хотим, чтобы он въезжал в дом при полном составе. Это же член семьи, как без всех-то".

Сегодня приехали втроем — родители и бледненькая, но сияющая девочка лет десяти, — с новенькой переноской и, что тронуло Риту, пакетом лекарств из того самого списка, что висел в аккаунте приюта.

— А почему его так зовут? — спросила девочка, когда белое облако уже урчало у нее на руках. — Он же добрый!

— О-о, — улыбнулась Рита. — Это имя он заслужил. Он украл резиновую косточку у терьера, который в тот момент был в соседнем вольере.

— И разве это конец света? — подключился отец семейства.

— Этим то не закончилось. Разгрыз игрушку, которую неделями не могла разгрызть собака, съел половину, но к счастью, кусочками, — Рита поморщилась, вспоминая тот ужасный, и, конечно, дорогой, период. — Устроил конец света в своем животе, а заодно и моей нервной системе. Буквально в первый день попадания сюда. Пришлось выпаивать вазелиновым маслом, возить на рентген, отпаивать барием для последующих рентгенов, инспектировать… кхм… результаты его стараний. К счастью, элементы игрушки вышли сами. Обошлись без операции. С того момента все кошки имеют доступ к игрушкам из искусственного материала только под присмотром.

Новые хозяева улыбнулись.

— Оставим, так — сказал мужчина. — Для белого пушистика с глазами цвета неба это забавно. Похож на ангела, а сам — Армагеддон.

Кот отправился в новую семью на серебристой шкоде, а Рита осталась стоять посреди улицы. Дошла до калитки и увидела, что на заборе сидит Клеопатра и внимательно наблюдает за уезжающей машиной.

— Еще один уехал, — вздохнула девушка.

— Еще один теперь домашний, — поправила Клеопатра. — Не грусти. Это же хорошо. Да и не люблю я этих сине или голубоглазых. Туда его. Кстати, дом не помешал бы и Хэппи.

Рита не успела она дойти до крыльца, как телефон ожил. В последнее время оповещения пугали.

Это было сообщение в чате СНТ Ромашково. Алевтина Генриховна не любила, когда о ней забывали.

Рита открыла чат и прочитала:

"Товарищи! Я создала сайт о незаконном приюте в нашем СНТ! Прошу зайти и проявить ответственную активность. В приюте держат сотню животных, половина из них собаки! Владелица мучает бедных зверушек! Они шумят и мешают спать нам всем. Надо что-то делать!"

Рита перешла на сайт одностраничник, нажимая на ссылку дрожащими руками пенсионерки:

"НЕЗАКОННЫЙ ПРИЮТ В СНТ РОМАШКОВО".

С сайта на читателя смотрели чужие страшные фотографии чужих грязных вольеров, а текст сообщал:

"На участке незаконно содержится около ста животных, половина — собаки, условия чудовищные, животные страдают, санитарные нормы попраны, требуем принять меры, распространите максимально."

Рита смотрела на верстку. На аккуратные якорные ссылки. На кнопку "Поделиться", заботливо выведенную в шапку.

Пенсионерка с блокнотиком могла написать жалобу. Но пенсионерка с блокнотиком не могла сверстать лендинг с адаптивной версией.