А выспаться требовалось обязательно. Я почему-то был абсолютно уверен, что в той системе, куда мы сейчас летели, нас точно ждут, и ждут отнюдь не с цветами…

Гарти разбудил меня прямо посреди «ночи». Солнца на корабле, понятное дело, не было, но судя по корабельному времени, я проспал всего два часа.

«В чём дело? Чего у нас нехорошего?» — протёр я глаза и смачно зевнул.

«Тревога низкого уровня, кэп, — сообщил подселенец. — Прямой опасности нет, но, похоже, к нам в двери кто-то скребётся. Я подумал, это может быть важным».

«Тогда тихо. Дай, я тоже послушаю…»

За дверью, действительно, кто-то тёрся. В смысле, тихонечко трогал ручку, замок, но никак не решался попросту постучать. И дверь эта была не входная, а та, что между каютами.

Мысленно ухмыльнувшись, я поднялся с кровати и подошёл к двери.

«Код: шесть четыре двенадцать шестьдесят три», — подсказал Гарти.

Замок тихо щёлкнул, створка приотворилась. Я распахнул её настежь.

За дверью обнаружилась Молли («Ну, кто мог такое подумать? Три раза ха-ха»), в полупрозрачной ночнушке, с совершенно испуганными глазами.

— Реш! Я боюсь, — выдохнула она одним махом.

— Чего?

— Я вообще не могу заснуть. Как только глаза закрою, так сразу же представляю этого мерзкого червяка. Мне кажется, что он уже рядом, за переборкой. И стоит мне чуть задремать, как он просочится в каюту и… ну, в общем, ты понимаешь.

Я негромко вздохнул:

— Понятно. Боишься спать в одиночку?

Девушка радостно закивала.

— Ну, тогда заходи, — отшагнул я в сторону и кивнул на кровать.

Молли тут же запрыгнула на неё и укуталась одеялом по самую маковку.

Для двоих там места было достаточно. Но именно, что достаточно, а вовсе не дофига, как в наши прошлые ночи в гостиничном люксе и в особняке корпорации «Тахо». Так что «всего лишь» спать, а не трахаться, эта кровать, пусть и с меньшим комфортом, вполне себе позволяла.

Однако и против секса я сейчас тоже не возражал. Усталость усталостью, но если организм полагает, что ему это нужно, то почему бы и нет. Хорошая встряска ещё никому никогда не мешала. Скорее, наоборот. И если нам завтра и вправду придётся драться с очередными врагами, то для меня лично это станет ещё одним стимулом, чтоб победить, а не сдохнуть.

В прогнозах я не ошибся.

Едва я тоже улёгся и «отобрал» у соседки часть одеяла, как она сразу прильнула ко мне и обхватила руками. Её тело дрожало, словно в падучей, то ли от предвкушения близости, то ли она, в самом деле, ещё не оправилась от кошмаров, что не давали ей спать, и теперь жаждала утешения и участия.

Перейти к «делу» мы не успели.

В дверь, что вела в центральный отсек, неожиданно замолотили снаружи.

— Не надо! Не открывай! — Молли вцепилась в меня мёртвой хваткой и истерически всхлипнула.

Честно сказать, я впервые видел её в таком состоянии. Но как его можно купировать, в принципе, знал. Поэтому просто прижал её к себе близко-близко и впился ей в губы томительным поцелуем.

«Радикальное» средство подействовало.

Где-то секунд через пять, через шесть моя пассия начала потихонечку успокаиваться.

— Всё хорошо, всё нормально, — прошептал я ей на́ ухо. — Я с тобой, и тварей здесь нет. А если б и были, уж в дверь они точно бы не стучали. Ага?

— Ага, — еле слышно ответила Молли, и пальцы её, наконец-то, расслабились.

— Всё в порядке. Я быстро, — соскользнул я с кровати, подошёл к двери, взглянул на экран следящего монитора и обречённо вздохнул. Две женщины с абсолютно одинаковыми «симптомами» — это вовсе не то, о чём я мечтал, когда пару часов назад укладывался в постельку, собираясь спокойно поспать…

— Реш! Я одна не могу. Мне страшно! — стоящую на пороге Таиру буквально трясло от какого-то совершенно иррационального страха. Одета она была в такую же, как у Молли, ночнушку. Глаза, как два пятка. Волосы живописно растрёпаны… Последнее, впрочем, неудивительно — другими я их никогда и не видел.

— Всё хорошо. Всё нормально. Никаких тварей здесь нет, — повторил я всё то же самое и по уже опробованному алгоритму притянул Таиру к себе. Затем дождался, когда она более-менее успокоится, и завёл её внутрь. — Располагайся. Чувствуй себя, как дома.

Увидев выглядывающую из-под моего одеяла Молли, Таира негромко ойкнула, затем покраснела, как рак, но всё же взяла себя в руки и, ничтоже сумняшеся, забра́лась туда же — плюхнулась на единственную в помещении койку.

Увы, но хозяину, то бишь, мне места в моей же кровати уже не осталось.

— Ты куда⁈ — испуганно вскрикнули обе дамы, когда я шагнул к две́ри в другую каюту.

— Куда-куда… За одеялом с подушкой. Не голым же мне на полу тут спать, ёпсель-мопсель…

Проснулся я без всякой подачи со стороны подселенца.

Просто открыл глаза и понял: пора просыпаться.

Спать в «тесных» походных условиях оказалось не так уж и неудобно, как думалось. Усталости больше не чувствовалось, разбитости — тоже, руки-ноги не затекли, спина не болела… Жаль, койка в каюте оказалась пуста и аккуратно застелена. Обе ночные прелестницы, пока их кавалер бессовестно дрых на полу, смылись оттуда, даже не попрощавшись. Экие они, право! Пусть хоть одна бы осталась… Чтобы, как минимум, спасибо сказать единственному на яхте мужчине за спасение от хтонического ужаса, навалившегося на несчастных посреди космической ночи. Ну, а как максимум… Как максимум, да — одним лишь «спасибо» они бы от меня не отделались. Факт!..

Таиру и Молли я обнаружил в центральном отсеке, в той зоне, где раньше располагался «танцпол», а теперь она, к моему удивлению, превратилась в подобие «ринга для рукопашки». Две моих спутницы, облачённые в обтягивающие трико, защитные перчатки и шлемы, находились внутри и почём зря лупили друг друга. Я аж залюбовался. А чтобы сполна насладиться внезапно открывшимся зрелищем, развернул к «рингу» одно из кресел и уселся в него с бокалом в руке.

Схватка закончилась примерно через минуту победой Молли. Удачной подсечкой она опрокинула партнёршу по спаррингу на ковёр и взяла её на болевой. Вырваться из захвата Таире не удалось. Спустя пять секунд она застучала ладонью по полу, признавая своё поражение.

Отставив бокал, я поднялся из кресла и сдержанно поаплодировал:

— Сударыни, я восхищён! Даже не думал, что вы на такое способны.

Молли негромко хмыкнула, скинула с себя шлем и перчатки, помогла Таире подняться, и они обе направились в мою сторону.

— Долго спишь, дорогой, — заявила бывшая узница, подкатив к моему креслу ещё одно и усевшись в него «нога на́ ногу».

— Мы уже час тебя ждём. Запарились — жесть, — сообщила сеньорита Мартинес, проделав то же самое, что и подруга.

— Виноват, — поднял я ладони. — Сон просто снился хороший. Хотел досмотреть.

— И что там в этом сне было? — осведомилась с подозрением Молли.

— Не что, а кто.

— Даже так?

— Ага. Там были вы обе. Ох, что вы там вытворяли… — закатил я глаза. — Уверен, теперь вам должно быть стыдно.

— Шут, — пробурчала Молли.

— А что мы там вытворяли? — заинтересовалась Таира. — Нет, в самом деле. Должна же я знать, чего мне стыдиться. Ну, типа, на будущее. А то ведь мало ли что? Вдруг я снова приснюсь, надо тогда подготовиться.

Лицо у неё при этом было настолько невинное, что я не выдержал и рассмеялся:

— Ну, хорошо, хорошо. Признаю́. Шутка была неудачная, — и тут же спросил. — Как, кстати, настроение после ночи? Кошмары больше не мучают?

Дамы смущённо переглянулись и опустили глаза. Похоже, что стыдно им всё-таки стало. Но только не за меня и мои дурацкие сны, а за свои глупые страхи и ещё более глупое поведение.

— Ну, вот и отлично, — сделал я вид, что не понял. — Итак, какие у нас на сегодня планы? Кого будем побеждать?

— Всех, — ответила Молли.

— До выхода в 3d-пространство три часа тридцать восемь минут, — сказала Таира. — Считаю, нам сейчас надо по-быстрому переодеться, перекусить и идти готовиться к бою.