— Ну, конечно же, помню, дорогой мой Диего. И, кстати, можете не шифроваться. Говорите свободно. Этот канал защищается так же серьёзно, как линия связи между лордом-правителем и начальником Генерального штаба.

— Я понял, господин Бруно. Свободно, значит, свободно. В прошлый раз я назвал Зетте имя: Клаус Месснер, глава филиала «Голдчейн техникверке» на Уре. А сутки назад эта дама во всей красе проявила себя в моей собственной вотчине на «Копях Тарола»…

— В казино «Доктор Кэш», на планетоиде номер девять? — усмехнулся невидимый собеседник.

— Вы уже в курсе?

— Шила в мешке не утаишь, дорогой дон Диего. Об этом уже вовсю судачат в сети, в её закрытом сегменте.

— Понятно. И в этой связи́ я хотел бы спросить…

— Не знаю ли я, где искать эту прекрасную во всех отношениях даму? — угадал мистер Бруно. — Увы, дон Диего. Я бы и сам хотел это знать. Поскольку совсем недавно, не прошло и декады, как эта особа, и не одна, а с напарником, устроила неплохой такой бадабум в филиале «Голдчейн техникверке» на Уре, том самом, о котором вы ей говорили. И меня это, честно сказать, опечалило. Я всё же рассчитывал на более цивилизованные методы разрешения непримиримых противоречий между мисс Зеттой и корпорацией херра Цоссена.

— А у них были противоречия? — изобразил удивление дон Диего.

— Как я теперь понимаю, да. Были. И довольно серьёзные, — ответил Бруно. — И мне бы очень хотелось спросить о них у мисс Зетты.

— А у «голдов» спросить об этом нельзя? — закинул пробную удочку дон Диего.

— Где я и где «голды»? — рассмеялся в наушнике собеседник. — Мы с херром Цоссеном играем в разных чемпионатах, и пересечений практически нет. Так, небольшие касания. Но вот вам, друг Диего, всё-таки стоило опасаться.

— Кого? Херра Цоссена?

— Мисс Зетты, — жёстко ответил Бруно. — Дама она, как мы видим, непредсказуемая. И после «Доктора Кэш», я боюсь, она может наведаться к вам.

— Вы уверены?

— Я могу лишь предполагать.

— Ну что же… Спасибо за предупреждение, мистер Бруно.

— И вам не хворать, дон Диего…

Абонент отключился. Босс Синдиката задумался. То, что он ничего не сказал собеседнику про препарат радолон-22, показалось ему решением правильным. В конце концов, туз в рукаве может быть не только у «Тысячеликого». Единственное, что вызывало досаду — так это то, что перед мистером Бруно у дона Диего до сих пор оставался должок. И этот должок он, увы, не мог не исполнить…

В гипер мы вошли без проблем. Нас никто не преследовал, никто не мешал, карами за нарушения чего-то там непонятного не грозил.

Когда «Бегущая по волнам» очутилась, наконец, в подпространстве, Таира повернула на пульте какой-то рычаг, и наши три ложемента плавно переместились на гравилифте в центральный отсек. Для меня этот «фокус» диковинкой конечно не стал, а вот то, что напарницу это тоже не удивило, показалось мне любопытным.

Заметив мой интерес, Молли внезапно вздохнула:

— У отца на «Арго́» были точно такие же лифты. В свой корабль он стремился собрать все новейшие разработки…

Таира в наши негромкие разговоры не вслушивалась. Едва очутившись в гостиной, она сразу же убежала переодеваться в свою каюту, пояснив на ходу: «Терпеть не могу казённые шмотки!»

Если я правильно понял, сеньорита Мартинес имела в виду «деловую одежду» работников казино, упёртую в игровой костюмерной. Как по мне, так обычная привередливость. Сам, помнится, чего только не носил на заданиях, от нищенского тряпья до петушиных прикидов «а-ля Филипп Киркоров», и ничего — таскал и не жаловался. Хотя по жизни, конечно, предпочитал что-то менее вызывающее, для нормальных людей — чем проще, тем лучше.

Мы с Молли тоже вслед за владелицей яхты разошлись по каютам. Они находились рядом, отделённые переборкой, в которой даже имелась дверь, и при желании я мог бы открыть её в любую секунду. Засовы на двери отсутствовали, а электронный замок для моего цифрового приятеля был «на один зубок».

Нет, ломиться сейчас к подруге я конечно не стал — рановато. Вот время отхода ко сну наступит (по корабельным часам), тогда и начну. А до того надо ещё диспозицию прояснить. Причём, всем троим. Как будем действовать дальше и… вообще…

Саквояж с деньгами я запихнул под кровать, а перед этим пересчитал всю имеющуюся наличность, включая и ту, что у меня была раньше, и ту, что выиграл в «Докторе Кэш», как сам, так и в паре с Таирой. На круг выходило тринадцать миллионов двести тридцать семь тысяч пятьсот сорок восемь диткойнов банкнотами плюс пять с половиной дитов одно-, двух-, пяти- и десятисантовыми монетками.

Нормальный такой улов. И если Таира ничего не напутала, на два килограмма К-сплава этих денег хватит с лихвой, ещё и останется. Лишь бы только цена на него неожиданно не подскочила. В торговле такое, как водится, сплошь и рядом. Особенно, если товар берёшь не напрямую у производителя, а у посредников. И кто они, где они, и можно ли им доверять, нифига неизвестно — дочка сеньора Мартинеса на их счёт не кололась, как бы я этого ни хотел…

Обратно в «салон-гостиную» я вернулся спустя полчаса. Мог бы и раньше, но решил чуток подождать. Специально дал дамам фору, чтобы в порядок могли себя привести без спешки и дёрганий, что, мол, кавалер скучает без них в одиночестве, не дай бог сбежит не дождавшись. Ведь видеть в каютах, что происходит в центральном отсеке — такая возможность у нас имелась. Через висящие возле дверей мониторы.

А вот просматривать, что происходит в каютах, не получилось бы даже у Гарти. Он сам мне об этом сказал, сообщив, что видеокамер на яхте в жилых помещениях нет, поэтому о неприкосновенности частной жизни волноваться не стоит. В том плане, что сеньорита Мартинес поддерживает эту неприкосновенность не только в своём отношении, но и в отношении гостей.

Для «выхода в свет» я оделся по старому — в тактические штаны, футболку и берцы. А вот куртку решил на себя не цеплять. И всё оружие, включая джамби́ю, оставил в каюте. А ещё, чуть подумав, стянул с себя бронегель. На Таиру его маскировка, как известно, не действовала, понтоваться им перед Молли вообще смысла не было, а использовать гель как защиту — ну от кого тут на борту защищаться? Да к тому же в гиперпространстве. Вот как в 3d-метрику начнём выходить, тогда и подумаем, которым лучше воспользоваться, какой из личин. Тем более что надеть его — плёвое дело. Главное, чтобы капсула была под рукой, а остальное зависит лишь от сноровки. Максимум, десять секунд — и готово. Уже проверял…

В огромной гостиной я просидел четверть часа. Диван был удобный, ворох подушек на нём как нельзя лучше располагал к созерцанию и размышлению, на столике стоял кувшин с соком, внешняя сеть отсутствовала (в гиперпространстве её нет по определению), а подключаться к внутренней и рыться там в поисках чего-нибудь развлекательного-обучающего-технического мне не хотелось.

Первой из дам из своей каюты выбралась Молли. Одетая практически так же, как я (берцы, «военизированные» штаны и футболка), какой она выглядела перед визитом в «Дикую орхидею», и, что интересно, тоже без бронегеля. Видимо, всё же подсматривала за мной, прежде чем выйти.

— Ты даже не представляешь, Реш, как я устала! — заявила она, плюхнувшись на тот же диван, что и я, но только с другого края, и потянувшись, как кошка. — Там в гардеробе столько шмотья, я замучилась выбирать.

Я с удовольствием оглядел её (настоящую природную красоту никакой одеждой и никаким бронегелем не скроешь) и негромко заметил:

— И поэтому ты решила, что опробованное старое лучше, чем неопробованное новое.

Молли вздёрнула брови:

— Тебе что-то не нравится?

— Ну, почему же не нравится? Нравится, — поднял я примирительно руки.

— Точно? — с подозрением поинтересовалась подруга.

— Конечно. Но у тебя есть вещицы получше.