"Я ищу ее..." в голове отпечаталась эта фраза и я почувствовал, как тьма внутри меня сгущается и застилает собой вообще все мое сознание, словно плотная завеса. В памяти закружились образы - воспоминания о Лизином смехе, о том, как мы сидели с ней на чердаке после бегства с фестиваля, как воскрешали комара и пили виски… Херобор словно пробовал все эти эмоции и ощущения на вкус, пытаясь уловить мельчайшие нотки моего отношения к княжне, смакуя, снова и снова проигрывая их как ролик, запущенный на повторе. Наконец, сущность, видимо распробовала мое отношение к Лизе и в полной мере поняла что я думаю и чувствую, и в этот момент мое сознание словно сорвалось с места, ухнуло куда-то в бездну и полетело, от чего я сам чуть не закричал. Когда же этот полет завершился, я вдруг понял, что знаю где находится княжна.
Я увидел ее, а точнее, ее тело, безжизненно лежащее на холодном каменном полу в позе эмбриона: Лиза застыла, лежа на боку, прижав колени к груди и обхватив себя за плечи. Она не дышала и, как мне показалось, вообще не подавала никаких признаков жизни. Испугавшись, что она мертва, я резко открыл глаза.
- Нам нужно вниз, - прохрипел я не своим голосом. - Она здесь, в подвале. Нам нужно вниз…
- Что? - первым на мою реплику отреагировал Александр, - ты Лизу нашел?
Я кивнул. И этот кивок дался мне очень тяжело - пришлось приложить какое-то нечеловеческое усилие, чтобы просто опустить голову вниз и вернуть ее в исходное положение…
В горле пересохло. Мой плохой трип резко закончился и внутри словно что-то оборвалось. Это не похоже ни на удар, ни на боль - просто пришло мгновенное осознание того, что силы меня покинули. Руки, ноги, грудь - все налилось тяжестью, как будто по венам перестала течь кровь и вместо нее разливалась тягучая пустота. Голова закружилась, мысли все никак не собирались воедино, а в голове гудело. Даже дышать стало тяжело: появилось ощущение, что воздух вокруг стал гуще и каждый вдох давался с трудом. Мне показалось, что мое тело больше не принадлежит мне, как-будто кто-то (а судя по всему, Херобор) просто сдул меня как воздушный шарик, выпустив весь воздух и всю жизнь и оставив просто оболочку - пустую и бесполезную. Хотелось просто опуститься на пол камеры, но даже для этого сил не было.
- Куда вниз? Куда? - голос Александра зазвучал откуда-то издалека. - Да не молчи ты! Куда нам идти! Где она?
Кажется, блондин даже потряс меня за плечо, но я только вяло отшатнулся от него, не сумев сказать ничего членораздельного.
- Тихо-тихо, молодой человек, - поспешил вмешаться Риттих. - Видите же, нехорошо-с другу вашему.
- Вижу! - сагрился на министра блондин. - Но делать-то что?
- Ну-с, будем искать. Направление нам задали, будем пытаться найти княжну Троекурову, а Виктор Павлович пока отдохнет немного...
"Отдохнуть - это именно то, что мне сейчас надо" - как-то очень медленно подумал я и закрыл глаза.
Отходняк продлился недолго: уже через несколько минут на смену всепоглощающей усталости пришло тепло, словно ночь закончилась и наступал рассвет. Сначала это тепло было едва уловимым, слабым, как лучи утреннего солнца, пробивающиеся сквозь густые тучи. Оно разливалось по груди, медленно растекалось по телу. Я не открывал глаз, боясь, что это ощущение исчезнет, как мираж, но с каждой секундой дышать становилось легче. Тяжесть начала растворяться, руки и ноги больше не казались чужими, и, наконец, бессилие и слабость окончательно отступили. На смену онемению пришло легкое покалывание, пробуждающее мышцы и кровь. Медленно и очень осторожно я разомкнул пальцы, которые оказались сжаты в кулак, и почувствовал, как к ним возвращается гибкость. Тело больше не казалось неуправляемым, голова прояснилась, мир вокруг обрел резкость.
- Херобора, - еле слышно промычал я, обращаясь к сущности и надеясь, что что этого никто не заметил: - Это ты "немного" взял? Нихрена себе немного, я чуть не сдох!
Ответом мне была тишина, но я почему-то испугался, что если не перекрою твари канал, он постепенно выпьет меня до капли:
- Ты получил что хотел, больше силу мою брать не разрешаю, пока не скажу обратного, - пробормотал я.
Мне показалось, что где-то в глубине меня самого отпечаталось разочарование, словно я отобрал у ребенка шоколадку или у алкаша бутылку - видимо, сущность и правда планировала оставаться на подсосе, но я обломал его планы.
- Очухался, - похлопал меня по плечу обеспокоенный кавказец, заглядывая мне в лицо. - Сергей Иваныч, некромант в норме, не помер он, - добавил он оптимистично.
Но гофмейстеру было не до Петра - министр был занят. Повинуясь его просьбам, каменный пол камеры уже начал дрожать, словно живое существо. Я снова увидел как огромные камни с глухим и тихим скрежетом начали расходиться в стороны, уступая дорогу. Риттих стоял у края образовавшейся трещины, напряженно вглядываясь в темноту, которая вела вниз в самые глубинные подземелья крепости. Поднимающийся из этого проема воздух был пропитан сыростью и тишиной, которая нарушалась только скрежетом камней, складывающихся в лестницу.
- Ну-с, - спросил министр, не отрывая взгляд от раздвигающихся стен, - Все готовы?
Александр быстро кивнул, словно только и ждал этого вопроса. Не дожидаясь приглашения, он шагнул в открывшийся портал.
Лестница получилась узкой, крутой и скользкой. Она вела куда-то вглубь строения, то образуя небольшие тоннели, то резко опускаясь вниз, все ниже и ниже. Кажется, Сергей Иванович и сам не знал, куда именно он открывает путь и куда нам нужно идти, но это знал я. Я даже взял на себя смелость подсказывать Риттиху в какую сторону толкать камни и вести проход:
- Правее... Еще правее... Теперь три метра прямо... А теперь ниже...
У меня внутри словно работал невидимый компас или Херобор играл со мной в детскую игру "горячо-холодно", направляя к тому месту, где находилась Лиза. Судя по всему, свою часть сделки тварь выполняла четко и обманывать не собиралась...
В конце-концов в какой-то момент камни не просто отошли в сторону, а открыли проход в небольшой зал с высоким потолком, больше всего напоминающий склеп. В центре, на каменной плите неподвижно лежала Лиза. Она застыла, прижав колени к груди и обхватив себя за плечи, словно пытаясь согреться - все именно так, как было в моем ведении. Ее лицо было еще более бледным чем обычно, даже почти прозрачным или серым, волосы потускнели, глаза были закрыты. Тело княжны казалось безжизненным - она не дышала. Ни малейшего движения или вздрагивания, никаких признаков жизни…
- Лиза, - пробормотал Александр и бросился к девушке. Он опустился на колени рядом с ней, его пальцы задрожали, когда он протянул руку, чтобы коснуться ее плеча. Кожа девушки была ледяной. Блондин склонился к ее лицу, пытаясь уловить хоть слабое дыхание, но ничего не было - только тишина и холод.
- Нет, пожалуйста, только не опять, - пробормотал он.
Я сделал шаг вперед, подошел ближе и присел на корточки рядом с девушкой. Я понятия не имел, что я могу сделать, чтобы она пришла в себя, но, на моей счастье, все произошло само собой: стоило мне коснуться Лизы, как между нами словно произошел электрический разряд, я представил себе прозрачную леску, которая тогда связала нас на кладбище и “пустил” по ней огоньки. У меня в голове словно забилось сердце - я отчетливо услышал его стук и впервые с момента моего попадания в этот мир был рад слышать уже знакомое мне: Бум! Бум! Ба-да-бум!
- Лиза, - тихо позвал я, - ну давай, просыпайся…
Девчонка становилась ярче с каждой секундой, словно кто-то добавлял ей контрастности: кожа уже не выглядела такой белой, в волосах появился блеск и проступила фиолетовая прядь, губы приобрели розоватый оттенок… наконец, она вздохнула, словно впуская воздух в свои легкие и запуская какой-то механизм, и открыла глаза.
Твою мать, - не сдержался за моей спиной Петр.
Александр радостно взвизгнул, сгребая в охапку ничего не понимающую княжну и меня заодно, а я облегченно выдохнул. Спустя пару секунд Лиза сообразила что происходит, одной рукой обняла меня, а второй блондина, и заревела.
