— Уверен. Так, бойцы, скидываемся по десятке, в заведении ведем себя скромно, общаемся с персоналом без понтов. Хаваем, дела свои делаем и едем дальше.

Ребята зашуршали по карманам, и вскоре капитану один из них передал пятьдесят рублей. Ломтев заглушил двигатель, дернул ручник, и через полминуты салон опустел. Не успели они перейти дорогу, как рядом с их машиной остановился еще один черный внедорожник. Пассажирское стекло опустилось, явив сморщенную, с пластырем на носу физиономию Камплина, который с интересом осмотрел всю группу.

— Чего это ты, капитан, проголодался?

— Да не только я. Смотрю, субординации учишься? И да, пристегнулись бы вы, товарищи, — хмыкнул Илья, оглядев водителя и пассажира.

Фред скривил губы, хотел бросить что-нибудь ядовитое, но когда он наморщил лоб, ноющая боль в области носа напомнила, что лучше обойтись без колкостей.

— Век живи, век учись. Тоже себе на заметку возьми, а мои люди водить умеют, нам ремни не нужны. Ну вы давайте, кушайте, а как закончите, мы уже вернемся с головой Айати.

Стекло поднялось, и внедорожник, показательно взревев, поехал восвояси, а Ломтев неуверенно смотрел ему вслед.

— Может он прав, товарищ капитан?

Встретившись с холодным взглядом Ильи, он не стал дальше спорить, и вся группа, перейдя дорогу, зашла в кафе. Реакция находящихся там посетителей была ожидаемой. Увидев целую группу правоохранителей, почти все ретировались, даже не доев, а остальные сидели тише воды и ниже травы.

Заняли три столика, все сделали заказы, Илья оплатил, и вскоре приступили к трапезе. Прикончили первое, и когда пришло время переходить ко второму, Ломтев все же заговорил вполголоса.

— Сначала мы суетились, пытались не отставать от Бударина, а в итоге нас Фред обогнал. Зачем, братан?

— Нам некуда спешить. Они к вечеру будут от голода пухнуть или им придется перекусывать по пути, что не очень хорошо. А у нас к этому времени всё только провалится, и мы свеженькие спокойно закончим свою работу. И есть еще один момент. У меня есть информация, которой нет ни у Фреда, ни у Денчика.

— Да ну, гонишь? И че за инфа? — шепотом поинтересовался лейтенант.

— Узнаешь. Так, бойцы, доедаем и в дорогу, — отрезал Илья и резко повернул голову в сторону окна, услышав с улицы грохот разбитого стекла.

Капитан тут же вскочил с места вместе с Ломтевым и рванул на выход, а за ними и остальные бойцы, и только один остановился, похватав с вешалки все пальто.

— Сука! Стоять! — взревел Илья, увидев двух убегающих с сумками парней, а третий, последний бежал за ними.

Двое скрылись за углом, но третьему повезло меньше.

Улицу огласил выстрел, пуля попала беглецу в спину, и он повалился оземь. Капитан побежал к нему, не убирая ствол, а Ломтев сначала рванул к внедорожнику, увидел разбитое стекло и подскочил к Илье, когда тот переворачивал паренька на спину. Прохожие, какие были на проспекте, буквально испарились после выстрела.

— Капитан, все сумки вытащили!

— Да я и без тебя это понял! — рявкнул он, зыркнув на Колю, — хера ли ты встал!? Беги за ними!

Лейтенант осекся, ломанулся следом за беглецами, позвав за собой еще двух рядовых, а остальные окружили Илью, который приставил дуло пистолета к подбородку чернявого паренька. Тот уже тяжело дышал, а с уголков губ текла кровь.

— А теперь говори, скотина, кто вам дал команду нас обчистить? Айати?

Тот усмехнулся, оскалился окровавленными зубами, с трудом поднял трясущуюся руку, буквально ткнул капитану в лицо средним пальцем, после чего конечность обмякла, голова завалилась набок, и он устремил безразличный взгляд в никуда. Выругавшись про себя, Илья поднялся, и в это время вернулись запыхавшиеся бойцы во главе с Ломтевым.

— Как сквозь землю провалились, товарищ капитан!

— Да я уж понял. И этот нихера не сказал. Надо было в ногу стрелять, — парень злобно сплюнул и добавил трупу пинком в бок, — сука! Ни светошумовых, ни шашек! Ахерительно! Поехали уже!

Как только Илья и Ломтев подошли к внедорожнику, первому бросилось в глаза то, что вынудило застыть и вытаращиться на порезанные и спущенные по одной стороне шины.

— Да ты сука гонзаешь…

— Вот и остановились похавать, — буркнул Коля, и капитан, поняв, в чей огород это камень, врезал ему в плечо, пусть и не со всей силы.

— Закрой хавальник! Еще раз услышу от тебя что-то на этот счет… договорить или сам понял?

— Да понял я, понял, — выпалил Ломтев, осмотревшись вокруг, — делать-то че будем!?

— Хороший вопрос. Тачку надо искать, до Ложкарей около часа ехать, пешком и к ночи не успеем. Пошли.

Пятиминутная прогулка группы по улицам города принесла свои плоды. Илья заметил припарковавшуюся пассажирскую ГАЗель, водитель закрыл авто и скрылся в продуктовом магазине, а когда вышел с полулитровой бутылкой воды в руке, то застал не очень приятную картину. На пассажирском сидении сидел здоровяк в погонах, стекло было опущено, и он обратился к мужику.

— Ключи давай.

— Н-начальники, да вы чего? Мне на маршрут надо выходить, — боязливо возразил водитель и переменился в лице, когда показалась рука с направленным на него пистолетом.

— Ключи сюда.

Вариантов не оставалось, он передал связку ключей, и через несколько секунд Илья завел двигатель, а Коля подмигнул перепуганному водиле.

— Домой иди, у тебя сегодня выходной.

Груженая бойцами ГАЗель уехала, а водитель в недоумении остался стоять с бутылкой воды, мелочью в руке. Единственное, чем могли помочь прохожие, так это сочувствующими взглядами. Они сами выбрали эту власть.

***

До съезда в Ложкари оставалось ехать примерно двадцать пять минут. Ломтев все это время молчал, про себя недоумевая от поступка Ильи. Позволили себя обогнать даже Фреду! А ведь если бы не этот спонтанный обед, могли бы обойти Бударина и первыми заехать в деревню.

Нет, он, конечно, капитан и всегда прав, но черт возьми, как же хотелось съездить ему по роже за такие дела. Время на операцию сократили в два раза, причем он первый об этом узнал от генерал-майора, и он не придумал ничего лучше, кроме как остановиться у кафе и пойти пожрать!

Для себя он отметил, что еще один такой фокус от Ильи, и он его действительно воткнёт. Ладно он хоть решил не останавливаться по пути в Ложкари с целью устроить пикник на обочине. А что? Самое время же! Лейтенант задраконил себя так, что не заметил, как прошло еще десять минут. И одному Богу известно, что там сейчас их ждёт.

— Че хмурый какой? — бросил Илья, достав пачку и закурив, — выкрутились же!

— Да ну вот смысл тебе щас че то говорить? Ты ж капитан, значит прав.

Парень, сделав едкую затяжку, обдумал его слова и примирительно ответил.

— Ладно, говори, что думаешь. Принимаю любую критику, про погоны не вспоминаю.

— Да где ж мы выкрутились-то, Илюх? — сразу всполошился Ломтев, — тачку просрали, сейчас на этом говне с колесами тащимся! И хрен бы с ней, с машиной, так у нас все шашки и гранаты упёрли! А нам еще минимум до полуночи по лесам шароёбиться. Но зато сытые! Вот Шёпоту отрада будет, ужин с начинкой притащился!

Илья уже пожалел, что дал ему высказаться, но заднюю давать уже нет смысла, пусть пар выпустит, ведь он еще и с какой-то стороны прав, косяк с потерей вооружения, это лишь его косяк.

— А вот щас бы по хорошему-то ехали бы и ехали, и Фред бы за нами пыль глотал, так я бы еще и Дениску обошёл, и мы бы…

Он не договорил и вздрогнул, когда вдалеке прогрохотал настолько зверский взрыв, что даже с огромного расстояния они увидели поднявшееся на сотни метров исполинское облако, а от прокатившейся следом ударной волны ГАЗель заходила ходуном.

Илья от испуга и неожиданности дернул руль, машину повело, но он быстро собрался и выровнялся на дороге, боковым зрением заметив высунувшегося из салона рядового.

— Это чего там за херня, товарищ капитан?

— Залезь обратно, и поймайте тишину!