Вот возможно и причина резонанса, который я чувствовал. Я потянулся к Ци – и почувствовать её оказалось на удивление легко. Управлять ею тоже.

Дальше было просто. Я взял этот пласт, зафиксировал ощущение, и вынырнул из океана татуировки, чувствуя ниточку к своей Ци. И просто начал давить им снизу вверх, подпирая массу, гоня её к устью моей трубы. Не пытался сильно толкать, потихоньку, не тратя сил больше, чем нужно. У маны теперь был выход, и она выходила.

Правда, теперь передо мной стояло три задачи разом. Круги почти остановились, их снова надо было раскручивать, одновременно давить снизу и держать трубу. Звучало просто, но зубы уже болели от того, как сильно я их сжимал.

Не знаю, сколько это длилось.

Помню, улавливал краем сознания, что за окном темнело, потом стало совсем темно, потом Ашер куда‑то ушел, видимо, спать.

Помню, что в какой‑то момент у меня опять пошла носом кровь, и я не стал вытирать, потому что не мог позволить себе отвлекаться.

А еще, начиная с середины, мне больше не надо было давить поршнем. То ли океан стал сдуваться, как воздушный шарик, то ли вся мана сразу уходила в поток, но вместо поршня я теперь просто держал себя, надеясь, что у меня в теле и конкретно в руке ничего не порвется, потому что ощущение давления было невероятным.

В один момент всё кончилось. Вся мана вылетела, сама татуировка начала тускнеть, но я сначала не обратил на это внимания. Вокруг меня кружилась огромная масса маны, и в принципе, на этом можно было остановиться.

Мана из тела ушла, клапан был пуст. Задача выполнена, все свободны, идите спать, молодой человек, вы сегодня герой. Вы сегодня выжили.

Но ведь в инструкции был ещё один пункт. Раскручивать обратно, чтобы усвоить всю ману в контур. С этим мало кто справлялся, но это был показатель таланта.

Меня никто не гнал. Круг у меня уже получился; так себе, наверно, но получился, и жить он мне не помешает. Один фиг я делал этот круг по архаичной технике и не уверен, что смогу маной пользоваться, у меня сейчас нет пятидесяти лет сидеть в медитации.

Только вот «мало кто справлялся» – это ведь означает, что те, кто смог, получали что‑то лучше. И их звали в школу архитекторов, и Ориона взяли именно за это, и говорили что‑то про потенциал и первую ступень.

А я собираюсь недоделать. Потому что устал.

Я семь лет орал на форуме на людей, которые именно так и играли. Которые собирали билд на восемьдесят процентов и говорили «да и так сойдёт». Которые не докачивали закалку, потому что скучно, а потом удивлялись, почему у них не работает связка.

И вот теперь я, весь такой умный, сижу и думаю: да и так сойдёт.

– Нет уж, – сказал я вслух. – Раз начал, доведу.

Обратное вращение было хуже всего того, что было до.

Потому что оно шло против массы, которую я сам же и разогнал. Все эти часы я толкал в одну сторону, а теперь надо было в другую, и вся эта тяжесть упиралась, сопротивлялась и норовила сорваться.

Я тормозил её оборот за оборотом. Получалось очень плохо и медленно, и из носа уже нехило так хлестало, и вроде бы из ушей тоже. И вот когда у меня получилось остановить и начать вращать обратно, мана начала уходить. Она вкручивалась во что‑то, чего я не видел и не понимал, растворялась в самой структуре кольца, становилась ею. Слой за слоем, оборот за оборотом. Как будто вращение вплетало её в саму себя.

Я держался на остатках силы воли. Давно уже ни о чем думать не мог, голова болела, и в какой‑то момент я поймал себя на том, что единственное, что я делаю, – это вращаю и считаю обороты. Мана уходила, этот уход почему‑то тормозил всё, и даже последний круг из остатков маны был ничуть не легче, чем первые.

В какой‑то момент я понял, что вращать больше нечего.

И отрубился.

Не знаю, сколько я проспал, но когда очнулся, только начинало светлеть. Прислушавшись к себе, понял, что чувствую свою ауру и чувствую конструкцию в ней. Какие‑то линии, завихрения, и общий каркас.

Перед глазами всплыло.

Ци: 17/325. Слои: Регенерация плоти (C, 54%), Фантомное отражение (B, 27%).

Сначала глаза зацепились за Ци – судя по количеству, реген всё это время отрабатывал. Кровотечение из носа и ушей даром не прошло, и спасибо регену за параллельное лечение. Я невольно поёжился, представив, что бы было, если бы я начал заниматься этим с пустым резервом. Кровоизлияние в мозг?

Потом глаза зацепились за вторую строчку

Мана: 27/1104. Круг: первый. Заклинания: нет.

Очень странная хрень, потому что ёмкость первого круга обычно была 250, вместе со вторым 700, с третьим 1400. А я по цифрам между третьим и вторым, но при этом на первом круге. Ну и хрен с ним.

Хотел избавиться, и получилось. Мечта сбылась, получается. Хотя даже немного жалко – как представлю, что это мог быть мой инвентарь… Когда увидел, сколько там места, живо представил, что смогу забрать всё содержимое арсенала, глефу с посохом и еды на пару месяцев. Ну и ладно. Главное что жив. И чего такого страшного было в этом единении путей?

В очередной раз позабавила мысль о моём исключительном «везении»: лежал в лавке, где по идее можно было подобрать заклинание на любой вкус, но к моему первому кругу кристаллов как раз не оказалось. А уж с такой штукой, думаю, и с моим количеством маны я бы жестко имбовал. Но не срослось. Спасибо Ориону, чтоб его…

До конца дня так и восстанавливался, наслаждаясь тем, что больше никуда не надо спешить. В теле была слабость. Поэтому я ел, пил, пробовал почитать немного про особенности магических структур, но мозг ленился, отказываясь воспринимать информацию.

От нечего делать поигрался с маной, понял, что могу её только двигать: выплеснуть из круга и гонять снаружи или гонять в самом круге. Ни тебе поджечь что‑нибудь, ни предметы подвигать. Я понял, что без учителя нормального тут не разберусь, надеюсь только, что для этого не придётся с магом за ручки держаться. Хех.

Следующие дни вышли на удивление размеренными.

Я даже поймал себя на мысли, что впервые с момента попадания живу по собственному расписанию, а не по чужому. Занимаюсь ровно тем, что хочу и когда хочу. Встал, когда встал, поел кашу, пошёл фармить. Красота. Откуда у Ашера столько продуктов, где он их держит и как хранит, я предпочитал не спрашивать, а то вдруг мне ответ не понравится. Было вкусно, было сытно, и он кормил меня просто так, а когда я спрашивал, не нужно ли ему чем‑то помочь – просто отмахивался.

То, что я создал и магический круг и при этом воин Ци, его вообще не удивило. Тут, он сказал, главное не создать, а удерживать равновесие в нужной точке. Мне даже обидно немного стало – я‑то думал, совершил невозможное.

Начал я с методичных поисков по улицам, где были замороженные твари, и нашел три неплохих копья. Владельцы лежали рядом, они выглядели так, будто бой был только что. Я на всякий случай тронул одного. Мёртвый, конечно. По‑человечески хотелось их похоронить, но раз делать так, то уж со всем городом, а на это сил у меня точно не хватит. Наверное надо сказать спасибо стазису, что зацепил мёртвых, в противном случае я просто не смог бы нормально передвигаться по улицам. Остатки гниющих монстров – это одно, к ним я уже привык, но люди…

Копье все‑таки мне было куда привычнее после всех приключений, и особенно против костегребней.

Разбудить их оказалось просто. Выбрав одного, я для начала попробовал швырнуть в него камнем. Ничего. Он просто отскочил без какого‑либо эффекта. Трогать тварь рукой мне не улыбалось, поэтому я ткнул в нее копьём, заряженным Ци. Сработало отлично.

А дальше – дело техники. Костегребни валились по одному, и это было ровно то, о чём я мечтал.

Схема была простая до неприличия. Выбираешь крайнего, у которого за спиной нет соседей. Прикидываешь, в какой позе он застыл – потому что просыпается он ровно с того движения, на котором его выключили, и если он завис в прыжке, то через долю секунды после касания он будет уже в воздухе. Отходишь так, чтобы этот прыжок ушёл мимо. Касаешься наконечником, дергаешь на себя и тут же протыкаешь.