Блииин. Ну у Сайруса и чутьё… Он словно знал про мои полфлакона «Легкого круга»… И если он прав и в том, что её сознание всё ещё живо и борется, то шансы есть. Ведь в неё уже закачали просто огромное количество маны. И наверняка это очень плотная мана, ведь она из Сердца разлома.

Я поднял руку и укусил грушу, которая оказалась очень сладкой.

— Мне нужно кое-что обдумать, — сказал я, — буду завтра утром.

— Я за тобой зайду, — кивнул Сайрус.

Никакой угрозы. Просто нетерпение человека, которому дали надежду.

А я уже шел в сторону дома, и у меня в ушах звучали слова Сайруса: «Буду должен». С учетом масштаба личности Сайруса, это открывало интересные перспективы. Да и женщину было жалко. Человек застрял на два года во внутреннем мире, и мне страшно представить, через что она прошла.

Дома я снял с полки флакон и поднёс к окну. Половина. Алая жидкость лениво качнулась внутри.

И только сейчас, глядя на неё, я по-настоящему понял, во что вписался там, своим лёгким «буду завтра».

Дозировка ведь целый флакон на прорыв. А эта женщина на два года застряла между кругами. Если такие случаи и были, то я их не знал. Я собирался влить непроверенное зелье в женщину, которая держится на волоске. Если сработает, то она проснётся.

А если не сработает, то умрёт. От моих рук. На глазах у человека, для которого она значит определенно очень много. И тогда ни волна с севера, ни разломы, ни Падение уже не будут иметь ко мне никакого отношения. Недавно я ещё пошутил про себя: рядом с Сайрусом меня никто не убьёт. Кроме него.

А еще, мне очень не понравился взгляд того мага. Если увидит чудесное воскрешение, вполне может поднять шумиху. А оно мне надо?

Да уж, дилемма.

Либо до утра мне надо очень быстро и незаметно свалить из города, молясь всем богам, чтобы Сайрус не догнал. Либо вспомнить всё, что я знаю про ману, переходы и «Лёгкий Круг».

И ни разу не ошибиться.

Конец первого тома.

Считается, что перед важным делом надо выспаться. Я честно лежал с закрытыми глазами почти час, слушал, как где‑то под половицей скребётся мышь, и в красках представлял, как завтра по неосторожности и незнанию убью человека.

Я зажёг масляную лампу, сел за стол и выложил перед собой пару листов бумаги. Корн писал пером и чернилами, но у меня не было ни того, ни другого, ни навыка с ними обращаться. Зато нашелся кусочек угля.

Как видите, у меня было серьезное намерение основательно подготовиться к предстоящему испытанию. Искрошив уголёк в бесплодных попытках зафиксировать свои мысли и основательно перепачкавшись, я плюнул и принялся просто размышлять.

Во‑первых, что я знаю. Дозировка «Лёгкого Круга» – флакон на прорыв вплоть до пятого круга. На шестой лучше брать два, а на седьмой и восьмой готовить только более мощные зелья. И я даже не знаю, на какой круг переходила женщина. Чёрт, надо было сразу спросить. Выглядит она молодо, наверное, второй. Максимум, третий… Так что, по идее, половины флакона может и хватить. Но всё осложняется тем, что она в коме уже два года, и её жизнь поддерживается искусственно.

Если в лоре и было что‑то про кому, то я точно это упустил. За мага можно было играть, и я делал это, но маги были хороши в бою только на серьезной дистанции. В соло разлом с боссом А‑класса магом зачистить было невозможно, даже на максимально возможном в игре круге – восьмом. И даже если брать в пати местных NPC‑наемников, не всегда получалось. Да и в целом, это всегда воспринималось скорее как фан‑класс, всякие приколы поделать, а не игру проходить. Из всех магов разве что Орион был абсолютно имбовым и непобедимым, но на то он и босс.

Так что, на этом, собственно, мои знания кончались. Дальше только интуиция и осторожность. Поэтому самое адекватное, что мне видится – это малая доза, наблюдение и дальнейшая корректировка.

Конечно, осторожность никогда не была моим стилем – но это до тех пор, пока я был уверен в том, что делаю. В данном же случае, уверенности не было, а самоуверенность может погубить всё.

Когда Корн сказал, что можно было сделать в 10 раз больше зелья – наверно он был прав. Но я, блин, хотел удивить старика. И удивил, что уж, зато потом целый рабочий день слушал про осторожность и дозировки. Так что, спасибо ему большое, самое время применить этот подход.

Жаль, конечно, что ману я не ощущаю, сколько бы Корн мне ни показывал. Он говорил, что мана и Ци несмешиваемые, как вода и масло, поэтому ничего особенного в этом нет. Он Ци чувствовал, но скорее интуитивно, да и годы работы с ингредиентами дают своё – хочешь не хочешь, начнешь что‑то ощущать.

Больше всего на свете мне сейчас не хватало Корна. Прийти, выложить всё как есть, перетерпеть его «хм», ругань и ворчание в свой адрес, а потом услышать простое и понятное объяснение, как и что работает. Всё‑таки сорок лет ремесла это гораздо круче семи лет игры, особенно, учитывая вектор моих усилий в игре. Но Корн, увы, был недосягаем. Забавная, однако, сложилась ситуация: единственный человек в городе, с которым я мог бы посоветоваться о том, как выдернуть кого‑то из перехода, сам сейчас преодолевал этот переход. Был конечно еще тот маг, который был в доме, но ему я не доверял, и пытался придумать, возможно ли обойтись без него.

Под утро я всё‑таки уронил голову на руки.

Разбудил меня стук в дверь. За окном уже было светло. Я встал, хрустнув всем, чем можно, глотнул воды из кувшина, и открыл.

– Судя по твоему виду, что‑то надумал? – спросил Сайрус вместо приветствия.

– Да, Сайрус. Вариант есть. Но, честно, я не знаю, сработает или нет. Это может как оживить, так и убить, а может оказаться абсолютно бесполезным.

– Даже один вариант – это гораздо больше, чем ничего. Но за два года мы перепробовали столько вариантов… И всё без толку. Ты уверен, что можешь предложить что‑то новое?

Я смотрел на Сайруса и не узнавал. Обычно бесстрастный, он за одну фразу умудрился от непоколебимой уверенности перейти к откровенному скепсису.

Похоже, крепко мужика колбасит.

Вместо слов я просто достал из‑за пазухи пузырек, и дал ему в руки. Он осмотрел и вопросительно поднял на меня глаза.

– Это эликсир для магов, облегчает переход между кругами. Я сделал его из тех камней, что ты отбивал у трона обезьяны. Но это всё, что у меня есть. Говорю сразу. И такого количества может не хватить.

– Камней было много. Можешь сделать еще?

– Нет…

– Если дело в деньгах, назови цену!

– Да не в этом дело! Все камни ушли в эликсир. Но я отдал его Корну. Я же не знал про тебя! А Корн сейчас на своём переходе…

– Понятно…

Мы помолчали.

– Да, и ещё, Сайрус. Это довольно редкая штука, и я не хочу чтобы тот маг о ней знал.

– Он будет держать язык за зубами, если я попрошу, – спокойно сказал Сайрус, а мне захотелось хмыкнуть. Ну да, я по себе знал, насколько трудно ему отказать, когда он «просит»…

– А какой у неё круг?

– Она сильная. – Сказал Сайрус, отдал мне флакон и отвернулся.

Да чёрт, у него какая‑то ненависть к числам или что? Ну, если сильная, точно не первый‑второй. Значит, третий или даже четвертый…

В городе было всё также пусто, но из‑за северной стены продолжал раздаваться гул. Об этом я старался не думать. Даже мимо вчерашней груши прошел, есть совсем не хотелось.

– Прежде чем войдём… – сказал я, когда мы подошли к двери.

Сайрус обернулся на меня, и я продолжил:

– Я не лекарь. Я расскажу всё, что знаю, дам эликсир, но решение принимаешь ты.

Вот теперь он остановился. Повернулся. Я привычно поборол желание сделать шаг назад.

– Ты меня боишься. – Он это даже не спросил, а, скорее, констатировал.

– Опасаюсь, – честно сказал я.

Что‑то дрогнуло у него в углу рта. У любого другого человека я назвал бы это тенью усмешки, но приписывать Сайрусу чувство юмора пока не решался.