Николай, где-то у Брагина, видимо, играл в шахматы или обсуждал гимназические дела; вернётся к ужину.

Анна, в Петербурге, в пансионе на Васильевском острове, писала сейчас, вероятно, следующее письмо — из двух страниц в неделю, которые я у неё попросил в сегодняшнем ответе.

Я налил себе ещё чая. Разломил кулебяку.

Тысяча восемьсот восемьдесят второй год начинался с обычного утреннего чая в уездном русском городе на Волге.

Я был, после трёхсот семи дней в этом теле, дома.