Будь я тихоней как Нив, Гиль наверняка отправила бы меня спать на пол. Однако связываться с рыжей психопаткой графиня не решилась. Ох и неудобно же будет благородной костлявой заднице лежать на досках! А попросила бы по-человечески, я могла бы и уступить.

Но нынешнее положение меня вполне устраивало. Я молча забралась на теперь-уже-точно-свою кровать с ногами, прислонилась к стене и закрыла глаза. Нужно было привести мысли в порядок и разложить по полочкам все, что удалось узнать за насыщенное событиями утро.

Факт первый, самый важный: Шанна была жрицей Янтарной водяной лилии. Мне наконец удалось это выяснить, спасибо Нив.

Правда, вряд ли я успею поговорить с Асмодеем и узнать, каким образом попасть в этот дом, — помешает присутствие Гиль в комнате. Не хватало еще, чтобы истеричная графская дочка настучала Варге про странного магического мужика, который ночами является к приблудной сиротке.

По официальной храмовой версии, Шанна сбежала две недели назад с клиентом. Это второй факт, но я знаю, что он ложный: девушка убита.

При этом Гельстильга утверждает, что насильно жрицу увести нельзя. И тут еще бабка надвое сказала, можно ли ей верить: вдруг это просто суеверие. Или у Гиль свои какие-то представления о работе в храме. Узнать смогу уже после испытания, если пройду его.

Но даже для похищения... За пределы «Сада», по словам Нив, так просто жрице не выйти. Значит, тут все равно замешана клиентура храма. Или кто-то, кого подговорили притвориться клиентом, — нет никаких гарантий, что чернокнижник лично Шанну отсюда выманил. А может кто-то из жриц только инсценировал ее побег и никакого мужчины на самом деле не было... Блин, я слишком мало знаю о том, как тут все устроено.

В любом случае, Шанна вышла за пределы храма по какой-то официальной причине, не поднимая шума. Она не подозревала, что идет на смерть, иначе могла бы оставить какие-то следы, записки, обратиться за помощью, в конце концов.

Значит, человеку, из-за которого девушка покинула «Сад», жрица доверяла. Да и он Шанну, по моим догадкам, успел изучить прежде чем выбрать ее в качестве жертвы. Девушку никто не стал искать: не верю, что родные и близкие бы не подняли шум, потеряв с ней связь. Но это пока тоже не факт, ничего конкретного я еще так и не узнала.

Господи, развяжи язык Нив! Мне так нужно побольше вытрясти из этой милой болтушки!

Стоп, а почему сама Нив не всполошилась, если дружила с Шанной? Уж она-то должна была знать, какие клиенты были у жрицы и готовилась ли она к побегу! А вдруг младшая жрица из Белой хризантемы и есть убийца, а? Или в сговоре с ним? Вот это был бы поворот!

Я попробовала представить себе картину: Нив утром приходит к Шанне и говорит, например, что им вместе нужно сходить в лес за травами для какого-нибудь храмового ритуала. Шанна, ничего не подозревая, идет, а в лесу появляется тот, кто ее безжалостно убивает.

Но как только я попыталась добавить в эту сцену Нив с ножом или хотя бы с ритуальным кинжалом — картинка тут же рассыпалась. Я вспомнила утро в коридоре: робкая Нив при малейших признаках конфликта тут же спряталась за мою спину. А какой ужас был в ее глазах, когда я Гельстильгу за горло схватила! У нее же руки тряслись, она чуть ли не плакала.

Нет. Нив на убийцу точно не походила, у нее не хватило бы смелости. Чтобы завести другого человека в лес и там его прикончить — надо иметь железные нервы и какой-то жуткий внутренний холод, а у Нив ни того ни другого нет. По крайней мере, я этого не вижу. Даже как для посредницы она слишком добра и пуглива.

Значит, Нив пока вычеркиваем из основных подозреваемых. Если потом, по ходу, всплывет что-то еще, подумаю снова.

Остаются клиенты Шанны и жрицы, вероятнее всего, — из Янтарной. Без доступа к этому дому цветов я мало что смогу узнать.

Любой ценой нужно попасть туда во время испытания.

Но как поговорить с инкубом? Я открыла глаза и снова посмотрела на Гиль.

Утро в коридоре было перебором. Я об этом думала уже несколько раз с момента, как мы вернулись в комнату, и каждый раз приходила к одному и тому же выводу: вспылила зря. У девчонки только что отняли все, что у нее было. Дом, статус, имя, гордость дворянскую, наверняка и доступ ко всем привилегиям... Что там Нив про клеймо жрицы говорила? Только в тавернах полы мыть? Не самое приятное открытие для знатной дамы. Впереди ничего хорошего Гельстильгу явно не ждет, а тут еще я, взрослая тетка, которая сорвалась и оттаскала ребенка за волосы. Стыдно должно быть, Янка.

— $@#%&!

В такие моменты цензура в моей голове всегда отключалась — вместе с логикой и теми центрами, которые отвечают за умение быстро бегать. Ну, или хотя бы героически перекатываться в сторону. Если верить фильмам, именно так должны реагировать необученные боевым искусствам женщины. Особенно тридцатилетние продавщицы вибраторов.

— @&^%# $#@&%*!!!

Я замерла с нелепо задранными вверх руками, всем своим видом выражая готовность сдаться в плен. Но материться не перестала: привычка — вторая натура.

— Тише!! — на меня совсем не по-злодейски гаркнули.

Луна наконец-то выпуталась из облаков и плеснула холодным светом на двор, кусты и застывшую в них мизансцену. Острый предмет в чужой руке оказался длинной серебристой шпилькой с крупной жемчужиной на верхушке. А моя несостоявшаяся убийца — стройной девицей в темном платье послушницы, с накинутым поверх него серым плащом и знакомым перекошенным от страха личиком.

Присмотрела за припадочной, называется. Низкий поклон Варге за такое поручение.

— Ты?! — изумленно прошипела Гельстильга. Однако шпильку убирать не торопилась. — Что ты тут делаешь? Ты на меня сейчас заклятье повесить пыталась?

Я не сразу поняла, о чем она. Потом дошло, что магический переводчик Асмодея с матом не справился: либо в местном языке не было нужных аналогов, либо инкуб отличался лингвистическим целомудрием.

— Ага. Порчу на понос. — фыркнув, я опустила руки и укоризненно воззрилась на девушку. — Ты после обеда пропала, в комнату не вернулась — я уже думала, что с тобой что-то стряслось!

— Какая забота. — Гиль неуверенно сделала шаг назад. — С чего бы это вдруг? Утром ты мне чуть шею не сломала.

Голос у нее продолжал дрожать, и графиня старательно сверкала глазами, чтобы замаскировать эту предательскую дрожь под ярость. Актриса из нее явно вышла бы лучше, чем послушница в храме.

По своему богатому опыту я знала: Гельстильга тряслась потому, что ее поймали с поличным. Замышляла она что-то очень наказуемое, и я была последним после Варги человеком, кому девушка пожелала бы попасться на глаза.

— Можно я встану, ваше сиятельство? — я аккуратно поднялась на ноги и отряхнула с подола налипшую землю с сухими листьями. — А то на коленях беседовать со знатной дамой как-то неприлично.

Гиль с подозрением наблюдала за моими движениями. Шпильку она держала наготове, направив острие в мою сторону. Но рука у графини ходила ходуном, — тут и дураку было ясно, что ткнуть этим жалом она в меня сможет разве что с третьей попытки. И то если я буду стоять смирно, упершись грудью в серебристый кончик.

— Нельзя! И не подходи ко мне! — отрезала Гиль. — Что тебе вообще нужно?

Я скептически на нее покосилась и глянула в сторону дома. Паникуя, моя соседка по комнате забыла, что нас может кто-нибудь заметить. Может тут патрули бродят? Особенно, после массового побега жриц.

— Не кричи, весь храм перебудишь. — вздохнув, я сложила руки на груди, чтобы показать, что не собираюсь снова тянуться к ее шее. — Варга велела мне за тобой приглядывать, помнишь? Поэтому искать я тебя пошла не из-за любви к выскочкам. Просто не хочу, чтоб об мою спину завтра розги полировать начали.

— Значит, только о себе и беспокоишься. — Гельстильга презрительно поморщилась.

— А мне больше не о ком, я у себя одна. — огрызнулась я.