— Нужно добраться хотя бы до двоих одновременно! — крикнул я друзьям.

Я побежал еще быстрее, ломая кусты и не обращая внимания на царапины от веток. Впереди послышались испуганные возгласы. На глаза попался клок черной ткани — кто-то из них зацепился и предпочел порвать одежду, чем останавливаться и выпутываться. Кажется, нас испугались.

Или не только нас, но и Мрака с Бабой Ягой. Но их положено бояться. Баюн обогнал нас и вырвался из леса первым. Раздались визги испуганных людей, что и понятно — не каждый день сей котик является народу, да еще в истинном размере. Я посмотрел, за кем бежит Мрак и выбрал целью другого беглеца. Третий явно опережал товарищей и рвался к остановке, куда как раз подходил автобус.

— Я на автобус! — крикнул Виктор.

Даня не стал сбивать дыхание и побежал за ним.

Я же начертил руны, дождался, когда Баюн прыгнул, и активировал заклинание.

И снова шальная морда Горбунка закрыла мне весь обзор, подмигнула и исчезла. Вместе с некромантом. Что и требовалось доказать: наши противники не верили, что до беглеца доберется кто-то, кроме меня. И все из-за телепорта. Лестно, но неудобно.

Я осмотрелся. Мрак сидел перед своей жертвой с задумчивым видом. Даня схватил третьего некроманта уже на подножке автобуса под возмущенные возгласы других пассажиров, спешащих убраться подальше от Мрака, и толкнул его в руки Виктора. Сам быстро показал удостоверение Тайной канцелярии и люди быстро угомонились. Наверняка они продолжили возмущаться, но про себя. Могу понять — никто не хочет из-за длинного языка попасть на Мясницкую, к нам в гости. Витька как раз принял некроманта и выкрутил ему руку так, что поставил в весьма унизительную согбенную позу. Люди поспешили занять места в автобусе, двери захлопнулись и он уехал, спеша нагнать расписание.

Итак, что у нас. Сначала я подошел к Баюну. Его морда выражала одновременно раскаяние и нетерпение. Прибил, сделал я вывод. Прибил и жаждет слопать. Значит, у нас только один арестованный.

— Прости, но сожрать его тебе не судьба. Сам понимаешь, улика. Но сначала обыщем, — сказал я котику.

— Не привык я, что у людей такие хрупкие черепа, — проворчал он, за недовольством скрывая вину.

— И не только черепа, Мрак. Ты же ему когтем почти до сердца добрался, — заметил я и указал на лужу крови, что натекала не столько из раны на голове, сколько из дыры в спине, проделанной огромным когтем.

— Не рассчитал. Надо было убрать когти, — вздохнул Баюн.

Я похлопал Мрака по плечу, снял черную перчатку-фокусировку с левой руки, надел латексную и занялся осмотром тела. Одной рукой обыскивать неудобно, но и полностью избавляться от фокуса и ослаблять себя я не стал, мало ли у них тут еще сообщники. Виктор тем временем надел на пленника особые наручники, чтобы он даже при помощи Проводника не смог скрыться в Нави.

Я ожидал увидеть человека зрелого возраста, с сальными волосами и бледной кожей. Но этот некромант оказался лишь немногим старше нас, бледным, да, довольно тощим, но чистым и без всякого запаха мертвечины. Одежда простолюдинов удивительно не шла к его благородному лицу с правильными чертами. Из какого же он рода? На миг показалось, что он отдаленно напоминает Юсупова, но это же бред.

— Что-то есть? — спросил меня Даня.

— Стандартный набор: ключи, немного меди в кошельке, орешки, перо вороны, — перечислил я. — Рюкзак в конторе посмотрим?

— Да. Пойду вызывать труповозку, — вздохнул он.

— С каких пор перо входит в стандартный набор? — озадаченно уточнил Виктор.

— Это же некромант. Странно, что нет помета, чьих-нибудь лапок, хвостов и прочей мерзости, — хохотнул я.

— Я пойду? — неуверенно спросил Мрак.

Я осмотрелся. Зеваки собирались, но на отдалении — никто не спешил подходить близко к Баюну в его истинном облике кота размером с лошадь.

— Посиди еще, — попросил я. — Если уйдешь, толпа подойдет, следы затопчут, слухи о некромантах поползут. А сейчас мало ли, кого мы задержали.

— Кстати, а где третий? — встрепенулся Виктор.

— В Нави. Финальная проверка показала, что реагируют Горбунки не просто на приближение врага, а лично на мой телепорт, — с иронией пояснил я. — Даже не знаю, радоваться или огорчаться, что меня назначили самым опасным.

Конечно, я и есть самый опасный, но друзья этого не знают. Пусть так и остается.

Вскоре прибыла машина, в нее погрузили тела некромантов, этого и тех двоих, убитых возле избушки Бабы Яги, и увезли. Мы отпустили Мрака, попрощались с Ягой и вместе с арестованным уехали на Мясницкую. Виктор уехал к себе — ему еще искать трех колдунов, слуг Кощея.

Некроманта приволокли в допросную комнату и приковали к специальной скобе в крышке стола. Фокусом ему служило перо ворона — его забрали, разумеется. Этот тип опаснее Прилипалы, мало ли, чего учудит в кабинете и без фокусировки. А тут подвальное помещение, окон нет, дверь только одна. И не только наручники, но и вся комната изолирована — не перейти тут в Навь.

Князя Юсупова мы тревожить не стали, пусть отсыпается после беспокойной ночи. Сами пока держались на живой воде Бабы Яги. Но кофе уже ждал. Очень хотелось принять душ, но сначала некромант. Допрос лучше проводить по горячим следам, пока арестованный не успокоился и не придумал ничего.

— Ну что, сам говорить будешь или псионика звать? — навис над ним Даня.

— Можете звать, можете не звать. Я ничего не знаю, — презрительно улыбнулся он.

Меня удивил его поставленный голос и правильная речь. Почему-то я представлял некромантов более развязными, забывшими о благородном происхождении. Видимо, одежда ввела в заблуждение.

— Зря улыбаешься, — спокойно сказал я, сидя напротив него. — Если не знаешь, придется лезть глубже в сознание, чтобы убедиться. А это больно.

В ответ парень поднял рукав толстовки и обнажил шрамы, свежие и старые. Они покрывали всю руку от запястья до локтя, аккуратные и ровные.

— Я не боюсь боли, — констатировал он с достоинством.

— Физическая боль ничто в сравнении с ментальной. Ты не учился в академии?

В ответ он рассмеялся. В его мрачном смехе слышалась горечь.

— Байстрюкам не место в академии, разве не знаешь? — сказал он и посмотрел на Даню. — Только законным и благородным.

— На меня-то что смотришь? — удивился мой друг. — Назови свое имя.

— Андрей. Невзоров. Отчества нет, — зло сказал некромант.

— Послушай, — со вздохом сказал я. — Ты нас не вини в своих бедах. Не мы тебя зачали. Никто из нас не выбирал, у каких родителей родиться. И своим происхождением оправдывать преступления глупо и безответственно.

— Если бы я был законным, сидел бы сейчас на его месте, — кивнул Андрей на Даню. — Но в итоге меня воспитали тем, кто я есть. Становиться или нет некромантом мне тоже выбора не давали.

А вот это уже опасные заявления. Оба. Я еще раз всмотрелся в лица Андрея и Даниила. Что-то, конечно, общего было, но в мире полно похожих людей. Только Даня смотрел на него с испугом. Я вздохнул и отвел к дальней стене, сжал плечо, чтобы перестал сверлить арестованного взглядом и посмотрел на меня.

— Ты можешь стоять, гадать и бояться, а можешь позвать отца и разобраться в ситуации, — спокойно сказал я. — Это может быть правдой, а может, он тянет время.

Даня коротко кивнул и вышел. По коридору пронеслось эхо его поспешных шагов. А я вернулся на прежнее место напротив некроманта. Еще раз посмотрел на него, вспомнил внешности его товарищей, сопоставил с его же словами. Интересная складывалась картина, если мои выводы верны.

— Вы все учились вместе? Ты и твои сообщники. Или товарищи? — спросил я.

— Сообщники. Да, верное определение. Товарищей у меня нет, — с едкой улыбочкой ответил он. — Да, мы учились в одном месте, но не все вместе. Все же возраст разный.

— И вы все незаконнорожденные?

— Ты догадлив. Как тебя?

— Дмитрий Татищев.

— Гра-аф. Спаситель рода, — протянул Андрей с легкой издевкой.

Я пропустил ее мимо ушей и продолжил мысль: