Нам пришлось рассказать все, что показала Мудрость. Сложнее всего было доказать, что мы не врем и не пытаемся выдать страшную сказку за правду. Но и с этим мы справились.

Первое собрание едва не закончилось дракой.

Светлые смотрели на темных так, будто их присутствие уже было оскорблением. Темные отвечали тем же. Маги Совета пытались делать вид, что контролируют ситуацию, но получалось плохо.

– Вы предлагаете вернуть криосам власть? – холодно спросил один из светлых магов. – После всего, что было?

– После всего, что было, вам бы вообще молчать, – усмехнулся темный. – Насколько я помню, это не мы первыми решили, что криосы слишком опасны для этого мира.

– Вы хотели подчинить их себе!

– А вы хотели стереть их из истории и назвать это равновесием.

Магия начала откликаться на эмоции, и я невольно напряглась.

Алекс до этого молчал. Просто стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди, и смотрел на них так, будто ему уже надоел этот спектакль.

– Закончили? – наконец спросил он.

Оба мага повернулись к нему.

– Молодой криос, – начал светлый, – вы не понимаете всей сложности…

– Я понимаю достаточно, – перебил Алекс. – Вы веками делили власть, пока клетка, удерживающая древнего, разваливалась без подпитки. Теперь у вас есть два варианта, продолжать спорить, кто виноват, или попытаться выжить.

В зале стало тише.

– Мы не обязаны верить вашим словам, – сказал кто-то из Совета.

Кир шагнул вперед.

– И не надо. Посмотрите.

Он поднял руку, и я сразу поняла, что он собирается сделать. Воздух дрогнул, и перед собравшимися вспыхнули обрывки наших воспоминаний, пещера, золотые искры, Мудрость, склеп, цепи, голос, от которого холодело внутри.

Несколько магов побледнели.

Даже темные перестали ухмыляться.

– Это не сказка, – тихо сказал Кир. – И не попытка запугать вас. Это то, что ждет всех нас, если вы продолжите мериться гордостью.

Светлый маг отвел взгляд первым. Темный сжал кулаки, но промолчал.

Алекс посмотрел на них обоих.

– Мне плевать, кто из вас первым начал эту войну. Но если вы хотите, чтобы у вашего мира было завтра, вам придется дать криосам то, что у них отняли.

– А если мы откажемся? – спросил темный.

Алекс усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья.

– Тогда можете начать прощаться со своими Академиями, титулами и красивыми принципами. Древний не будет разбираться, кто из вас светлый, а кто темный. Он просто всех уничтожит.

Так как переговоры велись без самих криосов, мы должны были быть уверены, что условия устроят их народ. Споры длились несколько дней, и временами мне казалось, что договориться вообще невозможно. Но в итоге и светлым, и темным пришлось признать, что без криосов этот мир не выживет.

Они согласились вернуть криосам право открыто жить среди остальных рас и признать за ними статус хранителей мира, который когда-то принадлежал их народу по праву.

И только после этого, совместными усилиями светлых, темных и двух криосов, Алекса и Императора, мы смогли открыть ворота в мир криосов.

Криосы пустили только двоих, Императора и Алекса. Что, в принципе, было неудивительно. Их не было уже три дня, а я за это время успела известись настолько, что не могла найти себе места. Хотя и пыталась внушить себе, что ему ничего не сделают. Все-таки он одной с ними расы. Но дело было даже не в этом. Мы ведь так ничего и не выяснили.

Я до сих пор не понимала, отпустил ли Алекс тьму окончательно, стал ли прежним или мне тогда просто показалось. Как он теперь ко мне относится. Что вообще между нами происходит.

Я прекрасно помнила тот момент в лесу, когда Алекс написал мое имя на русском языке. Потом книгу предсказателей, которая открылась только рядом с нами обоими. Нашу странную связь. Все это не могло быть случайностью. Это не было похоже на обычную интрижку двух студентов Академии.

Иногда мне вообще казалось, что все происходящее больше напоминает память души, чем зарождающуюся влюбленность. Рядом с ним все ощущалось слишком правильным. Будто мы с самого начала находились именно там, где должны быть, рядом друг с другом.

Но ответов у меня по-прежнему не было. И я прекрасно понимала, что сейчас мои переживания никому особо не нужны. На кону стояло выживание мира. Кому какое дело до моих чувств и мыслей?

Я связалась с Лил по артефакту связи и вкратце обрисовала ей ситуацию. Вопросами она меня не донимала, понимала, что мне сейчас тяжело. Просто сказала несколько слов поддержки от себя и от остальных ребят.

Мы ждали у ворот уже третий день, уходили только ночевать в гостиницу, а утром возвращались. Огромная арка портала светилась мягким золотистым светом, и от одного взгляда на нее по коже пробегали мурашки. Она выглядела величественно, за этими воротами находился целый мир, о существовании которого еще совсем недавно никто не знал.

Рядом с нами находились представители светлых и темных. Даже Совет прислал нескольких магов, хотя еще неделю назад многие из них готовы были перегрызть друг другу глотки. Сейчас же все стояли слишком тихо, потому что боялись. Если криосы откажутся помогать, другого шанса у этого мира уже не будет.

Не то чтобы мне было плевать на политику. Просто я ждала Алекса, и для меня сейчас это было важнее целого мира. Кир все это время почти не отходил от меня, хотя и сам выглядел напряженным.

– Конфетка, если ты еще немного посмотришь на портал таким взглядом, он осыпется пеплом, – попытался пошутить он.

– Очень смешно, – буркнула я, даже не взглянув на него.

И именно в этот момент золотое свечение внутри ворот резко вспыхнуло ярче. Разговоры вокруг мгновенно стихли.

Из портала первым вышел Император, следом за ним появился еще один криос, которого я раньше никогда не видела. Высокий, светловолосый, с абсолютно нечеловеческим спокойствием во взгляде. От него исходила такая сила и мощь, что становилось не по себе. А потом появился Алекс, и мне кажется, он вернулся другим.

Нет, внешне почти ничего не изменилось. Все та же нереальная красота, темная одежда, привычная уверенность в движениях. Но теперь в нем исчезло что-то темное и чужое, а взгляд казался более теплым. Рядом с ним больше не ощущалось того ледяного страха. Он выглядел так, словно наконец принял себя и свою силу.

На секунду наши взгляды встретились, и он подмигнул мне.