Отстраняюсь и встаю.

— Не двигайся.

Она приподнимается на локтях, тяжело дыша. Я расстёгиваю джинсы, стягиваю их вместе с боксерами. Смотрю, как она смотрит на меня — взгляд полный желания, голодный, жадный. Самый сексуальный взгляд, который я когда-либо видел.

Решаю не дразнить. Стягиваю боксеры полностью.

Её глаза расширяются. Рот приоткрывается.

Не буду хвастаться, но мой член больше, чем у среднестатистического мужчины. Она пялится на него, не отрываясь. Я обхватываю себя рукой, провожу по длине. Она сглатывает.

Забираюсь на кровать, раздвигаю ей ноги. В её глазах — сомнение, но уже не страх.

— Доверься мне, тебе понравится.

— Это после того, как ты меня насадишь на кол? — Она сжимает губы, хмурясь. Нервничает.

Мило.

— Знаешь, если ты продолжишь закатывать глаза, я тебя выпорю.

— То, что я тебя хочу, ещё не значит, что я согласна на наказания.

— Думаешь?

Она хмурится, но я затыкаю ей рот поцелуем. Её руки обхватывают моё лицо, углубляя поцелуй. Мой язык скользит в её рот, и она отвечает — неуверенно, но с каждым мгновением всё смелее. Не бойся, детка.

Мои руки стягивают с неё трусики, бросают на пол. Губы путешествуют от её губ к челюсти, шее, грудине, между грудей и вниз, к моему любимому месту. Кладу руки на внутреннюю сторону бёдер, раздвигая их шире. Целую чуть выше клитора и начинаю атаку языком.

Её тело выгибается, руки впиваются в простыни. Голова запрокинута, рот приоткрыт в изумлении.

Правильно. Чувствуй это.

Я не хочу, чтобы она кончила сейчас. Я хочу, чтобы она разлетелась на части вокруг меня. Хочу чувствовать, как она сжимается, когда я буду внутри.

Поднимаюсь к ней, нависаю. Смотрю в глаза.

— Ты пьёшь таблетки?

Она кивает.

Какого чёрта? Я, конечно, рад, но если она ни с кем не спит, зачем? Я поднимаю бровь, и она, блин, снова закатывает глаза.

— Ты не первый, кто пытался затащить меня в постель. — В её голосе звучит вызов. — Тогда я думала, что это разумно.

Меня дико бесит, что я не первый, кто пытался, но, глядя на неё, любой бы захотел. Я торжествующе улыбаюсь — я буду единственным, кто это сделает.

Снова целую её и встаю в позицию. Время показать класс.

Одним глубоким, сильным толчком я вхожу в неё.

ГОСПОДИ.

МАТЬ МОЯ ЖЕНЩИНА!

Она такая узкая, такая горячая, такая влажная. Боже, это рай.

Она вскрикивает, зажмурившись, и я вижу, как слёзы текут по её вискам. Ладно, мог бы и помягче.

Наклоняюсь поцеловать её, не двигаясь, давая привыкнуть. Прикусываю нижнюю губу, она стонет мне в рот. Думаю, готова.

Выхожу из неё — она всхлипывает от пустоты, — и снова вхожу в это восхитительное тело. Чёрт, неужели так бывало когда-то? Да ни разу. Я бы точно запомнил и оставил бы эту сабу себе. Она идеальна для меня. И я для неё.

Глава 36

— Я начну двигаться, — шепчу я, и голос срывается на хрип.

Начинаю медленно входить и выходить. Она такая узкая, стонет при каждом толчке. Такая сладкая. Одна её рука у меня на затылке, другая царапает спину, оставляя следы. В этот раз я вхожу глубже, она вскрикивает, ноги напрягаются, и я чувствую, как её тело сжимается вокруг меня.

Да, детка, ты близко. Потому что я тоже. Я хочу, чтобы она кончила для меня, только для меня. Хочу, чтобы она разлетелась на части вокруг меня. Но я хочу, чтобы она умоляла об этом.

Смотрю на неё — одного её тела достаточно, чтобы я взорвался. Нужно сосредоточиться.

— Хочешь кончить, детка? — шепчу я, почти не двигаясь.

— Да, — стонет она, и этот стон — чистое золото.

— Умоляй меня.

— …Нет. — Но это звучит не как отказ, а как последний рубеж обороны.

— Умоляй, детка.

Я замираю. Полностью. Останавливаюсь внутри неё.

Она разочарованно скулит, дёргает бёдрами, пытаясь насадиться самой. Я не даюсь. Я долго не продержусь, но она должна сделать этот шаг.

— Пожалуйста... — выдыхает она.

— Что ты сказала?

— Пожалуйста, Наэль.

Испытываю огромное счастье и начинаю двигаться — быстро, глубоко, яростно. Её тело пульсирует вокруг меня, ноги напрягаются, она запрокидывает голову, и ногти впиваются в мою спину с такой силой, что, наверное, останутся шрамы. Из её горла вырывается самый сексуальный стон, который я когда-либо слышал, и это толкает и меня за край.

— Да, детка! — кричу я, изливаясь в неё.

Моё тело падает на её обнажённое тело. Наш пот смешивается, дыхание сливается воедино. Я чувствую, как бьётся её сердце — бешено, как у загнанной птицы.

Она моя. Вся моя.

Наши лбы соприкасаются. Большие голубые глаза распахиваются и затуманено смотрят на меня.

— Ты так красива, — говорю я, и это вырывается само, без спроса.

Она усмехается:

— То есть теперь ты весь в цветочках и конфетках?

— О, ничуть. — Я усмехаюсь в ответ, чувствуя, как член снова твердеет внутри неё. — Наказание может состояться прямо сейчас, если хочешь.

Её глаза чуть расширяются, когда она чувствует это.

— Нет, спасибо. — Она пытается отстраниться. — Я бы хотела, чтобы ты слез с меня, и я пошла в душ.

Я выхожу из неё. Она морщится, шипя сквозь зубы. Я никогда не оставался с кем-то после секса. Либо был неудовлетворён, либо хотел спать один. Сейчас я не хочу уходить.

Она садится, тянется на пол, поднимает мою футболку и натягивает на себя. Футболка доходит ей до середины бедра, и это чертовски сексуально.

— Тебе пора, — бормочет она, вставая.

Уйти??

— Ты меня выгоняешь? — спрашиваю я в шоке.

Меня никогда не выгоняли женщины. Никогда.

— У меня завтра бой. Мне нужно поспать. Одной.

А почему не со мной? Думает, я снова её трахну? Ухмыляюсь про себя. О, дорогая, ты меня хорошо знаешь.

— Хочешь, приду на твой бой?

— Что?… Ты сейчас пытаешься завязать со мной отношения? — Она ставит руки на бёдра, и футболка задирается ещё выше.

Может быть.

— А если да?

— Я же говорила: я не создана для отношений. — В её голосе звучит легкое раздражение. — Особенно таких, где нужен контракт.

Ладно. Не хочу начинать ссору после такого потрясающего секса. Я уйду.

Нахожу боксеры и джинсы. Одеваюсь. Медленно. Специально, чтобы её позлить.

— Мне нужна моя футболка, — усмехаюсь я, кладя руки ей на бёдра и приподнимая край, чтобы ещё раз увидеть её тело.

Она шлёпает меня по рукам.

— Я, пожалуй, оставлю её себе.

Она быстро собирает остальные мои вещи, пихает в сумку. Её рука натыкается на анальную пробку. Она хмурится, поднимает бровь.

— Я надеялся, — пожимаю я плечами.

Она брезгливо бросает её обратно, застёгивает молнию и швыряет сумку мне в грудь.

Кладёт руки мне на грудь и выталкивает из комнаты, по коридору к двери. Я даю себя вытолкнуть, наслаждаясь каждым прикосновением.

У двери беру её за подбородок, притягиваю к себе.

— Увидимся завтра вечером. — Это не вопрос. — Отметим твою победу.

Она смотрит на меня долгим взглядом.

— Ладно, — просто отвечает.

Я прижимаюсь к её губам, целую быстро, но глубоко. Открываю дверь и выхожу.

Когда дверь за мной закрывается, пытаюсь стереть с лица эту дурацкую ухмылку. Но не могу.

Пока не приходит сообщение от Габриэля.

Габриэль, 1:07

Надо поговорить. Хочу кое-что, что есть у тебя. Бар «Медуза».

Чёрт, я и не знал, что уже так поздно. Хм, хорошо провёл время в раю.

Я, 1:08

Ладно.

Что ему, чёрт возьми, нужно? Знаю, если не пойду, он просто заколебёт. Но сейчас, признаюсь, мне плевать. Я всё ещё чувствую её запах на своей коже, её вкус на губах.

Глава 37

НАЭЛЬ

Бар «Медуза» встречает меня привычным полумраком и запахом дорогого алкоголя. Здесь всегда приглушённый свет, чтобы никто не видел чужих лиц слишком хорошо, и тихая музыка, чтобы не мешала разговорам, которые не предназначены для чужих ушей.