Я улыбаюсь и протягиваю ему руку.

      - Ты удивишься. Идем.

       Лирик берет ее, и как только выходит из машины, я направляю его в сторону большого плаката с надписью Лирик Джонс, женись на мне!

      - Похоже, у меня появились конкуренты, - говорю я.

      - Я думаю, ты в безопасности. - Лирик улыбается и сразу же подходит к девушке, которой на вид около двенадцати лет, и обнимает ее.

      Девушка тут же уронила плакат, и ее глаза расширились. Выражение чистого изумления на ее лице я видел у фанатов миллион раз, но оно никогда не надоедает. И наблюдать за тем, как Лирик испытывает этот прилив эмоций, так же приятно, как и тогда, когда он направлен на меня.

      Лирик живет своей мечтой, и я очень благодарен, что являюсь ее частью.

      Я хочу сделать его звездой и дать ему все, чего он когда-либо желал.

      Я нисколько не сомневаюсь, что Лирик добьется невероятных успехов, и если для этого мне придется совмещать свою карьеру с продюсированием и отцовством, чтобы быть рядом с ним, я сделаю все, что потребуется.

      Потому что Лирик Джонс - моя вторая половинка.

Мейсон

      После того, как Харли отвлекся на фанатов, мы опоздали на арену. Бриксу следует начать корректировать наше расписание с учетом выходок Харли.

      Тем не менее, наверное, именно это мне больше всего нравится в Харли. Каким бы великим он ни стал, каким бы знаменитым ни был, он никогда не забывает, кто сделал его тем, кто он есть. Он никогда не бывает слишком занят для фанатов.

      Когда мы выходим на сцену для проверки звука и нам ставят микрофоны, Харли жестом велит звукорежиссерам подождать.

      - И что теперь? - спрашиваю я.

      - Терпение - это добродетель, - отвечает мне Харли.

      - Чтобы Мейсон об этом беспокоился, нужно быть виртуозом, - говорит мой заботливый, внимательный и очень милый жених.

      Я поворачиваюсь к нему спиной.

      - Я люблю тебя, - поет Денвер.

      Возвращение в тур с ребятами сильно отличается от всего, что мы когда-либо делали раньше. И только половина из этого связана с Денвером. Находясь с ним, прикасаясь к нему так, как я делал это раньше, когда мы были просто лучшими друзьями, я теперь понимаю, что у нас всегда это было - гораздо большее, чем я думал.

       Я всегда испытывал к Денверу более глубокую привязанность, чем к любому другому участнику группы. Я притягиваю его к себе и целую в висок.

      - Я тебя оскорбляю, а ты меня целуешь. Неудивительно, что я тебя тогда не понимал, - говорит Денвер.

      Я прикладываю палец к его губам.

      - Тише. Ты такой милый, когда молчишь.

      Он игриво отталкивает меня.

      - Придурок.

      - Я люблю тебя, - передразниваю я.

      - Вы кончили? - Спрашивает Харли.

      - Мы сделаем это позже, - тихо бормочу я так, чтобы только Денвер услышал.

      - Даже не шути про кончить, - говорит Денвер. - Мне нужно сосредоточиться.

      Я улыбаюсь и делаю вид, что обращаю внимание на Харли, но именно тогда улавливаю его последние слова.

      - Мы докажем им и всему миру, что можем идти в ногу с молодежью.

      Идея.

      - Харли собирается начать онлайн-ссору с «Почему Не Мы», не так ли?

      - Да, - говорят все остальные.

      Харли закатывает глаза.

      - Я не собираюсь затевать ссору. Знаете, как говорят? Подражание - лучшая форма лести.

      Я скрещиваю руки на груди.

      - Не думаю, что они так считают.

       - Поверь мне, - говорит Харли. - Давайте потренируемся. Как будто репетировали, мы все сделаем им насмешливое приветствие, затем приступаем к выступлению.

      Харли предлагает новые хореографию и песню, которую нам нужно выучить, и настаивает, чтобы мы делали это не спустя рукава. Иногда я его ненавижу, хотя люблю, как брата.

      Это не первый раз за тур, когда я должен обращать внимание на что-то другое, но мой взгляд прикован к Денверу и к тому, как он двигается.

      Он уверен в себе на сцене, даже без зрителей. Он постоянно улыбается и, кажется, искренне получает удовольствие. Мой природный талант - подражать его настроению, поэтому, когда он счастлив, я счастлив тоже.

      Но хотя я рад вернуться в «Одиннадцать» и на этот раз делать все по-своему, есть и небольшая часть меня, которая все еще обижается на индустрию и на то, через что я прошел, когда мой сольный альбом провалился.

      У меня больше нет ничего против нашей группы, это уже в прошлом, но я ненавижу то, как артистов эксплуатируют, используют, а потом очень легко бросают. Вот почему я хочу занять место Денвера в «Фэндоме». Само реалити-шоу может быть проблематичным, но в последнем сезоне Харли выбрал действительно невероятного и трудолюбивого артиста - Реджи, именно из-за этого.

      Я хочу внести свой вклад в защиту молодых артистов и использовать для этого свой опыт.

      Денвер на все сто процентов поддерживает мой план, но у него есть собственные амбиции.

       Нет сомнений, что мы любим «Одиннадцать». Мы любим этим заниматься. Даже когда Харли делает вещи, которые... в духе Харли. Но у нас пятерых свои пути, поэтому я понимаю, что эта ностальгия, вероятно, временная.

      - Мейсон, ты здесь? - спрашивает Харли. - Ты скоро к нам присоединишься?

      Я отвлекаюсь от постоянных мыслей о том, что ждет меня в будущем.

      Денвер смотрит на меня с другой стороны сцены и спрашивает:

      - Ты в порядке?

      - Извини, - улыбаюсь я. - Я только что понял, что Харли совершенно наплевать на «Почему Не Мы». Он просто пытается заставить меня тренироваться до смерти. Он что, тайно пытается заставить меня похудеть?

      Конечно, нет. Как человек, которого постоянно шпыняли из-за его внешности в нашем старом лейбле, Харли всегда меня поддерживал, когда я говорил всем, что мне плевать на голливудские стандарты. Я здоров и выгляжу так, как выгляжу. Конец истории.