Мне нравится просыпаться рядом с ним. Спать рядом с ним так правильно, а когда мы обнимаем друг друга, охватывающее меня тепло - все, что нужно в жизни.

      Джордан постепенно свыкается с мыслью, что мы можем быть вместе, или, по крайней мере, стал меньше протестовать. Это должно что-то значить, верно? Надеюсь, он не слишком зациклен на этом, потому что я - нет.

      Я хочу Джордана Брукса. Просто и ясно. Знаю ли я, что ждет меня в будущем? Нет, но и никто не знает.

      Продолжать скрываться - не мой выбор, но нужно делать маленькие шаги. Джордан согласился дать нам реальный шанс, но, привлекая к этому СМИ, я могу легко все испортить. К тому же, наши менеджеры работают сверхурочно, пытаясь уберечь нас от внимания общественности и таблоидов, особенно когда мы вместе. Мы отрицали это публично; признаться сейчас означало бы признать, что мы солгали. Не думаю, что это более или менее простительно, чем скандал с изменой.

       Не то чтобы я хотел кричать об этом на весь мир, но было бы неплохо выйти на публику. У меня никогда ни с кем такого не было. Я никогда всерьез не думал о том, чтобы быть с кем-то настолько, чтобы захотеть пойти на свидание в настоящий ресторан. Даже когда встречался с женщинами, для меня было нормой держать все в тайне, так что не знаю, почему Джордан настолько другой, но надеюсь, это означает, что мы оба подходим друг другу. Я не хочу быть похожим на его прошлых любовников.

      Рано утром у него звенит будильник. У меня редкий выходной в расписании, потому что Джордану нужно снять несколько семейных сцен, в которых не участвует мой персонаж.

      Джордан пытается выскользнуть из постели, но я крепче обнимаю его, и он смеется.

      - Я тоже не хочу вставать, но должен.

      - Скажись больным.

      - Да, уверен, это будет воспринято очень хорошо.

      - Только подумай, как только фильм закончится, мы сможем проводить время вместе.

      - Мы и так сейчас проводим вместе практически двадцать четыре часа в сутки.

      - Мм, этого недостаточно. Особенно когда я не могу заниматься этим на съемочной площадке. - Я целую в его затылок, и он поворачивает голову, чтобы я мог прикоснуться губами к его губам.

      Я ложусь на него сверху, и он стонет.

      - Блейк, у меня, правда, нет времени. - Словно в подтверждение этих слов, его телефон снова звонит.

      Я падаю на спину.

      Джордан вскакивает с кровати и натягивает свежее нижнее белье и джинсы из сумки, которую принес вчера вечером.

      Как только я ее увидел, сразу забронировал номер еще на неделю. Такими темпами мы останемся здесь на неопределенный срок. Или, по крайней мере, до тех пор, пока фильм не будет снят.

      - Что будешь делать в свой выходной? - Джордан застегивает молнию на джинсах, а я так заворожен этим движением, желая, чтобы все было наоборот, что пропускаю его вопрос мимо ушей.

       - Хм?

      - Выходной. Есть какие-нибудь планы?

      Я стряхиваю с себя оцепенение.

      - Да. Харли каким-то образом узнал о моем расписании, так что у нас назначено собрание группы. Все наши песни в значительной степени написаны. Нам просто нужно найти время, чтобы попасть в студию и записать их. Харли хочет, чтобы мы сделали это вместе, а не по отдельности - он непреклонен в том, что звучит лучше, когда мы гармонируем друг с другом, а не импровизируем потом, но думаю, это слишком много хлопот за минимальную отдачу. В зависимости от нашего графика, им, возможно, придется добавить мою партию в другое время. Или попросить кого-нибудь из парней записать ее. Я могу спеть свою партию вживую, когда захочу.

      - Тебе все равно, если твою партию споет кто-то другой?

      - Я люблю ребят, и мне нравится быть в «Одиннадцать», но я согласился на это воссоединение не из любви к музыке. Я делаю это ради них и фанатов. Хотя это совершенно эгоистичный поступок, потому что я был по-настоящему счастлив, когда пел в «Одиннадцать».

      - Тебе нужно найти что-то, что делает тебя счастливым в этом хаосе Голливуда, - говорит Джордан.

      - Не пойми меня неправильно, играть я тоже люблю, но это другой вид счастья. Я хочу продолжать заниматься и тем, и другим.

      Джордан надевает футболку, затем наклоняется над кроватью и нежно целует меня.

      - Тебе следует делать и то, и другое.

      - Я так и планирую.

      Он отстраняется и выпрямляется.

      - Может, в перерывах между фильмами я смогу встретиться с тобой где-нибудь в туре. Европа - звучит заманчиво. Никогда там не был.

      - Даже не на премьерах фильмов? - спрашиваю я. - Каннский кинофестиваль?

      - Нет, единственный большой фильм, в котором я снялся, по-настоящему продвигался только в Штатах.

      - Как ты думаешь, «Притворство» будет достаточно хорошим, чтобы выйти на международный уровень? - спрашиваю я. Он говорит, что Бен знает, что делает, но я пока не уверен. Может, потому что Бен - придурок.

      - Никогда не скажешь наверняка, пока не увидишь смонтированный и отредактированный продукт.

      - Верно. То же самое и с моими фильмами о Коби. Я просто очень хочу, чтобы они имели успех.

      - Так и будет.

      Я хочу ему верить.

      - Откуда ты знаешь?

      Джордан пожимает плечами.

      - Кто-то умный однажды сказал мне, что если берешься за что-то, думая, что оно провалится, то, скорее всего, так оно и будет.

      - Этот человек, похоже, гений. Очень горяч.

      Джордан смеется и наклоняется поцеловать меня еще раз.

      - Повеселись с ребятами.

      - Увидимся вечером? Я могу сказать водителю, чтобы он привез тебя сюда.

      - Как думаешь, зачем я собрал чемодан?

      Да!

***

      - Он жив! - восклицает Мейсон, как только я переступаю порог дома Денвера.

      - Ха-ха, - сухо говорю я и плюхаюсь на диван рядом с Райдером.

      Все парни уже здесь, и да, я немного опоздал, потому что после ухода Джордана снова лег спать, а потом мне пришлось принять душ, чтобы от меня не пахло сексом, когда приду сюда.