- А как же актерская карьера? - спрашиваю я. Как я уже говорил, у Блейка огромный потенциал, чтобы стать звездой, поэтому я не понимаю, зачем ему возвращаться к работе бэк-вокалистом в бойз-бэнде.

      - Ею я тоже занимаюсь. Предполагается, что «Одиннадцать» будет гастролировать в перерывах от основной работы. Мы делаем это скорее для удовольствия, чем ради денег или славы.

      - Делаете для... удовольствия? И... никакой личной выгоды? - Говорю я механическим голосом. - Прости. Не укладывается в голове.

      - Разве у тебя нет чего-то, чем ты увлечен и чем хочешь заниматься просто ради удовольствия? Прыжки с тарзанки? Чтение? Просмотр старых фильмов?

      - Секс? Это считается?

      - Э-э... конечно. В любом случае, для меня «Одиннадцать» - примерно то же самое. Думаю, для всех нас. Но теперь я откусил больше, чем могу проглотить, благодаря этому фильму и воссоединению, и из человека, который снимался в боевиках один за другим с перерывами, превратился в человека, у которого одновременно несколько проектов, плотный график и, и, и…

      Я делаю шаг вперед и провожу ладонями вверх и вниз по его рукам, утешая уже второго человека еще до того, как день начался.

      - Дыши. Ты справишься.

      Он резко втягивает воздух.

      - Да. Я справлюсь. Я точно справлюсь.

      - Я бы тебе больше поверил, если бы ты не задыхался.

      Блейк делает последний глубокий вдох, успокаиваясь.

      - Они готовы?

      Когда он задает этот вопрос, раздается стук в дверь, и появляется Джоджо.

      - Съемочная площадка готова. Пора начинать.

      Блейк выглядит так, будто он снова волнуется.

      - Дыши, - повторяю я. - И держи меня за руку, если нужно.

      - Ты... хочешь, чтобы я держал тебя за руку?

      Я пожимаю плечами.

      - Если кто-нибудь спросит, скажи, что мы вживаемся в роль.

      - Спасибо.

      - За что? - спрашиваю я.

      - За попытку успокоить нервы.

      - Работает?

      - Нет.

      Черт.

      Мы отправляемся на съемочную площадку, а затем за мной приходит гример, чтобы нанести еще немного геля на волосы, придав им влажный вид, а затем обрызгать меня водой, чтобы выглядело так, будто я только что вылез из бассейна. Они сделают так еще после того, как мы поговорим, чтобы я не был разной степени влажности на протяжении всего разговора.

      Кинопроизводство всегда меня завораживало, то, как сцены монтируются, снимаются в разное время и склеиваются вместе. Иногда кажется невозможным, что истории вообще имеют смысл, когда ты, как актер, переживаешь сцены не по порядку. Смотреть это в первый раз на премьере - всегда волнительно.

      Когда все готовы, Бен кричит «Мотор!», и я улыбаюсь самодовольной ухмылкой своего персонажа и произношу банальную фразу.

      - Так, так, так, что ты мне принесла, сестренка?

      Актриса Лори Лейси произносит свою реплику и тянет Блейк вперед.

      - Это Мэдден.

      Блейк, а не Мэдден, выглядит так, будто его вот-вот вырвет. Могу сказать, что он не вписывается в образ.

      - Мэдден, - говорю я мягко, мягче, чем того требует сценарий, но надеюсь втянуть его в эту сцену.

      Блейк моргает, глядя на меня.

      - Стоп, - говорит Бен.

      Мы все дружно выдыхаем.

      - Блейк, ты должен быть в восторге от Джордана, - говорит Бен, - а не бояться его.

       - Верно. Извините.

      - Еще раз.

      Мы делаем это снова. И снова. И снова, и снова, и снова.

      - Я сдаюсь. Перерыв. - Бен срывается со съемочной площадки.

      Мое хорошее настроение первого дня улетучивается.

       Я наклоняюсь и спрашиваю Блейка:

      - Столько времени обычно уходит, чтобы войти в сцену?

      - Нет! - кричит Блейк, и все на съемочной площадке замирают от его повышенного тона. Он опускает голову и говорит тише: - И это сводит меня с ума. - Он проводит рукой по лицу, а затем вспоминает о гриме. - Я испортил всю съемку.

      - Ты слишком в себе. Как ты обычно вживаешься в образ Коби Годспида?

      Он оглядывает съемочную площадку.

      - Это другое. Коби - ходячий придурок, тупее некуда, но может все взорвать. К такому мышлению легко привыкнуть. Быть недавно совершившим каминг-аут геем, нервничающим перед возвращением домой к своей семье, которая еще не совсем приняла его сексуальность…

      - С этой историей сталкивались многие гомосексуальные парни. Вот почему мы с Беном захотели снять этот фильм. Нам нужно хорошее представление, и...

      - Именно поэтому я с самого начала не хотел сниматься в этом фильме, потому что абсолютно ничего не знаю о том, каково быть геем, скрывать свою ориентацию или о необходимости совершить каминг-аут.

      - А вот твои коллеги по группе знают. Можешь почерпнуть у них вдохновение?

      Денвер Смит и Мейсон Нэш недавно открылись, но так уж случилось, что я в курсе событий в Голливуде и знаю, что они не единственные геи в «Одиннадцать». Готов поспорить, что Блейк присутствовал при закулисных разговорах о том, как держаться в тени. Я знаю, что в этом он может опираться на личный опыт, даже если он не его собственный.

      - Это будет издевательством над всеми богами геев, если у нас с тобой не будет экранной химии, - говорю я. - Мы слишком хороши для этого.

      Блейк позволяет себе рассмеяться, его плечи немного расслабляются, и следующий дубль получается почти идеальным. После еще нескольких дублей Бен уверен, что у нас получился нужный кадр.

      - Переходим к следующей. - Бен бросает на меня Я недоволен взгляд. - Наконец-то.

      Думаю, я останусь ночевать у себя.

       - Блейк, на сегодня с тебя хватит. Джорди, мне все еще нужны кадры, как ты выходишь из бассейна.

      Клянусь, Бен добавил эту сцену только для того, чтобы увидеть меня всего мокрого и практически голого, и, о, только посмотрите, с одним дублем и горячим взглядом Бена все прощено, и он тащит меня в мой трейлер.