— Очнулась? — услышала насмешливый вопрос.

Ко мне подошёл мужчина, обычный, ничего выдающегося. И тут я понимаю, что не ощущаю его зверя. Хотя в книге читала, что он тоже оборотень, но в муже я научилась ощущать его зверя. А тут так тихо, словно у него нет второго облика.

— Как вы похитили меня и детей?

— Защита, — он искривил губы в подобии улыбки, получилось что-то призрительное. — Князь забывает, что я его кровный родственник.

— Но разве сейчас не делают запрет в целом на портал в замок и из него, без исключений?

— Мне это не помеха. Особенно если подкупить стражу. Тебя банально вынесли на руках по потайным ходам. Точно так же и твоих детей. Если думаешь, что вас хватятся, то не переживай — им сейчас не до этого. У князя горе, его младший брат не выжил вместе с женой. Племянники пропали без вести.

Он жестом показал на двух подростков, прикованных за шею к дереву. Они только начали приходить в себя и испуганно смотрят по сторонам. В ужасе заметили меня и малышей в клетке.

— Но даже этого будет мало, чтобы сломать князя. Пришлось попросить помощи у темной колдуньи. И вы будете моей платой ей. Особенно ты — молодая и сильная природная ведьма и целитель. Но чтобы тебе легче было расстаться с жизнью, я убью твоих милых крошек. Как давно я хотел придушить этих выродков.

На краю поляны появилась старуха. Она молча наблюдала за происходящим. Заметив меня, она улыбнулась гнилыми зубами. Стоило этому ничтожеству потянуть руки к моим деткам, как во мне поднялась такая ярость и злость. Завыли вокруг звери, завыл ветер. Мужчину отшвырнуло прочь от клетки.

— Дурак, сначала её нужно убить, а потом её приплод убьёшь, — выплюнула старуха.

А я поняла: если сейчас не выберусь, моих детей убьют. С криком разрушила кандалы — я чувствовала, как опаляет руки и ноги.

— Как ты сняла колдовские кандалы?! — спросил в шоке предатель.

Старушка решила тихо уйти, но была подхвачена ветром и оплетена древней магией. Она смотрела на меня с каким-то первобытным ужасом.

— Кто ты?! — тихо спросила старушка.

Я опустила её на землю, зная, что она уже никуда не денется. Предателя подхватила магией и ударила о ближайшее дерево. Не смертельно, но так, чтобы отрезвить.

— Никогда и никто не смеет трогать мою семью! И ты не часть её, ты перестал быть частью семьи, когда пошёл против неё.

Я освободила подростков просто щелчком пальцев. А потом высвободила своих крошек. Села на колени и обняла моих любимых малышей.

— Тётя Аня, как вам это удалось? — спросил Илья.

— Хотела бы я знать, — честно ответила я. — Не могу гарантировать, что смогу это повторить.

А потом мы дружно поняли, что ни у кого из нас нет артефакта связи. Даже у предателя его не было. Пришлось нам куковать в лесу до утра в обнимку, чтобы не замёрзнуть. Про сон никто и слова не говорил. Уснули только двое малышей, которых мы согрели теплом своих тел. Несмотря на то что лето, ночью было даже немного зябко.

Когда рассвело, мы сначала услышали голоса и топот коней, а потом и увидели наших солдат, возглавляемых моим мужем. Миша обнял и сразу же закутал меня и детей в свою куртку. Родственника ни ему, ни Станиславу попинать не дали. Машу закутал Станислав в свою куртку. И обратно мы ехали верхом. Детей пришлось передать солдатам — те не проснулись до самого замка. А там мы им не дали испугаться и были рядом.

Предателя сразу забрали в казематы, и начался допрос. Он отпираться не стал, да и не смог бы: его сразу же напоили зельем, развязывающим язык. А у главного дознавателя был артефакт истины. В первую очередь выявили всех сообщников. Темную колдунью, по-простому темную ведьму, отправили в тюрьму для разбирательств. Допросы шли долго. Это всколыхнуло всё княжество — людям было что обсудить.

— Миш, как Матвей с женой? Они живы?

Муж с сожалением покачал головой и крепко обнял меня. А мне хотелось выть от боли. Пусть я не успела проникнуться к ним очень глубокими чувствами, но я их лечила, боролась за их жизнь, и тут узнать, что они погибли… Это больно, настолько, словно часть меня отрезали.

Пришлось вызвать Глена, и тот напоил меня успокоительным. Сам целитель тоже выглядел неважно.

— Я не смог ничего сделать, — сказал он мне. — Они убивали так, чтобы наверняка, и что мы не могли исцелить.

Благодаря успокоительному смогла более-менее думать.

— Миша, а где мои фрейлины? Я их после бала как-то не видела.

— Двоих забрали родители — типа в замке опасно для дочек. А Элиз посватал один вдовец. Знаю только, что там любовь с первого взгляда у обоих. В общем, её посватали.

Это вызвало улыбку — хоть что-то хорошее случилось.

— Ну хоть эту вредину пристроили. Нам нужна новая нормальная няня или даже две.

— Есть кое-кто на примете, но он скорее для сына подойдёт. За дочкой всё же должна женщина присматривать. Детей же купать нужно и переодевать.

— Да. Но может, служанка тогда переодевает и купает, а няня может быть и мужчиной. Я всё же никуда не деваюсь из жизни детей, да и ты тоже. Просто хочу, чтобы рядом с ними был кто-то надёжный. А то мало того, что меня сперли, так и моих крошек.

— Я тебя услышал, поговорю.

— Я тоже хочу увидеть предполагаемого няню. Глупо звучит для мужчины.

— Я думал, он будет хорошим наставником для Мирона — он занимался со мной и братьями с пяти лет. Преподаватель и наставник он хороший.

С мужчиной мы встретились через пару дней — ему нужно было приехать к нам. На удивление, он сразу согласился присматривать за двумя детками. Но с условием, что рядом будут две служанки, которые будут их купать и переодевать. Мужчину звали Энтони Норт. Он был высоким, жилистым, с забавными усами. За эти усы он детям особенно понравился, особенно когда подкручивал их.

— Чувствую, мне усы вырвут, — пошутил он.

Охрану детям опять пришлось подбирать, чтобы быть уверенным, что их не украдут снова. У преподавателя был артефакт связи, и я и муж могли его всегда вызвать и найти. Дети с Энтони согласились быть и слушались его. Он сам напоминал служанкам, что Миру пока нужно одевать только в штанишки.

Он смог увлечь детей и через игру учил их алфавиту, и к двум годам наши детки уже уверенно болтали и даже читали по слогам. Я была в шоке! Они же крошки, а уже читают! И дочери нравилось читать. Но если брат бежал куда-то, она бросала книгу и бежала за ним.

— Аня, ты бы поосторожнее, а то носишься?! — не выдержал Глен.

Я остановилась, не стала за детьми бежать, и посмотрела удивлённо на целителя.

— Ты всё же беременна!

— Глен, я зелье не прекращала пить.

Удивлённый взгляд был мне ответом. У самого жена была беременна, и он продолжал работать, несмотря на всё, что происходило в замке. Глен ещё раз внимательно посмотрел на меня и сказал:

— Значит, прекращай пить зелье, потому что я правильно увидел. Вы с Мишкой зачали, несмотря на зелье. Срок пока маленький.

Свадьба Глена с Инесс была скромной, только в кругу семьи и самых преданных аристократов. Мы только выдохнули после покушений, и никому не хотелось неприятных неожиданностей, ведь предателей до сих пор чистили. Инесс продолжала шить для княжеской семьи, а впоследствии открыла парочку своих модных домов и задавала моду не только в нашем королевстве, но и в других. Её наряды шились и для аристократов, и для других слоёв населения.

Маша с Ильей жили в замке и заканчивали домашнюю школу, через пару лет будут поступать в академию: Илья на боевой факультет, а его сестра — на факультет артефакторов. Она уже обучалась с наставником и изучала создание артефактов. У неё были хорошие перспективные идеи, особенно мне нравились её наброски по новым транспортным средствам — что-то приближённое к тому, что было в моём прошлом мире. Я познакомила Машу с Маей: у них общие интересы, и они стали лучшими друзьями.

Родственника-предателя казнили на площади, как и его соратников, через полгода после ареста. Муж запретил мне смотреть на это, и я осталась дома с детьми. Вскоре после этого состоялась свадьба Глена и Инесс. А вот теперь я оказалась опять беременна. Вздохнула, вспомнинаниям и поспешила за своими расшалившимися детьми. Меня обогнал Энтони и поймал обоих шалунов.