— Милый, у тебя зубки острые! А наши крошки пока кроме моего молока ничего есть не смогут. Потому не стоит меня травмировать!

— Прости, — сказал муж. Вижу виноватое лицо и не могу долго на него сердиться.

— Давай спать. Или хотя бы полежим немного, а то мне скоро малышей опять кормить. Хорошо хоть пелёнки им не я меняю, а то бы свихнулась.

Утром я опоздала на завтрак из-за кормления малышей. Компанию мне составил Глен, который тоже не успел на общий приём пищи. А когда перешли к чаю и десерту, присоединился уже Грегори.

— Рассказывай, о чём так напряжённо думаешь весь завтрак, — сказал целитель.

— Образование высшее только платное?

— Да, — ответил Грегори, немного морщась.

— А потом, после обучения, выпускники идут на все четыре стороны? — оба мужчины хохотнули.

— Так-с, я тоже хочу послушать, — к столу подошёл князь. — Можем перейти в кабинет.

Я согласилась. В кабинете будет меньше посторонних ушей, а то, может, и совсем не будет. Там я повторила свой вопрос об обучении и о том, куда потом идут выпускники.

— Да, сами работу ищут, — подтвердил Грегори. — А ты что хочешь предложить?

— Если бы учились бесплатно, плюс стипендия для особо отличившихся — ну там по сумме баллов. Потом, после выпуска, вы могли бы не отпускать в свободное плавание, а направлять дипломированных специалистов даже в глубинку.

— Ты озвучила то, что вертится у меня в голове уже не один год, — сказал князь с улыбкой. — Учебный год начнётся через пару месяцев, если что — чуть позже. Грегори, вызови ректоров ко мне, прикинем, как нам эту задумку реализовать. И сколько это княжеству обойдётся. Но это инвестиция в будущее. И некоторым по носу щёлкнем. Этот паразит всегда был против обучения не аристократов.

— Сейчас учатся все, у кого денег хватает, — объяснил мне Глен. — Ты бы пошла на бюджетное место поступать?

— Останься я в той деревне, где выросла, и узнай о такой возможности — хм, конечно бы пошла, даже побежала. Одно дело у старушки учиться. И совершенно другое — получить структурированные знания и бумажку о том, что я дипломированный специалист, а не самоучка, как сейчас.

— Ну, милая, образование у тебя будет только домашним. И диплом тоже будет, но в академию мы тебя не отпустим, — мягко сказал князь. — У тебя детки маленькие.

Его брат хохотнул, а потом сказал, по-доброму улыбаясь:

— Кстати, о детках. Нужно вам уже с Мишкой зелье противозачаточное выдать. А то племянник уже достал: когда можно к жене можно приставать начать. А тебе беременеть ближайший год нельзя!

Я смутилась — зачем же при князе и главе тайной канцелярии это говорить?

— Кстати, и вам тоже, Грегори, большой флакон выдам. Вашей жене тоже пока нельзя беременеть, нужно восстановиться нормально. А тебе, милая, если уже скучно, то я верну учителей.

— Будет хорошо.

— А потом ещё можешь в лаборатории помогать, если силы останутся.

Я через время поймала целителя и, когда нас никто не слышал, спросила:

— А нам с Мишей уже можно?

— И нужно! Пошли, зелье отдам и расскажу, как пить.

Муж, узнав, что нам дали добро на близость, утащил меня к себе в спальню. В моей были нянечки с детьми, и они проводили нас понимающим взглядом. Вот тут-то мужу досталось молоко. Мы как-то вдвоём не ожидали, что из-за близости оно потечёт, а порой даже струёй брызнет. Мишка только успевал ловить ртом.

— Вкусненько, — облизывался супруг, — прям со всех сторон приятно.

Рассмеялась, уткнувшись в него.

— Приятно, но кровать теперь мокрая!

— Спать будем в другой, а тут перестелют.

К нам постучала одна из нянечек и напомнила, что пора кормить малышей.

— Пять минут! — крикнула я и поспешила в душ: хотелось смыть следы близости, а только потом идти к деткам.

Детки росли, уже меньше спали и больше бодрствовали. Заметила это, кормя своих крошек. Они, поев, не уснули сразу же. Я, поправив одежду, смогла потешкаться с ними, и Миша с удовольствием играл с детками. Они дарили нам свои первые осознанные улыбки.

На следующий день стала свидетелем приезда трёх ректоров. А Грегори даже подсказал, как подслушать общение.

— И часто тут подслушивают князя?

— Только с его разрешения. Тебе его дали. Да и я тут послушаю — а то при мне сразу все бледнеют, и слова не вытащишь.

— А при князе разве не так?

— По-разному, — улыбнулся этот большой мужчина.

Вот никак он у меня не ассоциируется с кем-то страшным. Ректоры идею князя по образованию всех слоёв населения выслушали спокойно. Не спорили, что было удивительно. Мы даже с главой тайной канцелярии переглянулись. Оказалось, что каждая академия имела сильный дефицит в учениках и, соответственно, в денежных поступлениях. И им, по большому счёту, всё равно, кто будет оплачивать учёбу — родители или князь.

— Порадовали, — сказал тихо Грегори. — Но бесплатникам будет сложно.

— Пф, а когда не аристократам было легко? — парировала я. — В академиях по сословию делят?

— Нет, титулы запрещены.

— Лишний повод зазнавшихся детишек щёлкнуть по носу.

— Коварная вы, леди.

У нас за спиной покашляли — это мои фрейлины меня нашли.

— Подслушивать невежливо, — выдала Элиза.

— Можете идти, княжна. Если будет что-то интересное, я вам расскажу.

— Благодарю.

Выйдя в коридор, сказала фрейлине:

— Невежливо делать замечание, когда вас об этом не просили.

— Но… — начала было она, я её перебила:

— Нам было позволено подслушать.

Ещё через время она опять попыталась высказать своё не очень-то и нужное мнение. Я, взяв сынишку на руки, гуляла с няней и детками в парке. При том я по очереди брала то сына, то дочку, общалась и вовсю сюсюкалась с детками. Няни умилялись, двое фрейлин улыбались, глядя на малышей. А Элиз опять высказалась:

— Вы слишком их балуете. Они должны привыкнуть к холодному обращению.

Отдала сына няне, сказав спокойно:

— Идите с охраной вперёд, не для детских ушей некоторые слова.

Няни кивнули и ушли.

— Элиз, у тебя дети есть?

— Нет, госпожа.

— А замужем ты была или состоишь?

— Нет. Замужняя дама не может быть фрейлиной.

— Так какого чёрта ты даёшь советы в тех сферах, в которых у тебя нет опыта! Я буду сюсюкаться со своими детками, пока они ещё крошки. Буду дарить им свою любовь и когда подрастут. А ненависти, презрения, холодности они ещё успеют хлебнуть в этой жизни сполна — и явно не от матери они должны это ощущать. А тебя нужно выдать замуж! Притом срочно! Это не порядок — такая дама и не замужем.

— Мой жених погиб, — сказала она печально.

— У тебя до сих пор траур?

— Нет, но никто не хочет брать старую деву.

— Пф, найдём.

Вечером сказала супругу:

— Мне нужно начать заниматься спортом. Глен сказал к тебе обратиться, и ты подберёшь мне наставника. Он посоветовал заняться фехтованием и единоборствами. А со следующего года будет ещё и боевая магия. А в этом — защитную учить и вообще много по защите.

— Я подумаю, дай мне пару дней. Отчего такие мысли посетили?

— Кнопочки наши растут на молоке и тяжелеют день ото дня. А мои руки сильно крепче не становятся. А ведь им нет ещё и двух месяцев, а мне уже тяжело их долго держать. Точнее, столько, сколько мне хочется, потому что не только руки начинают ныть, но и спина.

— Да, тебе нужно в целом тело укрепить.

— И Глен сказал, что для следующей беременности это будет только в пользу: мне будет легче выносить, если тело будет тренированным. Потому как двойняшек было очень сложно носить, особенно последние месяцы. Я с трудом двигалась. Ты сам помнишь: ночью меня переворачивал и в туалет водил.

Муж почесал затылок и посмотрел с такой любовью на меня. Затащил на кровать и просто обнял.

— Я люблю тебя любую. Но сделаю всё, что могу, чтобы тебе было хорошо. Но ты должна понять: от тренировок тело будет нещадно болеть.

— Но ведь это пойдёт мне на пользу?