— ...ритуал должен быть проведён до конца луны, — говорил Алдарик, и его голос звучал спокойно и размеренно, как всегда. — Мы не можем позволить тьме восторжествовать.

— Но, отец Алдарик, — отвечал молодой голос, — если мы проведём ритуал без согласия короля, это будет актом мятежа.

— Король слеп, — отрезал Алдарик. — Он видит только то, что хочет видеть. Мы должны действовать ради высшего блага, даже если это означает нарушение его воли.

Элиана переглянулась с Артуром. Слова Алдарика звучали почти благочестиво, но в них сквозила та же одержимость, которую она слышала в голосе Луциана. «Ради высшего блага» — фраза, которую так часто использовали те, кто оправдывал самые чудовищные поступки.

Она толкнула дверь и вошла в ризницу.

Алдарик обернулся, и его белые глаза расширились от удивления. Молодой жрец, стоящий рядом с ним, попятился, но верховный жрец быстро взял себя в руки, и его лицо вновь стало непроницаемым.

— Леди Элиана, — сказал он, и в его голосе послышалось притворное радушие. — Как неожиданно и... радостно вас видеть. Я думал, вы в цитадели.

— Я была там, — ответила она, входя в комнату и закрывая за собой дверь. Артур остался стоять у входа, молчаливой тенью, и его присутствие давило на Алдарика, хотя тот не показывал этого. — Но я узнала кое-что, что потребовало моего немедленного возвращения.

— И что же это? — Алдарик склонил голову с деланным интересом.

— Тайное общество «Дети Рассвета», — сказала Элиана, и она заметила, как дрогнула левая бровь жреца. — И их связь с Каем, Тёмным владыкой. А также роль некоего «Белого Жреца», который помогает Каю добровольно, не как марионетка, а как истинный союзник.

Тишина повисла в комнате. Молодой жрец побледнел и сделал шаг к выходу, но Артур преградил ему путь. Алдарик стоял неподвижно, и его лицо было каменным.

— Я не знаю, о чём вы говорите, — сказал он, но в его голосе уже не было прежней уверенности.

— Ты лжёшь, — сказал Артур, и его голос прозвучал низко и угрожающе. Он откинул капюшон, и Алдарик впервые увидел его лицо — бледное, резкое, с чёрными глазами, горящими алым огнём. — Я чувствую твою магию, жрец. Она пропитана тьмой. Ты думал, что сможешь скрыть её, но ты ошибся.

Алдарик отступил на шаг, и его рука инстинктивно потянулась к амулету, висящему у него на шее — маленькому золотому кругу с символом богини Эстеллы. Но едва он коснулся его, амулет треснул, и из него вырвалась чёрная искра, растворяясь в воздухе.

— Маскировка снята, — сказал Артур. — Теперь я вижу тебя настоящим.

Лицо Алдарика исказилось. Белые глаза его погасли, и вместо них вспыхнули тёмные, бездонные зрачки, как у Кая. Из его горла вырвался смех — низкий, леденящий, не принадлежащий ему.

— Ты всегда был слишком самоуверен, Артур, — сказал он голосом, в котором смешались два: его собственный и Кая. — Ты думал, что сможешь победить меня, найдя пару марионеток? Я был здесь всё это время. Я ждал тебя.

— Кай, — выдохнула Элиана. — Ты в нём?

— Я во всех, кто носит мою метку, — ответил Алдарик голосом Кая. — Я в жрецах, в воинах, в слугах. Я — тень, которая проникает повсюду. И ты не сможешь меня остановить, потому что я уже часть этого мира.

Он взмахнул рукой, и из его пальцев вырвалась волна тьмы, ударившая в Артура. Тот создал щит, но удар был сильным, и он отшатнулся на несколько шагов. Элиана не раздумывала — она выставила руки вперёд, и голубой свет хлынул из неё, сталкиваясь с тьмой.

— Ты не победишь! — крикнула она. — Мы не дадим тебе уничтожить этот мир!

— Мир уже уничтожен, — прошипел Кай голосом Алдарика. — Вы просто не хотите этого видеть.

Он снова атаковал, но Артур был готов. Багровая магия смешалась с голубой, создавая вихрь, который поглотил тьму. Алдарик закричал, и из его тела вырвалась тень — та же фигура, что они видели в Чёрной башне, но теперь она была плотнее, реальнее, почти осязаемой. Она взметнулась к потолку и растворилась, оставляя после себя только запах серы и горелого ладана.

Алдарик рухнул на пол, без сознания. Его лицо было бледным, но дыхание ровным.

— Он жив, — сказал Артур, склоняясь над ним. — Но тень покинула его. Кай снова ускользнул.

— Он сказал, что он повсюду, — прошептала Элиана. — Что, если он говорил правду? Что, если он уже проник в каждого, кто когда-либо соприкасался с его магией?

Артур поднял на неё взгляд, и в его глазах была тревога.

— Тогда мы не сможем его победить, пока не найдём его истинное тело. Его душа рассеяна по многим. Чтобы уничтожить его окончательно, мы должны собрать все его части в одном месте.

— И как мы это сделаем? — спросила она.

— Есть один способ, — сказал он медленно. — Ритуал призыва. Мы создадим магический якорь, который притянет все его тени к нам. Но для этого нам понадобится источник невероятной силы — твоя магия, моя и... жертва.

— Жертва? — переспросила она, и сердце её забилось быстрее.

— Якорь должен быть закреплён на чём-то живом, — сказал Артур. — На том, что связано с Каем кровно. На мне.

— Нет, — сказала она твёрдо. — Я не позволю тебе пожертвовать собой.

— Это не значит, что я умру, — поправил он. — Но это будет больно и опасно. Если якорь не выдержит, тьма может поглотить меня. Но если мы сделаем всё правильно, мы сможем уничтожить Кая раз и навсегда.

Элиана подошла к нему и взяла его за руку.

— Тогда мы сделаем это вместе, — сказала она. — Я не дам тебе умереть, Артур. Клянусь своей магией.

Он посмотрел на неё, и в его глазах появилась тень улыбки.

— Я знаю, — сказал он. — И я верю тебе.

Они оставили Алдарика под присмотром стражников, которые прибыли после того, как Элиана вызвала их через магический сигнал. Верховного жреца отнесли в темницу, и он будет ждать суда, когда всё закончится. Элиана и Артур вышли из храма в ночной город, и на этот раз в воздухе не было запаха страха — только прохлада и звёзды.

— Мы должны подготовиться к ритуалу, — сказал Артур. — Нам понадобится место силы, где магия будет наиболее стабильной. Цитадель — лучший выбор.

— А что, если Кай нападёт до того, как мы будем готовы? — спросила она.

— Тогда мы будем сражаться, — сказал он. — Но я сделаю всё, чтобы он не добрался до тебя.

Она остановилась и повернулась к нему. В лунном свете его лицо казалось вырезанным из мрамора, но его глаза светились теплом, которое она видела всё чаще.

— Артур, — сказала она тихо. — Что будет, когда мы уничтожим Кая? Что будет с нами?

Он помолчал, глядя на неё, и его рука легла на её плечо.

— Мы будем свободны, — сказал он. — Свободны от угрозы, от страха, от прошлого. Ты сможешь вернуться в свой мир или остаться в моём. Выбор будет за тобой.

— А связь между нами?

— Она останется, — сказал он. — Но она не будет цепью. Она будет тем, чем должна быть изначально — даром, а не проклятием.

Она улыбнулась, и в этой улыбке была надежда.

— Тогда я выбираю остаться, — сказала она. — Но не ради связей или ритуалов. А ради тебя.

Он притянул её к себе и поцеловал — впервые за всё время, и в этом поцелуе не было ни магии, ни долга, только правда, которую они оба чувствовали, но не решались произнести.

Глава 12. Якорь и добровольная жертва

Глава 12. Якорь и добровольная жертва

Они вернулись в цитадель под покровом ночи, и изумрудные стены встретили их тёплым пульсирующим светом, будто сам источник радовался их возвращению. Элиана всё ещё чувствовала на губах вкус поцелуя — мягкий, тёплый, обещающий. Её сердце билось чаще обычного, и она знала, что Артур тоже ощущает это через их связь. Он не говорил ни слова, но его пальцы, сжимающие её руку, говорили больше любых признаний.

В главном зале их уже ждала Сиара. Она выглядела встревоженной, но не сломленной — чёрный амулет был уничтожен, и её золотые глаза сияли ярче обычного.

— Господин, — сказала она, подходя к ним. — Пока вас не было, я проверила всех, кто носил подобные амулеты. Мы нашли ещё троих — все они обезврежены и находятся под стражей. Но остаются те, кто мог скрываться без амулетов, просто заражённые тенью Кая.