Почему он всё же не стал этого делать? Нет, не протрезвел и не опомнился. Просто он понял, что всё пропало.

— Т-ты… — тихо, с хрипом из-за пересохшего горла произнёс Соломон. — Т-ты же….

Он боялся обернуться, боялся пошевелиться. Оцепенело тело, даже Источник. Казалось, магические потоки в каналах застыли словно льдом. И это у огненного-то мага.

— Да ты… н-не может быть… Ты же должен… — блеял он в страхе обернуться.

Вдруг почудилось?

Почудилось же, да?

Но затем раздались шаги, и Соломон вздрогнул. Неспешные, уверенные шаги, от которых содрогалось сердце.

Ставров обошёл его с правой стороны так, словно и не замечал. Даже не замедлился, а двинулся дальше, не оборачиваясь. И Соломон очень хотел, чтобы он так и не обернулся.

Но шаги остановились, а Ставров замер. И медленно, словно наслаждался экзекуцией, повернулся к нему и взглянул прямо в глаза.

Тут же пламя погасло — не по воле Соломона. Он уже давно потерял власть над своим Источником от страха. Нет… Просто он увидел лицо Ставрова. Такого ненавистного, раздражающего…

И такого ужасающего.

На нём сейчас не было привычной ухмылки, ни капли веселья в глазах, ни даже обычной для Ставрова расслабленной позы, словно он пожизненно в каком-то отпуске. Ничего подобного.

Сейчас на Соломона смотрел рассерженный, злой, кипящей холодной, даже ледяной яростью Сергей Викторович Ставров. Боевой маг непонятного могущества, который, казалось, мог раздавить его, словно букашку.

«Вот сейчас, — промелькнула мысль у Соломона. — Сейчас самое время проснуться! Пожалуйста, проснись! Просыпайся, дурак!!!»

Но это был не сон. И Соломон не проснулся — только протрезвел.

Однако от этого стало только хуже.

━─━────༺༻────━─━

Я повидал многое, и мало что в этом мире могло разозлить меня по-настоящему. Не то чтобы я раздражался, ворчал или кипел от гнева. Последнее даже было скорее поблажкой самому себе, чтобы выпустить пар.

Но сейчас меня охватила настоящая злость. Ярость. Она холодная, расчётливая, вязкая и обволакивающая, словно густой туман. Такая ярость прочищает разум и делает мир куда чётче. И я был по-настоящему зол.

— К-как т-ты здесь оказался? — не веря собственным глазам, спросил Вельцин.

— Неужто ты думал, — ответил я ровным голосом, — что я не забочусь о безопасности своих учеников? Особенно когда ты маячишь рядом. А?

В глазах Вельцина поселилось непонимание. Точнее, он понял, что я сделал, но как — ему в голову ничего не приходило. Ни одна мысль не могла хоть на сколько-нибудь приблизить его к разгадке, и это ещё больше сбивало его с толку.

Сигнальное заклинание я поставил ещё в первый же день нашего пребывания в этой академии. А попасть сюда с помощью портала — это уже плёвое дело для меня. Даже Лену не разбудил, когда вставал с кровати. Хорошо хоть успел одёжку прихватить, а то эффект получился бы не такой сильный, если бы я стоял перед ублюдком в одних труселях.

Ну да ладно. Шутки-шуточками, а с Вельциным надо что-то делать. В прошлый раз я его отпустил, хоть и с проклятием-паразитом в башке. Но отпустил…

Однако сейчас он дошёл до того, чтобы напрямую угрожать безопасности моим ученикам. И не только моим.

Такое прощать нельзя.

Я сделал шаг вперёд и медленно поднял руку, пальцами в его сторону.

— Ч-что ты делаешь?!! — заревел он. — П-помогите! Помогите!!!

Вельцин хотел кричать, и ему наверняка казалось, что это получается. Но его глотка так пересохла от ужаса, и получался лишь тихий истерический всхлип. Тявканье, которое не потревожило сон ни одного из моих бесят, ни других учеников, которые спали в комнатах рядом.

Я просто стоял и молчал, глядя, как надежда угасает в его взгляде. Как Источник сжимается в крохотный огонёк. И наконец, когда Соломон осознал, что помощи ждать неоткуда, он принялся умолять:

— Н-нет… П-пожалуйста, не надо! — залепетал ублюдок. — У меня есть деньги! Они спрятаны, я всё отдам! У меня есть!..

Вспышка в миг прервала его лепет. А когда она погасла, коридор уже опустел и снова погрузился в ночную тишину.

━─━────༺༻────━─━

— Подъём! Подъём! Подъём!!!

БАМ-БАМ, БАМ-БАМ, БАМ-БАМ!!!

Я прошёлся по всем дверям комнат моих бесят и встал посреди коридора, уперев руки в бока.

Первым открылась дверь в комнату Сани и Данилы.

— Что там опять? — высунулась недовольная морда Савельева.

— Не опять, а снова… — пробурчала Анжела, скрестив руки на груди.

— Да бли-и-ин, — вышел из комнаты взъерошенный Марк. — Я вот вообще… Э-Э-Э-Э-Э-Э-Х!! — зевнул он, — ни черта не выспался.

Из третьей двери, причём добровольно, появился Аристарх Белов собственной персоной. Он так же хмуро прикрыл за собой дверь, уже готовый, в форме. Встал, оперевшись спиной о стену, и продолжил молчать в ожидании.

Вскоре Саня с Марком опять скрылись в комнатах, чтобы переодеться, а через пару минут появились Даня и Гордей, уже готовые, в форме, но какие-то заспанные и неуклюжие.

Похоже, ребятки вчера покуролесили и легли очень поздно. Что ж, это была их ошибка.

— Всё, хватит спать! — прервал я утренние стенания. — Стройся!!

Команда сработала лучше любого кофе. Ребята взбодрились, шустро выстроились в шеренгу.

— Нале-ВО! Бегом… МАРШ!

И они побежали. Из-за двери чуть дальше слева высунулся недовольный парнишка. Он что-то пробурчал про «потише, козлы, тут люди спят». Но увидел нас и решил спрятаться поскорее.

Бежали мы недолго — всего около часа. Вверх-вниз, вверх-вниз, влево-вправо, влево-вправо по горам, тропкам и скалам. Совершенно спокойная, безмятежная пробежка для утренней зарядки. К тому же я не стал вешать на ребят утяжелители, чему они были несказанно рады.

Правда, они ещё не знали, что их ждёт впереди.

— Так, всё, теперь переходим на шаг, плавно останавливаемся и выравниваем дыхание, — скомандовал я, когда мы добрались до небольшой долины, окружённой пологими сопками.

Ребята сбавили скорость, плавно остановились. А затем Саня приставил ладонь ко лбу, закрываясь от солнца, и выставил вперёд руку с указательным пальцем.

— Эй! А они тут что делают⁈

С другой стороны долины, спускаясь по возвышенности, к нам приближалось семеро человек — шестёрка учеников во главе с их учителем.

Я выступил вперёд, Дариуш остановил своих маленьких лехитов и встретился со мной посередине. Я ему улыбнулся, но он продолжал смотреть на меня хмурым, недовольным взглядом.

— Доброе утро, — протянул я ему руку.

Он пару секунд замешкался, будто приценивался. Затем всё же ответил и крепко сжал кисть, будто пытался что-то доказать.

Забавно.

— Доброе, — пробормотал он нехотя.

Прав был Тимоха. Тугой тип этот господарь Жижневский.

— Хорошее утро, чтобы размять косточки, не правда ли? — заметил я, но наткнулся на каменную рожу. — Спасибо за помощь ещё раз.

Решил поблагодарить Дариуша после того, как всё завершилось. Идея у меня появилась не сразу, но воплощать её пришлось быстро. Тут важен был эффект неожиданности.

Да и вообще, это было слишком идеально, я даже надежд сильных не возлагал на вдруг возникший план. Думал, Дариуш меня пошлёт.

А он возьми и согласись! Видимо, не понравилось ему, что Вельцин использовал его ребят в своих корыстных целях.

— Нам не нужно никаких подлостей, чтобы одолеть вас, — буркнул Дариуш в ответ на мою просьбу. — Так что это было не ради тебя и твоих учеников. А урок для моих ребят.

— Понимаю, — с полной серьёзностью кивнул я. А затем глянул в сторону его учеников. — Они готовы?

Ребята были уже разгорячённые, размятые, так и рвались в бой.

— Они всегда готовы, — заявил Дарюш. — А вот твои выглядят удивлёнными. Ты им что, не рассказал?

— Рассказал, — кивнул я, а затем замотал головой. — Ну, то есть расскажу. Не волнуйся, они тоже всегда готовы, — и улыбнулся ещё шире.

А в ответ получил суженный в подозрительном прищуре взгляд. Вот вроде бы уже и поработали вместе, причём вполне себе результативно. Но всё равно этот польский герцог мне не доверяет ни капли. Эх-х, и с чего он такой подозрительный?