Кажется, всё получалось как нельзя лучше.

Вот только один человек был не слишком доволен происходящим.

— Сергей Викторович, — сердито процедила Марина. — Если вы считаете, что, позвав меня, можете надеяться на чудо и я исправлю любую травму, которую получат дети во время ваших так называемых тренировок, то спешу вас разочаровать. Я хоть и маг-лекарь, но не волшебник!

Ух ты, она перешла на «вы». Значит, реально сердится.

— Ну знаете, — усмехнулся я. — Лекарь девятого ранга — это почти что волшебник.

Марина вспыхнула на меня удивлённым и яростным взглядом. Да-да, я знаю её секрет, но позаботился, чтобы никто не слышал мои слова. Поэтому она взяла себя в руки и успокоилась. Продолжила следить за происходящим в Долине Испытаний.

Почему-то мои подколки действовали на неё самым лучшим образом и сбивали всю сердитость.

Вообще-то я специально позвал Марину, чтобы она следила за тренировками, ведь ребята действительно работали на грани возможностей. Но по-другому выиграть финал у нас не выйдет.

— Я в вас верю, Марина, — подмигнул я лекарке, а затем развернулся и пошёл вниз по холму.

Конечно, я тоже контролировал всё, что происходило в Долине. Но медик — это медик, особенно лекарь с очень высоко развитым даром.

Но спустился я не для того, чтобы скинуть на неё все заботы. А потому, что к нам приближалась незваная гостья.

Я встретил её у подножия холма, мягко остановил и добродушно улыбнулся.

— Алина Леонидовна, здравствуйте! Какими судьбами?

Госпожа Прохорова выглядела очень напряжённо. Внутри неё явно зрела какая-то борьба, как я мог судить по беспокойному Источнику.

Она зыркнула на меня неспокойным яростным взглядом, поджала губы, но затем всё-таки произнесла тихо, вкрадчиво и до ужаса холодно, будто обрекая саму себя этими словами:

— Сергей Викторович, я считаю себя обязанной вас предупредить… Дело касается министра образования, князя Астахова.

Улыбка слетела с моего лица, и жёсткость во взгляде заставила Источник Алины Леонидовны вздрогнуть, хотя сама женщина внешне не выдала это ничем.

— Говорите, Алина Леонидовна, — произнёс я со сталью в голосе, хоть это и предназначалось не ей. — Я вас внимательно слушаю.

━─━────༺༻────━─━

Академия Дубенского. Временный кабинет министра Астахова (бывший кабинет директора академии). Некоторое время спустя…

Андрей Станиславович любил умиротворение и тишину, в ней намного проще размышлять и выстраивать планы. Однако сейчас он не мог думать ни о чём, кроме грядущего турнира. Что-то не давало ему покоя. Что-то заставляло постоянно нервничать, хотя вроде бы всё уже готово.

Даже новый проект испытания находился на последней стадии утверждения. Уже сегодня к вечеру документ будет закреплён всеми необходимыми печатями и визами. Так что остались лишь формальности, и победа команды Ставрова станет просто невозможной.

Но тут в дверь постучали. И не успел Андрей Станиславович дать разрешение войти, как створка распахнулась, и перед ним показался сам Ставров.

Взгляд Сергея Викторовича заставил кровь в жилах замереть на мгновение. Андрей Станиславович отметил это будто мимоходом и старался не обращать внимание на оцепеневшую на то же мгновение магическую систему.

Ставров тем временем мерными шагами, звон которых растекался по кабинету, подошёл ближе и остановился напротив.

Помощник даже не попытался двинуться. Он оцепенел по-настоящему, потому что чувствовал намерения Ставрова куда ярче.

— Ну здравствуйте, князь, — процедил Сергей Викторович с пугающим ледяным спокойствием. — У меня к вам имеется очень серьёзный разговор.

Я не стал присаживаться на кресло для гостей, потому что не собирался общаться с Астаховым на равных. Вместо этого обошёл большой дубовый стол Николая Ильича мимо оцепеневшего Славы, который лупал на меня ошарашенными глазами. Стоило только слегка приоткрыть ему доступ к сканированию моего Источника, и парнишка знатно впечатлился.

Хороший у него особенный дар — «видеть» магию. Самое близкое к моей способности, что я встречал в этом мире. Да, только вот у такого господина применять его нормальным образом он не научится.

Князь Астахов тоже пристально следил за моим передвижением. Одними глазами, не поворачивая головы и тем более торса. Он сканировать мой Источник попросту не мог, однако и без того прекрасно знал, на что я способен.

В глазах у них обоих читался потаённый страх.

Слава будто вопрошал себя: «Неужели он пришёл сюда, чтобы нас убить? Неужели решил силой заставить убраться с дороги?»

У князя наверно имелись примерно те же мысли, вот только не с испугом, не с ужасом, а с некоторым удовлетворением. Он жаждал угрозы и уже предвкушал её, словно уже получил подтверждение каким-то своим доводам.

Я присел на край стола рядом с князем. Жуткое нарушение этикета, но мне сейчас абсолютно по фиг.

— Нехорошо поступаешь, Андрей Станиславович.

— Правда? — слегка повёл он бровью. — И о чём же конкретно идёт речь?

— Менять правила игры за день до старта… — холодно произнёс я.

И сделал паузу.

Не для того, чтобы князь с его мальчиком на побегушках прониклись, хотя это тоже удалось.

Признаться, я пришёл сюда без какого-то конкретного плана. Сам ведь учу ребят импровизировать, действовать от ситуации и на месте просчитывать последствия. А ведь это нужно уметь делать не только используя магию, но и в разговорах. Особенно таких.

— Мне это уже надоело, министр, — вздохнул я и взглянул на него так, что Слава наконец-то очнулся и дёрнулся в мою сторону. — Стоять! — рыкнул я, и парень снова замер.

Того глядишь и обделается от страха, но всё же храбрый — борется с трясущимися поджилками.

— Вячеслав, — обратился к нему Астахов, — выйди…

— Нет, — прервал я. — Он останется. Пусть увидит и услышит, на кого работает.

Во взгляде парня вспыхнула ярость, даже Источник зашевелился. Почему-то этот Вячеслав мне нравился, может, из-за его способности? Он ведь действительно мог бы принести кучу пользы для образования, видя те особенности магической системы людей, которые обычно не видны. И потому хотелось дать ему шанс, чтобы он мог сделать выбор после того, что сейчас произойдёт.

А дальше уже пускай сам решает, не маленький.

В общем, у меня правда не было плана, как именно вести этот разговор, и я решил действовать интуитивно.

— Ты поменял правила испытания, — безо всякой злобы, ярости или ледяного холода в голосе произнёс я. — Точнее, хотел поменять.

Во взгляде Астахова вспыхнуло мимолётное удивление, но затем промелькнуло торжество.

— Это закрытая информация, Сергей Викторович, — слегка улыбнулся он, сдерживая ярость. — Но откуда же она у вас? Горынин? Ах, нет, нет, конечно! Полагаю, госпожа Прохорова. Я прав?

— Тебя это волновать не должно, князь, — чуть устало вздохнул я.

Тут компьютер министра пиликнул оповещением о новом сообщении.

— Ты бы глянул, вдруг что важное? — кивнул я.

Однако Астахов меня не послушал.

— Не должно волновать⁈ — фыркнул он. — И что же меня должно волновать? Твоя наглая рожа, граф, или, быть может, твоя сила?

В голосе Астахова гнев смешивался с торжеством. Он всё больше и больше убеждался в своих домыслах, в которых я, наверное, вот-вот начну втаптывать его морду в пол.

Боли Астахов не боялся. Что нельзя не признать, он действительно верил в собственную правоту и был готов пожертвовать собой. Я прямо видел, как он ждёт моего нападения. Он думал, что загнал меня в угол, а значит, другого выбора у меня не оставалось, кроме как пустить в ход последний аргумент.

— Давай же, Ставров! — прорычал он. — Я вижу, как ты зол на меня!

Я не ответил. Просто достал телефон и открыл документ, который Венедикт, снова применивший шкуру Ночного Бархата, совместно с удалённой помощью Ястреба вытащил из-под самых крепких информационных замков Министерства образования.